падут к нашим ногам!
— Ну-ну, если уж за миллион лет не восстали, то и дальше у вас шансов нет. Ладно, все, брысь из моей головы, я спать хочу.
— А если не уйду, а если я буду каждую минуту, каждую секунду тебя отвлекать? Что ты сделаешь, что ты можешь мне сделать?
— Я тебя просто уничтожу, вместе с Шаггардом. Кстати, сделать это оказывается не так уж и сложно, серая мне все подробно объяснила.
— Ты не сделаешь этого! Не посмеешь!
— Не зарывайся, Войтан. У меня сейчас совсем не то настроение, чтобы вступать с тобой в перепалку. Могу на нервах и прибить.
— Шаггард, а значит и меня невозможно уничтожить! Мальчишка, что ты можешь знать о величайшем секрете моей расы!
— Ну, мальчишка я или не мальчишка, это не так уж и важно. — сказал я и сжал правый кулак, мысленно произнеся совсем несложную магическую формулу, после чего из сжатого кулака выросло полуметровое, слегка колышущееся, голубое лезвие. Не знаю зачем я это сделал, ведь не хотел, не собирался, даже наоборот, хотел продолжить сотрудничество с этим идиотом, правда на моих условиях, но все же. Но, то ли я просто устал за этот сумасшедший день и потерял самоконтроль, то ли психанул на презрительную наглость Древнего, то ли, вполне возможно, сработала какая-то закладка, оставленная серокожей, но, как бы то ни было, я с силой ткнул силовым клинком прямо в центр кристалла, которым и был Шаггард. В чем-то Войтан был прав, разрушить Шаггард было почти невозможно, ключевое здесь слово «почти», никакое прямое воздействие на него не работает. Его невозможно разбить, раздавить, разрушить или еще что-то сделать, применив грубую физическую силу, на него не действуют никакие энергетические или магические конструкты, плетения, руны и прочее. В общем, Шаггард и на самом деле не разрушим, если только… если только не окажется в области пространства, в которой само по себе нахождение любого материального объекта невозможно. Именно такую зону и создает силовой клинок из комплекта гвардейцев цивилизации ксарнов. Разнонаправленные гравитационные поля огромной мощности, просто разрывают все атомарные и молекулярные связи и как результат, пара мгновений и передо мной уже не переливающийся кристалл, а… а ничего, даже пыли не осталось. Да, я помню, что серокожая сказала, что забирает у меня Ларгош и ведь реально забрала. Как? Куда? Понятия не имею! А вот силовой клинок оставила и даже пользоваться научила, правда… правда на один-единственный раз, и я его так бездарно профукал, поддавшись эмоциям. — Черт! Черт! Черт! Ну не мог ты немного помолчать! И черт с тобой, но ведь эта штуковина мне вполне могла пригодиться, там, в этом долбанном Храме! И как пройти его защиту, ты мне тоже не рассказал! Блин, кругом одни минусы! — обидно до слез. Рухнув на лежак, я так и провалялся до самого утра, проклиная, то старого Искателя и его язык, то свою эмоциональность, то серокожую девчонку, явно засунувшую в мою голову установку на уничтожение Шаггарда.
33 глава
Когда к тихим разговорам стоявших на часах гвардейцев прибавился шум просыпающегося лагеря, и я вылез из своей палатки, злой, расстроенный, не выспавшийся и еще миллион всевозможных эпитетов, характеризующих мое состояние не самым лучшим образом. А почему? Да потому, что для меня лично эта экспедиция потеряла всякий смысл — пройти защиту древних Искателей я могу, но не знаю как, оставить с носом всех своих недоброжелателей, и чего плохого я им сделал, что они решили избавиться от меня самым кардинальным образом, тоже могу и легко, но, опять же не знаю как. Войтан, старый пройдоха, обещал показать и научить, но не успел, а может быть и не собирался, кто теперь разберет. Ну и какой теперь смысл в этом походе, привести компанию «избранных» к неизвестному Храму на заклание в качестве сакральной жертвы? А ведь мой будущий убийца, скорее всего, сейчас среди нас, может быть проходит мимо меня сто раз на дню, улыбается, дружески похлопывает по плечу, а сам обдумывает, как бы половчее воткнуть мне нож в спину, или использовать какое-нибудь особо гадкое магическое плетение… Да уж, совсем не канон, ни тебе влюбленной принцессы — красавицы… трех, ни замков, полных золотыми монетами, ни верных друзей, ни всеобщего восторга, что я весь из себя такой великий, прекрасный и вообще замечательный… ничего нет, только полная неопределенность впереди, душевное расстройство и ожидание скорой смерти.
— Рус, ты чего такой хмурый? — из-за стоящей рядом палатки нарисовался Блайд.
— Да, спал плохо… хня всякая снилась, вот и не в настроении. — чуть помедлив ответил я.
— Так иди, досыпай, все равно в ближайшие пару дней мы с места не сдвинемся.
— Откуда такая информация?
— Скажу тебе по секрету… случайно, честное слово, абсолютно случайно услышал разговор между деканом Стрибором и капитаном гвардейцев. Декан хочет дать всем отдохнуть, мы вроде как уже недалеко от конечной точки нашего маршрута. Дня три-четыре пути осталось и если верить декану, то этот переход будет самый сложный. Наши собираются по окрестностям прошвырнуться, если хочешь, то присоединяйся.
— Да нет, я пожалуй пас. Если и на самом деле сегодня никуда не выдвигаемся, то и на самом деле лучше еще посплю.
— Ну, как знаешь, а то фреллы тут недалеко какие-то развалины углядели. То-ли чье-то поместье было, то-ли еще что. вот мы и хотим там все проверить, может что интересное найдем.
— Удачи и Кире привет.
— Ладно, бывай, а привет передам. — Блайд убежал, а мне даже немного полегчало. Нравится мне этот чел… вампир, своей неунывающей жизнерадостностью нравится. Жаль будет, если он ни за что здесь сгинет. А о том, что вполне может быть, что именно ему поручено меня «нейтрализовать», я предпочитаю не думать. Во ведь гад, Войтан, знал, кому меня заказали и не сказал, а я теперь думай, мучайся, ходи и оглядывайся.
Минут двадцать я слонялся по лагерю, да и того лагеря-то, десяток палаток, внутри невысокой ограды из нарубленных местных колючих кустов, от зайца может и защитит, а от чего покрупнее, уже шиш. На моих глазах лагерь быстро пустел. Сначала куда-то слиняла вся пятерка санграджари, вслед за ними потянулись кризы, а за ними и гвардейцы, оставив на часах четверку, наверное, самых залетчиков. Ну а что, правильно, раз номинальный глава экспедиции объявил выходной, а разведчики сообщили о каких-то развалинах, то сам бог велел в них покопаться. Я уж думал, что кроме меня и часовых в лагере никого не осталось, как
