Брезгливо стряхнув с лап кровь, Темьян отпрянул в сторону и начал превращаться в человека.
Эрхал помотал головой, словно не в силах поверить в увиденное, и уставился на Должника, вытаращив глаза:
– А ты, оказывается, превосходный мечник! Мастер! Зачем же притворялся?
– Ничего подобного, – заспорил Аль. – Я не мастер.
– Но ты же владеешь стилем «Порхающей ласточки»! – не унимался Эрхал.
– Нет, – отказался Аль. – Не владею. Я и меч-то держал в руках всего три раза в жизни. Первый раз дома, на одной-единственной тренировке. Второй – в Скользящих Степях. А вот сейчас – третий.
– Не может быть! – Эрхал недоверчиво потрогал рукоять своего меча, висящего в ножнах на поясе, и обнажил клинок. На лезвии была кровь.
– Что сейчас произошло? – обрел дар речи Темьян, пялясь на четыре обезглавленных тела.
– «Порхающая ласточка», – объяснил Эрхал.
– Это она убила их? – поразился урмак и завертел головой в поисках птички-убийцы.
– Тьфу ты, Темьян. Да стиль боевой это так называется – «Порхающая ласточка». Вот представь: ласточка вылетает из гнезда, хватает мошку-другую и прячется обратно. И ей надо сделать все молниеносно, чтобы самой не попасть на обед парящему поблизости ястребу. Вот и стиль таков – несколько движений практически соединяются в одно. Достать меч из ножен – ласточка покидает гнездо. Ударить один раз или несколько – ласточка ловит мошкару. И убрать меч назад в ножны – ласточка ныряет обратно в гнездо. Все происходит мгновенно, чтобы глаз противника – «ястреба» – не успел зафиксировать движения «ласточки». Подобным стилем владеют мастера высочайшего класса. Единицы!
– Так, хорошо, я понимаю, – перебил Темьян. – «Порхающая ласточка» – это боевой стиль такой. Но я не понимаю, кто пограничникам-то головы отрубил?
– Аль.
– Аль? Но чем? У него же нет оружия.
– Мечом, который висит у меня на поясе, – сказал Эрхал, и Темьян тихонько впал в ступор.
– Это все сила Должника, – пояснил Аль. – Она, наконец-то, начала работать так, как надо. – Он снял с ближайшего трупа амулет и протянул урмаку: – Теперь мы спокойно пройдем через Завесу. Да и на лошадях гораздо быстрее доберемся до столицы.
16
Аль не соврал – он действительно нечасто прикасался к мечу, ведь Должников учили убивать, а не воевать. Их приучали к мысли, что они палачи, что им придется наносить удар по тому, кто не сможет защитить себя.
В Звездном мире, как и во многих других мирах, существовали преступники, суды, тюрьмы и, как высшая мера наказания, смертная казнь. До высшей меры дело доходило не особенно часто, но если такое случалось, в качестве палачей всегда приглашали Должников.
Первым топор палача взял в руки Дей ри Карсан, тот самый, чей приказ на убийство достался Алю.
Однажды в общину прискакал гонец в красном плаще служителя королевского суда. Наставник прочитал депешу и задумался. Его взгляд пробегал по лицам Должников, подолгу задерживаясь на некоторых из них. На Аля в тот день Наставник даже не взглянул. Он выбрал Дея.
На утро следующего дня перед воротами общины остановилась черная гербовая карета, и облаченный в темно-красную одежду, хмурый и сосредоточенный Дей с Наставником прошли через двор мимо замерших, будто в почетном карауле, Должников.
Та же карета вечером привезла трезвого Наставника – он никогда не пил – и пьяного в дым Дея. Должник во все горло орал похабные песни и хихикал.
– Уложите его спать, – глухо приказал Наставник и быстро прошел к себе.
Аль помялся и неуверенно последовал за ним.
Наставник жил на территории общины, но все же отдельно от Должников, в небольшом каменном доме, порог которого еще ни разу не переступали Должники, – таково было неписаное правило, неукоснительно соблюдавшееся на протяжении многих-многих веков.
Аль был первым из Должников, кто решился приблизиться к дому Наставника. Но возле плотно закрытой двери его одолели робость и сомнения. Он и сам не мог понять, зачем пришел сюда. Парень постоял, переминаясь с ноги на ногу, попялился на дверь и повернулся, чтобы уйти.
– Ты пошел по следу горя. Что ж, чутье не подвело тебя, Должник, – раздался за спиной знакомый голос.
Аль обернулся. На пороге стоял Наставник. В первый момент воспитанник даже не узнал своего учителя – тот будто постарел лет на десять, глаза потускнели, а возле губ пролегла глубокая складка горечи.
– Я… знаю, что вы… страдаете. Вам тяжело… превращать нас… в палачей, – запинаясь на каждом слове, пробормотал Аль. – Позвольте мне помочь вам. Я могу избавить вас от этой ноши, сделать так, чтобы Змееносцы выбрали другого Наставника. Я могу!
– Можешь, – кивнул Наставник. – Только я никогда не позволю тебе сделать это… – Он помолчал. – Ты самый трудный из моих учеников, Аль, ты до сих пор не разучился сопереживать. Думаешь, я не знаю, что по ночам ты тайком уходишь из общины в город и… Что ты делаешь в городе, Аль?
Парень покраснел и отвернулся.
…Должники часто уходили по вечерам в город – шатались по кабакам, наведывались к интакам. И Аль не стал исключением…
Ту служительницу страсти звали Лика. Она заученно улыбалась Алю и делала все как положено, но Должник остро чувствовал ее беспокойство. Мыслями Лика была очень далеко от него, рядом с трехлетней дочуркой, которую пришлось отдать в приют. Лика часто навещала дочь, но в последний раз девочка выглядела плоховато – она хныкала и отказывалась есть свои любимые фрукты. Лика обратилась с вопросами к няне, но та отмахнулась: мол, ребенок просто капризничает. Лика попыталась возражать, и тогда няня вызверилась на нее: дескать, будут тут всякие голодранки права качать, сами бросают детей, а потом…
– Лика, – не выдержал Аль, – я помогу тебе, но и ты должна помочь мне.
Женщина непонимающе вскинула голову.
– Я сейчас посмотрю тебе в глаза, – сказал Аль, – а потом меня скрутит судорога и… будет очень грязно… в общем, тебе придется потом отмыть и комнату, и меня. Отмыть, напоить горячим медом и сидеть рядом, пока я не приду в себя. Поняла?
– Ну-у…
– Ты хочешь, чтобы дочка жила с тобой? – спросил Аль.
– Да! Да! – Лика вцепилась в него обеими руками. Ее глаза лихорадочно заблестели. – Очень хочу! Только хозяйка запретила, сказала,
