вот, так. Дыши.
— Отпусти…те… — едва владея голосом, каркающие прохрипела я, тщетно пытаясь ослабевшей рукой отмахнуться от чьих-то требовательных пальцев, вытирающих мокрой тряпкой мое лицо и поминутно капающих на пересохшие губы какой-то горькой отравой.
— И не надейся, — с щемящей горечью в голосе ухмыльнулся приставучий объект — Не отпущу. слышишь? Никогда не отпущу.
Я замерла. Глаза жгло, будто в них налили яд, когда я с трудом разлепила ресницы. Пару раз моргнула, пытаясь бороться с галлюцинациями и распахнула их так широко, что стало больно векам.
— Дей… — хриплым чужим голосом проскрипела я — Дей…
— Ну, физически, все-таки нет — грустно улыбнулся мужчина, нежно проводя костяшками пальцев по моей щеке.
Я медленно попыталась повернуть голову вправо, но маг аккуратно и твердо вернул мой подбородок на место:
— Не смотри — тихо попросил он — Это… всего лишь тело.
— Но ты…
— Я с тобой.
— Как? — неслышно спросила я.
— Вермон. Его тело, благодаря этой странной субстанции, оказалось куда как пригоднее для жизни, нежели…
— Прости — прикрывая глаза обронила я и с ужасом почувствовала, как текут по моим скулам слезы — Дей, я…
— Ты была под влиянием менталиста, Делия — тихо, но очень твердо сказал маг — Это была не ты.
— Это была я — покачала я головой — Я все понимала…
— Ты понимала лишь то, что тебя заставили принять и почувствовать. Эй, ну взгляни на меня!
— Не могу — я горько ухмыльнулась, чуть приоткрывая глаз — И вообще, я же тоже умерла…
— Это-то с чего? — нахмурился инквизитор.
— Я вонзила в себя нож… Кстати, почему я до сих пор жива?
— Потому что, дорогая вира Мигре, только Темные ведьмы могут любить себя настолько, что решив зарезаться не задевают ни одного жизненно важного органа — вдруг ворвался в наш тихий диалог сварливый мужской голос — Подвинься давай, Дознаватель. Я для того ее час штопал, чтобы ты сейчас девочку утомлял? Сказал же: в целебный сон на неделю!
— Не надо на неделю — испуганно мяукнула я, и, постанывая, попыталась сесть.
— А вот еще одно такое движение, вира Мигре — рявкнул на меня старикашка в рясе инквизиторского целителя — И в целебный сон уйдете на месяц! А ну лежать, не двигаться! Смех смехом, но даже без непоправимого ущерба внутренне кровотечение никто не отменял…
— Я понял, Святой Целитель — тут же серьезно кивнул муж, не обращая внимания, что с его напрочь мокрых волос при этом разлетелись брызги все того же стабилизирующего геля — Она будет лежать, сколько потребуется.
— Я не хочу лежать — тихо буркнула я — Меня все равно в казематы инквизиции сейчас повезут. И на костер. И вряд ли лежа. Так что, спасибо за лечение, конечно, но..
— Какие казематы? — нахмурился целитель.
— Ты о чем, милая? — не меньше собрата удивился маг.
— Думаю, вира Мигре еще не до конца пришла в себя — неожиданно присоединился к нашей беседе молодой юноша, лет семнадцати, в сияющей белоснежной рясе Старейшины Ордена — Да и перед этим, надо полагать, не все сумела понять и рассмотреть. Так ведь, милая?
— Я… — сдавленно промямлила я, почти теряя сознание от страха — Вы… заберете меня сейчас?
— Да о чем ты, дорогая? — снова нахмурился обеспокоенный муж.
— Думаю, девочке просто нужно рассказать все по-порядку, не так ли, детка? Итак, Верховный Дознаватель давно подозревал, что именно в твоем доме готовится к проведению ритуал по призыву Темнейшей Матильды. Увы, веских доказательств участия в нем Верховной Ведьмы Ковена Гретты Градейн у нас не было, а имя второй ведьмы и вовсе не удалось выяснить. Так что оставалось ждать. Не учли мы лишь того, что ведьмы решат пожертвовать для этого тобой. Счастье, что не смотря не силу ментального воздействия у тебя хватило мужества противостоять убийцам. И хотя в ходе ритуала вашему мужу нанесли ряд смертельных ран, именно благодаря таинственным ритуалам Темных и спонтанному всплеску магической энергии душа Деймона не вознеслась, покинув мертвое тело, а переселилась в подходящее энергетически и полностью сохранное тело его почившего брата… Да-да, дорогая, я понимаю Вашу обескураженность и удивление. Мы тоже до сих пор не предполагали, что Темные ведьмы владеют подобными ритуалами…Остальные тела, кстати, тоже в прекрасном состоянии. Жаль, оживить их нет никакой возможности. А их смерть не вызывает никаких сомнений. Зачем ведьмы творили такое непотребство, коллекционируя трупы, мы уже, видимо тоже никогда не узнаем. Вашими силами, путем закольцовывания энергетически емкого ритуала их просто… выжгло изнутри. Так что, даже судить, собственно, некого.
— Выжгло? — чувствуя дрожь во всем теле, переспросила я.
— Да, как видите — безразлично кивнул Старейшина на носилки, которые как раз двигались мимо нас к выходу.
Я ахнула и побледнела в синеву, машинально с силой сжимая руку мужа.
На брезенте лежала обуглившийся мумия, ничем не выдающая ни черт своего лица, ни возраста. Лишь обожженные остатки голубого шелка без слов говорили мне, что сейчас я в последний раз вижу перед собой свою бабушку.
«Только вот нет ритуала, способного выжечь физически» — с ужасом подумала я и тут же наткнулась на внимательный, понимающий взгляд старшего инквизитора.
— Мне дурно — едва слышно шепнула я, ощущая приступ тошноты.
— О! Простите, — тут же засуетился Старейшина, самолично поднося к моим пересохшим губам серебряную флягу — Сделайте глоточек…
— Спасибо, — буквально силой проглотила я беспрекословно влитую в меня влагу.
— Ваше Святейшество! — вспыхнул в это время Дей, сурово сводя брови.
— Прости, дорогой — ласково улыбнулся его начальник и тут же несколько разочарованно прошелся по мне грустным взглядом — Но я не мог не проверить. Хоть Гримуар и сгорел до тла, а следов ритуала уже нет, но выброс такой силы, который произвела неведомым заклинанием твоя супруга…
— Вы о чем? — испуганно хлопнула ресницами я.
— Его Святейшество напоил тебя Святой водой из самой Реки Света — все еще не сводя тяжелого взгляда с коллеги, процедил вир — Думал, что ритуал все-таки свершился и ты могла стать прибежищем Темнейшей Матильды.
— Я? — пискнула я, вжимаясь спиной в каменный пол.
— Конечно нет, — обреченно вздохнул начальник — Это средство проверенное. Так что… И, все-таки, что за ритуал
