всех чертей, находится этот молодой идиот — Бен Какстон?
Джилл Бордмен заставила его выйти из состояния той духовной прострации, в которой он занимался расчетами на пальцах.
— Джубал!
— А? Ах, это ты, девочка! Я задумался. Садись. Выпьешь стаканчик?
— Нет-нет, спасибо. Джубал… я очень беспокоюсь.
— Что ж, это нормально. Смотри, какой великолепный прыжок! Интересно, удастся ли повторить его?
У Джилл были искусаны губы, и выглядела она лет на двенадцать старше, чем всегда.
— Джубал! Выслушайте меня! Я очень боюсь.
Он вздохнул.
— Ну в этом случае тебе бы следовало обсушиться. Бриз довольно прохладный.
— Ничего, мне тепло. Скажите, Джубал, можно мне оставить у вас Майкла одного?
Харшоу поморгал.
— Разумеется. Девочки присмотрят за ним, неприятностей от него никаких. Ты уезжаешь?
Она старательно избегала его взгляда.
— Да.
— Ммм… Мы тут тебе рады. Но ты свободна и можешь уехать, если захочешь.
— Но, Джубал, я вовсе не хочу уезжать!
— Тогда не уезжай.
— Так ведь надо.
— Давай-ка еще раз прокрутим нашу пленку, я как-то не ухватил смысла.
— Ну как вы не понимаете, Джубал. Мне тут очень хорошо. Вы так добры к нам! Но я не могу остаться, особенно, когда Бен пропал. Я должна разыскать его!
Харшоу буркнул весьма непристойное словцо, а затем добавил:
— А как ты собираешься начать свои поиски?
Джилл еще больше помрачнела.
— Не знаю. Но я не могу тут валяться, бездельничать и плавать в бассейне, когда Бена нет.
— Джиллиан, Бен уже большой мальчик. А ты ему не мать, да и не жена тоже. У тебя нет никакого долга, который обязывал бы идти и искать его. Верно?
Джилл поковыряла большим пальцем ноги в траве.
— Нет, — признала она, — никаких особых прав у меня на Бена нет. Но я знаю, что, если бы пропала я, Бен искал бы меня, пока не нашел. Словом, я должна его отыскать.
Джубал пробормотал под нос проклятие всем богам, виновным в идиотизме рода человеческого, а затем сказал:
— Ладно. Давай внесем в это хоть чуточку логики. Ты планировала нанять частных детективов?
Джилл выглядела ужасно несчастной.
— Думаю, это следовало бы сделать, но я… Я никогда не имела с ними дела. Это дорого?
— И даже очень.
Джилл сглотнула слюну.
— Как вы думаете, они согласятся работать за ежемесячные выплаты из моего заработка?
— Их девиз — деньги на бочку. Ладно, не печалься, детка. Я уже занялся этим. Нанял искать Бена самых лучших, так что тебе не стоит подрывать свое будущее благополучие, нанимая второсортных.
— И вы мне ничего не сказали!
— Не было нужды.
— Джубал, а что же они выяснили?
— Ровным счетом ничего, — вынужден был он признать, — так что ни к чему было повергать тебя в отчаяние пустыми разговорами. — Джубал скривил рот. — Мне казалось, что ты и так слишком беспокоишься о Бене. Я держался того же мнения, что и его помощник… Как его там?.. Килгаллен… насчет того, что Бен, повизгивая от восторга, удрал по другому следу и вернется, когда накропает свою колонку. — Харшоу вздохнул. — Теперь я так не думаю. Этот дурак Килгаллен получил телестат, в котором говорится, что Бен уезжает. Мой парень видел стат, снял с него фото и проверил. Стат действительно был послан.
Джилл удивилась.
— Но почему же Бен не известил меня? Это на него не похоже! Бен очень внимателен.
Джубал с трудом подавил стон.
— Ну думай же головой, Джиллиан. Только потому, что на пачке написано «сигареты», нельзя быть уверенным, что в ней лежат именно они. Вы со Смитом явились в пятницу сюда. Кодовое обозначение на телестате говорит, что он отправлен из Филадельфии — отделение Паоли-Флет — в десять часов тридцать четыре минуты утра в четверг. Стат послан и получен мгновенно. В офисе Бена находится свой статпринтер. Хорошо. А теперь скажи мне, почему Бен послал в свою контору телестат, а не позвонил туда?
— Я не верю, что он так поступил. Я бы на его месте обязательно позвонила по телефону. Это проще.
— Ну ты — не Бен. Для человека с профессией Бена я могу придумать десяток поводов, объясняющих этот поступок. Например, желание сбить со следа, желание оставить запись в анналах телеграфной компании для какой-то надобности… Словом, причин может быть множество. Килгаллен ведь не увидел в присылке стата ничего странного, да и тот факт, что Бен поставил у себя столь дорогостоящую аппаратуру, говорит, что он ею пользовался. Однако, — продолжал Джубал, — стат доказывает, что Бен находился в Паоли-Флет ровно в десять часов тридцать четыре минуты в четверг.
— Но…
— Минутку! Телестат отправляется либо лично, либо передается по телефону. Если лично, так сказать, из рук в руки, то у получателя остается факсимильное воспроизведение почерка и подписи. Но если передать по телефону, то там стат лишь перепечатывают на машинке, а потом передают изображение.
— Конечно.
— А разве это ни о чем не говорит нам, Джилл?
— Гм… Джубал, я так беспокоюсь за Бена, что мне ничего в голову не лезет.
— Ладно, ладно, не надо бить себя в грудь. Мне это тоже поначалу ничего не сказало, но парень, что работает на меня, — тонкая штучка. Он отправился в Паоли с поддельной копией стата, сделанной по фотографии, которую он снял чуть ли не под самым носом у Килгаллена. Этот документ как бы удостоверял, что он и есть Осберт Килгаллен — адресат телестата. Затем своей отеческой манерой держаться и обворожительно честным лицом он выудил у девушки на пункте кое-что, что, вообще-то говоря, она имела право сообщать лишь по постановлению суда. Очень печально, не правда ли? В обычных условиях она, конечно, не запомнила бы этот телестат, поступивший среди сотен других, — они, как правило, входят в уши, протекают сквозь кончики пальцев и исчезают после микрофотографирования. Но эта девица оказалась горячей поклонницей Бена, она каждый вечер читает его колонку — жуткий порок! — Джубал помигал. — Первая! — заорал он.
Появилась Анни, с которой еще стекали капли воды.
— Напомни мне, — распорядился Джубал, — чтобы я написал статью о вреде чтения новостей. Тема: большинство неврозов можно связать с нездоровой привычкой совать нос в частные дела пяти миллиардов незнакомых людей. Название будет «Нелимитированные сплетни». Нет, лучше назовем «Одичавшие слухи».
— Босс, вы становитесь жутким занудой.
— Это не я, это все остальные. Последи, чтобы я не забыл сочинить ее на следующей неделе. А теперь — исчезни! Я занят. — Он снова повернулся к Джиллиан. — Так вот, девушка запомнила имя Бена, так как была страшно заинтригована — еще бы, — ведь он один из ее героев! Ее огорчило,
