После этого мисс Тэвернер села и стала ждать прихода своего опекуна. Ворт не появился. В это утро к ним на Морской Парад зашел только капитан Аудлей. Стараясь выглядеть как можно более безразличной, мисс Тэвернер спросила у него, находится ли Его Светлость в Брайтоне. Капитан Аудлей просто сказал:
– Джулиан? О да, он здесь. Но, мне кажется, вы его сегодня не увидите. Вы, наверное, знаете, что вчера в Брайтон приехал Йорк.
Поскольку мисс Тэвернер полагала, что ее собственные интересы ничуть не менее важны, чем интересы герцога Йоркского, она холодно произнесла:
– Ах, так! – и сменила тему разговора.
В тот вечер Ворт не приехал на бал. Но когда мисс Тэвернер вернулась после бала домой на Морской Парад, она застала на столе в холле от него письмо. Джудит сразу же сорвала с письма печать и с нетерпением расправила перед собой лежавшую в нем единственную страничку.
Старый Стейн, 25 июня 1812 года
Дорогая мисс Тэвернер! Я оказываю себе самому великую честь увидеть вас. Буду у вас в полдень, если вам удобно, для того, чтобы переоформить на ваше имя документы, касающиеся ваших дел, которыми я должен был заниматься, являясь вашим опекуном. Искренне ваш, и т. д.
Ворт
Мисс Тэвернер прочла записку и почувствовала, что у нее упало сердце. Она медленно сложила страничку. Мисс Скэттергуд, заметившая, как расстроилась Джудит, высказала вслух свою надежду, что в письме не было никаких плохих вестей.
– О нет, совсем нет! – сказала мисс Тэвернер.
Завтрак на следующее утро прошел в более светлом настроении благодаря присутствию Перегрина. Он специально вернулся из Вортинга так рано, чтобы поздравить сестру с днем ее рождения. Перри считал, что он отличный брат, раз не позабыл о таком важном семейном событии. И он наверняка купил бы Джудит подарок, если бы Харриет напомнила ему об этой счастливой дате хоть чуточку пораньше. Во всяком случае, они с Джу после завтрака поедут в город вместе, и она обязательно должна будет выбрать себе по вкусу подарок; и в конце концов, так будет еще лучше. Перри с восторгом отозвался о небольшом зонтике от солнца из стеганого шелка, который вручила Джудит миссис Скэттергуд. Он с улыбкой сообщил, что нетрудно догадаться, кто прислал сестре огромный букет красных роз, которые так красиво смотрелись на столе.
– Даю голову на отсечение, это подарок от Аудлея, – сказал он.
– Да, – согласилась Джудит, не проявив ни малейшего энтузиазма. – Я получила письмо и от дядюшки. Если хочешь, можешь его прочитать. Письмо очень печальное; дядюшку можно только пожалеть. По-видимому, он знал всего лишь малую долю того, что замышлял наш кузен.
– О, не надо, не надо сейчас о нем думать, – сказал Перегрин. – Слава Богу, мы благополучно избавились и от того, и от другого! Представляешь, Джу – Ворт все рассказал сэру Джеффри, когда они на этой неделе встретились в городе. Сэр Джеффри считает, что у Ворта поразительное терпение. – Перри налил себе чашечку кофе. – Ну, а чем бы ты хотела сегодня заняться? Ты только скажи – я все для тебя сделаю, я целиком в твоем распоряжении, Джу! Может быть, съездим в Льюис? Мне сказали, там есть замок, или еще что-то в таком же духе, что вполне стоит посмотреть.
– Спасибо, Перри, – растроганно сказала Джудит. – Но сегодня утром ко мне приедет лорд Ворт. Я думала, что тебе надо было бы побыть дома со мной. Тебе, наверное, захочется поблагодарить его за все, что он сделал.
– О конечно, конечно! – сказал Перегрин. – Я буду очень рад с ним встретиться! Знаешь, я бы хотел поговорить с ним о своей яхте.
Незадолго до полудня Перегрин, сидевший у окна гостиной, чем немало удивлял прохожих, объявил о приближении лорда Ворта.
– Джу, дорогая моя! – воскликнул он голосом, преисполненным благоговения. – Ты только посмотри, какой на нем фрак! Интересно, это, наверное, ему сшил сам Вестон? Ну, пожалуйста, взгляни, как скроены у этого фрака верх и плечо!
Мисс Тэвернер отказалась высовываться из окна, чтобы разглядеть Его Светлость, и попросила брата водворить голову назад в комнату. Но вместо этого Перегрин стал махать Ворту рукой, чтобы привлечь его внимание. А когда граф поднял на Перри глаза, тот мгновенно был сражен, увидев необычайно элегантный шейный платок Ворта. Перегрин отвернулся от окна и выразил свое восхищение такими словами:
– Мне все равно, сколько бы он меня ни пилил, а вот как он завязывает свой галстук, мне надо узнать обязательно!
К этому моменту граф уже дошел до двери и постучал, а через пару минут на лестнице послышались его шаги. Перегрин прошел ему навстречу.
– Входите, сэр! Мы с Джу здесь! Как поживаете? Знаете, ведь вы поистине самая надежная помощь! Ох, как у меня болела голова, когда я проснулся! И рот! Никогда я такой боли не испытывал!
– Было так плохо? – спросил граф, медленно преодолевая три последние ступеньки.
– Даже словами не передать! Но я не собираюсь жаловаться; я отлично провел время! Но проходите, пожалуйста, в гостиную. Джу там. Я же должен сказать вам одну очень важную вещь, сэр! Джу, пришел лорд Ворт!
Мисс Тэвернер вдруг (по причине, известной ей одной) оказалась совершенно погруженной в свое вышивание. При появлении графа она отложила в сторону пяльцы и встала. Они с графом пожали друг другу руки, но не успела Джудит открыть рот, как снова возник Перегрин.
– Мне бы, сэр, очень хотелось знать, как называется тот способ, которым вы завязываете свой галстук! У вас это так чертовски здорово получается!
– Да этот метод никак особенно не называется, – ответил граф. – Я изобрел его сам. А вы ничуть не изменились к худшему после своего приключения, мисс Тэвернер!
– А, так это ваш собственный способ! Это значит, что через неделю он станет самым-самым модным для всех! А его освоить очень трудно?
– Да, очень, – сказал граф. – Именно эту чрезвычайно важную вещь вы и хотели мне сообщить? Я весьма-весьма польщен.
– О нет! Я хотел сказать совсем про другое. Вы должны знать, что я очень привязался к морю – ведь я раньше за всю свою жизнь ни единого раза на яхте не бывал и не имел ни малейшего представления, что это такое. Столько комфорта на таком крохотном пространстве! А потом, когда сам ведешь судно под парусом, это просто чудо! Эванс считает, что у меня есть для этого природный дар. Мне было чертовски жалко, что надо было так быстро возвращаться на берег, потому что мне еще много чего надо узнать про яхту.
По-видимому, все внимание графа было сосредоточено на мисс Тэвернер. Но при последних словах Перегрина он повернулся в его сторону и с легкой улыбкой на губах произнес:
– Узнать еще? Отлично! Я просто счастлив, что из-за того, что я поместил вас на яхту, вы не собираетесь вызвать меня на дуэль (как сделали это когда-то).
