колышашееся в спертом воздухе.
Но ведьма не испугалась. Чужие, будто неживые ее глаза торжествующе вспыхнули, а затем грудь ведьмы выгнулась вперед неестественным колесом, являя навстречу его дару свою, нечитаемую сияющую Искру.
— Наконец-то — невнятно прошипела за его спиной Гретта.
А белый комок нестерпимо-сияющего света Исхода вдруг мягко качнулся и послушно поплыл к изогнутой неполным мостиком девушке.
— Делия… — шепнул в никуда замерший в изумлении инквизитор, готовясь к страшному и пораженно замер.
Не было знакомого треска разорванной включья чужой Искры. Не было вспышки света, расходящейся кругами над головой. Магический фон не качнулся слепыми волнами, поглощая дарованную энергию. Его Исход лишь аккуратно облетел по кругу вызванный навстречу Дар, а затем медленно и степенно двинулся в след за ним в застывшее в неестественной позе женское тело.
Мгновение спустя полумрак уже вновь царствовал в помещении.
Под ногами инквизитора светилась пентаграмма Темного купола, а напротив медленно вставала в полный рост его любимая ведьма, чей рот все так же был перекошен странной, неправильной ухмылкой.
— Вот и почти все — мягко мурлыкнула Ада, покуда Дей растерянно пытался воззвать к собственному потерянному Дару — Так просто, да, вир Мигре? И так красиво... Осталась самая малость. Последний ход за тобой, Делия.
Девушка дернулась и неожиданно заморгала. Черты ее лица поплыли, смягчаясь и возвращая естественность. Взгляд стал потерянным и испуганным.
— Ба…бабушка? Что здесь… что… — невнятно произнесла она, оглядываясь вокруг и поражая мага виноватым взглядом бездонных зеленых глаз.
— Время завершить начатое — медленно и твердо проговорила Ада — Убей его! Берримор?
Делия сдавленно всхлипнула, машинально отступая на шаг.
А молчаливо стоящий до сих пор в стороне мужчина медленно выдвинулся вперед и аккуратно вложил в дрожащие женские пальчики длинный острый стилет.
Глава 39
Мой испуганный взгляд на Берримора, его пустые, холодные глаза и …
« Убей его… убей…» — гулко отзывалось в моей голове. Казалось, будто меня неожиданно поместили в пустую железную бочку, куда не проникал ни солнечный свет, ни посторонние шумы. Лишь этот густой, тяжелый голос. Оглушающий, лишающий возможности сосредоточиться на чем-то ином, не дающий осмыслить суть призыва.
Я, морщась, потрясла головой, в попытке вернуть ясность. Но липкая полудрема словно стала лишь плотнее, окутывая коконом сонного безразличия.
«Убей…» — требовал голос.
И я вдруг подумала: … «Почему бы нет? Зато этот неприятный звук прекратится. И наступит блаженная тишина. Желанная тишина…»
С каким-то отрешенным безразличием я опустила взгляд на руки, в которых откуда-то так своевременно оказался острый стилет, мягко мерцающий отраженным светом зелени напитанной магией пентаграммы. А может это отблеск моих глаз? Не знаю. Задумываться об этом было откровенно лень. Да и голос в голове давил нещадно, не допуская возможности сосредоточиться на чем-то ином, помимо выполнений поставленной задачи.
« Убей…»
— Делия, — вдруг, сквозь тяжелую вату сознания прозвучал горький стон.
И я дернулась, на миг выпадая из своего самнамбулистического состояния. Голос был… другим. Он не приказывал, не давил. Он умолял услышать, вспомнить…
«Что вспомнить?» — недовольно нахмурилась я, но лишь отрешенно отметила, что похоже успела озвучить этот вопрос.
— Вспомни, что он пришел обвинить тебя, Делия, — мягко отозвался все тот же указующий глас — Наказать, убить… За что, Делия? За то, что ты спасала себя? Справедливо ли это?
— Не справедливо, — покорно согласилась я, сильнее сжимая пальцами холодным металл.
— Он врал тебе, Делия. Он заставил тебя принять чувства, унизительные для Темной ведьмы. Он заставил поверить, что любит тебя…
— Не верь им, Делия! — в отчаянии взывал другой — Они лгут тебе. Ты же знаешь правду!
— Знаю? — неуверенно протянула я, ища в смазанном мире неясных контуров глазами, за что зацепиться, чтобы осознать себя в пространстве.
— Конечно знаешь, дорогая, — мягким сиропом согласился повелевающий голос — Он сразу пришел без морока. Помнишь? Это угроза. Вспомни его глаза — он явил тебе Исход. Это приговор! Он угрожает тебе, Делия. Угрожает всем нам. Он — смерть. Он как Пиявки. Он пришел убить тебя. Опереди его, милая. Спаси себя. Спаси всех нас. Убей его…
— Не верь! Я пришел, потому что ты моя Истинная. Искра в глазах лишь реагировала на обретение. Это они врали с самого начала.
— Врали? — почти безразлично спросила я.
— Да, Делия! Они врали тебе! Почти сразу, с первой встречи со мной, Верховная твоего Ковена знала, что ты моя Истинная. Но они не сказали тебе! А сама ты не реагировала, закрытая печатью Безразличия. Вместо этого, манипулируя, подманивая и снова отодвигая нас друг от друга они разжигали в тебе любопытство. И все ради того, чтобы ты ушла в эти отношения с головой, сама решилась принять любовь! Приняла нашу связь!
— Зачем это нам, Делия? — мягко спрашивал первый голос — Мы лишь оберегали тебя, пытались оградить… Но инквизитор хитер. Он сумел пробиться в твои мысли, в твое сердце… Пришло время выгнать его оттуда. Спаси себя, дорогая. Спаси всех нас…
— Они выводили тебя из равновесия. Они специально неделями изводили тебя эмоциональными качелями, чтобы расшатать психику! Чтобы ты легче поддалась ментальному воздействию.
Тягучая патока кокона давила на грудь, забивала уши, растекалась по тяжелым конечностям. Я прикрыла глаза, со стоном погружаясь в эту тяжесть и с усилием вдыхая такой вязкий, липкий воздух. Голова нещадно кружилась, а сознание уплывало каждый раз, как я пыталась его собрать. Кому верить? Почему они такие разные? Почему они не могут просто замолчать?
— Хватит, — безнадежно протянула я — Прекрати…
— Убей. милая. И все прекратится. Убей…
— Не могу, — прошептала я, понимая, что у меня нет сил даже просто поднять руку — Не могу… Устала…
— Тебе нужны силы, деточка, — участливо согласился голос — Впусти ее. Глотни. Прими ее.
Неловкое ощущение чужой магии, коснувшейся моей сути. Я морщусь, неприязненно поводя плечами, но зачем-то послушно открываюсь, позволяя чуждой энергии наполнить меня, насытить, до краев переполниться… гневом!
Сперва я даже опешила. Полусонное состояние так резко сменилось яркостью яростных чувств, что я чуть отступила назад, задохнувшись чистой, ясной мыслью — ненавижу!
Очень медленно я подняла взгляд и уперлась в стоящего посреди сияющей пентаграммы мужчину.
— Делия? — зачем-то спросил меня он.
А я… Я вдруг, словно впервые в жизни обрела четкое понимание сути вселенной.
Все же так просто! Так безыскусно
