— Что?
— Без понятия. Но это что-то важное. Актриса сказала депутату пару слов от имени Светланы, и что он сделал? Помчался к ней на свидание, как озабоченный подросток! При этом зная, что она хочет его убить! Скорее всего, это какая-то его давняя бухгалтерия, связанная с фондом. Светлана там работала, и он поверил, что ей многое известно. Но на самом деле всё знал Серый. Разобрался, когда фонд обворовывал. Помнишь, Мелентий этим депутата припугнул, и тот отозвал обвинение? Вот что нужно федералам! На Серого им плевать. Поэтому он и смог купить свободу за компромат. И теперь они будут дёргать этого выдающегося политика за ниточки, он станет их марионеткой! А это всё имеет смысл, только если он выживет. Мёртвые марионетки никому не нужны.
— Елена Михайловна, вы почти не ошиблись. Только в самом конце. Депутаты — и так марионетки, без всякого компромата. Ладно, так и быть, слегка нарушу приказ товарища подполковника, он не хотел, чтоб вы знали именно это. Но, уверен, вы и сами догадаетесь. В общем, в той афёре с фондом замешаны фигуры ещё крупнее, чем рядовой депутат. Когда ему вколют сыворотку правды, он всех сдаст, никуда не денется. Но без того, что Серый передал сейчас федералам, было бы трудно задавать ему правильные вопросы.
— Какая грязь! — расстроилась я. — Ещё хуже, чем я думала.
— На самом деле всё ещё намного грязнее, чем вы думаете сейчас. И, наверно, даже грязнее, чем думаю я, провинциальный мент, слабо представляющий реалии столицы. Всё, хватит об этом. Следующий вопрос.
— Все говорят, что дядя Серёжа не мокрушник, а ведь он собирался убить двух человек — депутата и Светлану. Я не понимаю, как это, — Юра снова меня опередил.
— Депутат хотел убить его, Серый защищался. Так сказать, превышение пределов необходимой самообороны. А вот бабу мочить у него и в мыслях не было. Он так сказал своим подельникам, чтобы актриса не боялась загреметь на зону, но он им постоянно морочил голову. Один лифчик с пластилиновой взрывчаткой чего стоит! А женщина, в роли бородатого курьера?
— Зачем он это делал? — поинтересовался Юра.
— Может, Елена Михайловна ответит?
— Имитировал бурную деятельность. Создавал перед подчинёнными видимость активной работы. Обычно бывает наоборот, но тут главарю нужно было держать своих орлов в тонусе. А то если начальство ничего не делает, персонал тоже охотно валяет дурака. Вот расслабились, и Светлана сбежала. Серый сделал выводы.
— А как вы узнали, что дядя Серёжа участвовал в ограблении банка с Берендеем? — Юра не умолкал, и я всё не могла задать тот единственный вопрос, который меня интересовал.
— И снова я предоставляю право ответить нашей могущественной ведьме, — Нежный от души веселился.
— Помнишь, Юра, он рассказывал, как на него вышли наши городские бандиты?
— Помню. Кто-то из них случайно увидел в спектакле труп гусара, и подумал, что этот трюк им здорово пригодится. И что, тётя Лена?
— Как думаешь, если бы Бубновый это увидел, он бы подумал что-то такое?
— Нет, но Бубновый — торпеда. Может, Шашка или Кошкодёр?
— Кто такой Кошкодёр? — насторожился Нежный.
— Бандит такой. Потом в картотеке посмотрите, если интересно, — отмахнулась я. — Нет, Юрочка, эти ребята тоже ни о чём таком бы не подумали. Не тот уровень. А вот Марио мог. Да только зачем бы он попёрся в этот убогий театр на спектакль, который идёт уже не первый год? Он похож на завзятого театрала?
— Не похож. А при чём тут дядя Серёжа?
— Один из зрителей, глянув на застрелившегося гусара, испытал дежа вю. Он уже видел такие фальшивые трупы. У Пиротехника свой узнаваемый стиль, не забыл? Или думаешь, стиль у него только в бомбах? А где местный бандит мог видеть трупы, сделанные Пиротехником? Только в том банке.
— Пусть так. Но это же мог быть и другой бандит, разве нет?
— Не мог. Берендей боялся, что его раскроют. Узнают, что он — Пиротехник. Единственный человек, которому старик не сможет проболтаться — его подельник.
— Точно! Он и так всё знает!
— Вот именно. Значит, с этим типом можно и дружить, не боясь ляпнуть лишнее. А кто у Берендея единственный друг?
— Надо же! — восхитился Нежный. — Я-то гораздо проще выяснил. Спросил у Берендея, почему возле него постоянно Серый ошивается, он мне ответил. Вот и всё.
— Раз для вас всё так просто, давайте закончим с викториной, — решительно предложила я. — Расскажите нам всю историю, кроме секретных подробностей, а мы потом спросим то, что не поняли. Иначе мы тут до завтра просидим.
— Да будет так, — кивнул Нежный, явно подражая отцу Эпистолярию. — Внимайте мне, ибо истину буду глаголить. Серый внезапно узнал, что депутат с давних времён затаил на него зло, и хочет убить. Киллера нанимать не станет, это дорого, а он жадный. Нашёл другой способ — Каретников рвётся в мэры, а поддержки в столице у него нет. Почему бы не поддержать, в обмен на голову врага? Карета решит вопрос запросто. А чтобы был сговорчивее, можно притормозить утверждение в губернаторской должности его зятя, Мэрского. Точнее, его Мэрского зятя.
— Этого не может быть! Отец не…
— Елена Михайловна, я понимаю, что вы хотите верить в порядочность своего папаши. Мол, в молодости чуток набедокурил, но это не он виноват, время такое было, а сейчас оно другое, и Карета тоже стал белым и пушистым. Законопослушным бизнесменом и начинающим политиком. Вы в курсе, что в девяностые его банда обеспечивала чуть ли не половину работы городских кладбищ?
— Ладно, продолжайте, — я не захотела спорить.
— Подождите, — попросил Юра. — А что, дядя Серёжа не мог уехать туда, где Михаил Павлович не имеет влияния? На Дальний Восток, например?
— Депутат его достал бы где угодно. А спрятаться Серый не мог, слишком приметная личность. То, что он уголовник, легко заметит любой участковый, даже тот, который на службе первый день. Куда ему убегать? В тайгу? На Крайний Север? Нет, это не для него.
— А за границу?
— Не хочет. Говорит, ‘на кого я собаку оставлю?’. Нет, Серый мыслит более конструктивно. Считает, что чем убегать и прятаться, лучше контратаковать. А тут ещё и узнаёт, что депутат сам к нам приедет, как не воспользоваться таким удобным случаем? Составил простенький план, и принялся подбирать под него исполнителей.
— Ничего себе простенький! — удивилась я.
— Да, поначалу ничего сложного не планировалось. Серый был знаком с актрисой и прекрасно знал её ненависть к депутату.
— Она же из другого города, — напомнил Юра.
— Когда Серый готовился обворовать будущего депутата, разведывал обстановку, так сказать, он познакомился и с пострадавшими от фонда, и с сотрудниками фонда, и в головном офисе, и в нашем филиале. Актриса произвела на него впечатление. Она очень яркая женщина, да и работа у неё именно такая — производить нужное впечатление. Может, она и плохая актриса, раз застряла в дерьмовом театре…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
