в моей палатке меня ожидала Чихеро, я не произнес ни единого слова. Надеюсь, что принцесса будет верна своим словам, наступление — это постоянные бои, и потери будут непременно. Я не желал, чтобы Чихеро не то чтобы учувствовала в наступлении, а даже видела смерть и агонии наших солдат, что непременно будут при наступлении. Ни к чему девушке видеть столько крови. А я справлюсь, чтобы ни случилось со мной я справлюсь пока буду знать, что меня ждут, что я хоть кем-то любим. Меня ждет мама сестра, дочь, Яфа, и теперь будет ждать Чихеро.
В палатке ждала меня моя любимая, не буду себя обманывать я чувствую ее тепло, но все же боюсь, что все может случиться, как и с Исидой. К которой я тоже чувствовал тепло, а теперь она жена другого.
Чихеро ожидаемо закатила мне скандал:
— Я не оставлю тебя! Как ты посмел решать, стоит мне воевать или нет без меня!? — На меня смотрели такие злые черные глаза, что мен хотелось от них не бежать, а раствориться. — Ты считаешь меня слабой владеющей?! Я воин! Не смей ставить под сомнение это!
— Чихеро Шосе, я как глава рода Шосе приказываю тебе подчиниться приказу принцессы Тэймэй о переводе в столицу. — Девушка застыла, не веря что я посмел воспользоваться своим статусом и тем, что я имею полное право игнорировать ее желания, приказав как глава рода. — Никто не посмеет сказать, что Чихеро Шосе не достойна звания воительницы.
— Но тогда почему? — Практически шепотом произнесла она.
— При наступлении мы будем убивать не только солдат, там будут прошедшие обработку гражданские. — Я подошел к Чихеро, и, поняв, что я могу ее обнять, аккуратно посадил на кровать и обнял, изо всех сил стараясь рассчитать усилие каждого движения, и с опаской начал гладить ее. — Милая, ты не видела тот город, откуда вернулся отряд. Ты же не думаешь, что члены отряда просто так пьют до сих пор? Там было много детей, женщин, стариков, ты выдержишь один такой бой, а потом ты изменишься, и я этого не хочу. Я страшно боюсь потерять тебя, мой лучик света.
— Не потеряешь, я выдержу, мы будем сражаться спина к спине. Отмени просьбу, ну пожалуйста, я не хочу покидать тебя. — Чихеро обняла меня и уткнулась мне в грудь.
— Я тоже не хочу, но так надо, так что собирайся. И не бойся, я не сдамся без боя, я вернусь.
— Осторожно поглаживая Чихеро по спине я добавил. — Обязательно вернусь к тебе, ты только жди.
Прощание вещь самая приятная в мире и в то же время самое сложное, давать обещания легко, а вот выполнить не всегда. Я смотрел как под охраной уезжает принцесса, а вместе с ней и моя Чихеро. Прощаться пришлось два раза, один раз с Чихеро, стараясь остаться при этом незамеченным, ну а второй раз под объективами камер с принцессой Тэймэй. Она наставляла чтобы я не жалел врагов и преподнесла подарок от императрицы Хаоны, небольшой листок с рисунком демона. Императрица даровала мне личный герб, что я мог добавить к гербу рода Шосе.
Демон, маленький и, как мне показалось, совсем не грозный, да и не злой, а то что он в одной руке держит оторванную голову это не показатель. Вдруг он нашел эту голову? А окровавленные огромные руки и яростно отрытая пасть так же ничего не означают, ну не всем дано быть красивыми, да и на руках просто краска, заляпался, бывает. Этот герб давал немало привилегий, но не во время войны, да и герб для меня сейчас ничего не значил. Любимая уезжает, а завтра мне пора в бой.
Но не все так относились к подарку Императрицы как я, меня поздравляли многие и просили взглянуть на него, пустые шептались что даже Императрица признала, что Дэйчиро Шосе это сущий демон для врагов. Токо, как только я только зашел в расположение отряда, в ультимативной форме потребовал, чтобы я дал ему взглянуть хоть одним глазком на герб для того чтобы он перенес его изображение на грудь моего доспеха. Когда свиток оказался в его руках он стал аккуратно, на вытянутых руках, рассматривать его, а за спиной сержанта собралась целая толпа, что с интересом и каким-то страхом рассматривала рисунок. Я сказал, что мой личный герб может временно остаться у него и, оставив ошарашенного от такой неожиданности Токо застывшим, я отправился спать. Я не назначал этого парня оруженосцем и не одаривал его несметными сокровищами, я просто доверил ему то что принадлежит владеющему, и чего никогда не будет у пустого.
Утром следующего дня отряд был построен, а перед нами с осмотром ходила Амайя Идако, сегодня наша задача была поставлена четко и не имела иного толкования кроме что наступление началось. Наша задача уничтожать владеющих и укрепления противника. На моей груди красовалось изображение демона, красной краской, а в груди щемило, я скучал по Чихеро, но и это чувство пройдет, как только начнется бой, и придет иное чувство, чувство безразличия к оборванным жизням, к тем что умрут от моих рук.
Глава 17
Повсюду огонь, крики умирающих, с неба летят кассетные бомбы, на бронекостюме горит напалм. Повсюду царила борьба за выживание. Мы шли освобождать свою родину, а враг не хотел уходить, и умирать он не хотел, но мы были настойчивы, и потому каждый день враг отступал, забирал жизни, огрызался, но отступал. Враг отступал постепенно месяц, а потом начал бежать, бросая захваченные территории. Как же мне было тяжело видеть, что сотворил враг с городами, с землей и людьми, в моем сердце не осталось жалости к врагу. Да, не все желали воевать, но они все же убивали, мучили, а вот подыхать не желали, сколько раз я слышал мольбы о пощаде. Крики о том, что он хочет жить, от владеющих, от пустых. Но та разрубленная и изнасилованная девушка, что валялась на дороге, тоже хотела жить, и никакая война ей не была нужна, а вы пришли на чужую землю и теперь просите о пощаде, вспоминаете какие-то права пленных и кричите что сдаетесь. Конечно, сдаетесь мне, я же не девушка и не старик, я ужасающий демон, закованный в металл. Но, как говорила моя невеста, хотя бы сдохните достойно, а виновен ты или нет скажет мне сила манипулятора. Но уже как неделю все изменилось, мы зажали противника и у него было два выхода, или уходить
