— Разве у соседей театр тоже такой?
— Сам я не разбираюсь, а знатоки говорят, что лучше, но совсем ненамного. Но всё же, актриса есть актриса, Серому она тогда запомнилась. А в марте сразу же в памяти и всплыла. Он ей позвонил, представившись пострадавшим от депутатского фонда, и без труда выяснил, что депутат она до сих пор ненавидит, и убила бы собственными руками. Эти слова обычно ничего не значат, но Серый смог убедить женщину, что она должна убить мерзавца. Впрочем, я думаю, тогда она ещё не поняла, что убивать придётся на самом деле.
— А план-то, который простенький, в чём заключался? — поинтересовалась я.
— Фармацевт делает яд и передаёт актрисе. На этом его роль кончается. Серый мог обратиться и к кому-нибудь у нас, химику или врачу, но для её удобства выбрал аптекаря из того же города, что и она. Женщина гримируется под Светлану и устраивается официанткой в ресторан, где готовятся провести банкет в честь приезда нашего дорогого депутата.
— А откуда он знал, в каком ресторане будет банкет?
— Разве это сложно выяснить? Вы же смогли, а он умеет разнюхивать не хуже вас.
— Мне сказал муж, а ему?
— Не знаю. Какая разница?
— Не знаете, и ладно. Продолжайте, очень интересно.
— Пока актриса, загримировавшись под Светлану, травит депутата, сама Светлана, уволившись из фирмы, где она работала, беззаботно отдыхает в Турции за чужой счёт. Через пару дней отравленный отдаёт концы, а официантки уже и след простыл. Если смерть сочтут естественной, отлично. Если нет, заподозрят Светлану, но у неё железное алиби. Кто под с её внешностью и документами подавал на банкете антрекоты, уже не выяснить. Конец пьесы, занавес.
— И почему что-то пошло не так?
— Светлана категорически отказалась увольняться. Точнее, запросила огромную компенсацию, и потребовала заменить Турцию на Карибские острова. Серый охренел, к тому же заподозрил, что список требований этим не ограничивается. Пришлось её похищать.
— Не понимаю. Чего он носился со Светланой, как с писаной торбой? Не смог договориться с ней — что, в городе других женщин нет?
— Подполковник тоже об этом спросил. Серый ответил, что искал другую, но подходящей быстро не нашлось, а времени изначально было немного. Одинокая женщина под пятьдесят, с фигурой, подходящей для актрисы — много ли таких наберётся? Да ещё и с чистой биографией, чтобы служба безопасности ресторана не стала возражать?
— Не знаю. А как он вообще вышел на Светлану?
— Я же говорил, когда Серый готовился обворовать фонд, он бегло проверил всех сотрудников. И Светлана его заинтересовала. Не в смысле амурных отношений, а потому, что она сестра секретарши Мэрского. Вдруг у Мэрского в фонде свои интересы? Депутата Серый не боялся, знал, что тот вот-вот отбудет в Москву, а этот — другое дело, он тут останется, и запросто отомстит. Но оказалось, что у Светланы и Карины отвратительные отношения, живут каждая своей жизнью и друг с другом почти не общаются. Значит, Светлана — не человек Мэрского, фонд можно спокойно обворовать.
— А откуда и зачем появился хирург? — подал голос Юра. — Ведь похищение Светланы Георгиевны — то же самое, что и её отъезд в Турцию. Понятно, что для не неё самой, а для плана.
— Нет, не совсем то же. Когда актриса собиралась изображать Светлану в ресторане, где ту никто не знал, достаточно было поверхностного сходства. Но потом понадобилось играть роль в фирме, где Светлана проработала больше года. Тут сходство должно быть идеальным, простого грима могло и не хватить. Понадобился консультант, и он нашёлся совсем рядом — приятель Серого, Пиротехник. Хоть он и не гримёр, но разбирается в таких вещах. И Пиротехник предложил пластическую операцию.
— Бред! — решительно заявила я. — Оформить увольнение можно было и без участия Светланы, ради одного этого делать операцию — абсурд.
— Тем не менее, всё якобы происходило именно так. Уверен, что Серый не врал, это не в его интересах. Хотя, если пофантазировать, можно придумать и другое объяснение. Например, актриса сама хотела этой операции. Она уже не молода, и подтянуть кожу ей бы не помешало. Но это дорого, а тут — бесплатно. Речь, конечно, не о той операции, когда ей сделали лицо Светланы, а о второй, когда должны были вернуть прежнюю внешность, а заодно и сделать подтяжку. Вот она и подвела Пиротехника и Серого к нужному выводу, все актёры умеют манипулировать зрителями, иначе они полные бездари. Но нам это не очень важно. Хирург понадобился, и Серый его быстро нашёл. Как — я не спрашивал. Наверно, так же, как и вы.
— И что было дальше?
— Дальше прибывший хирург где-то сделал актрисе новое лицо. Подробностей Серый не знает. Сам он в это время подбирал квартиру, где будут держать похищенную Светлану. И подобрал. Ту самую, где вчера сразились наша группа захвата и оперативники федералов. Но кто-то из полицейских его спугнул. Мы уже потихоньку стали проводить зачистку города к предстоящему съезду, это не за пару дней делается. Вот он и решил разместиться в гостинице-борделе, точно зная, что там облав не бывает. Ну, а когда пленница сбежала, хоть её и почти сразу снова поймали, возвращать Светлану назад он не рискнул, всё же решился использовать ту квартиру. В Анапе хоть актриса и смогла заморочить мне голову, всё же запаниковала, и сбежала. После этого я объявил Светлану в розыск, и какое уж тут отравление в ресторане? Без трудовой её туда не примут, а явись она увольняться из фирмы, мы бы её сразу там и взяли.
— А почему в ‘Викинге’ пистолет, а не яд? — поинтересовался Юра. — Разве дядя Серёжа знал, что депутата предупредили?
— Не знал. Но как ты себе представляешь это отравление? Вдруг депутат не захочет ни есть, ни пить на встрече с шантажисткой? И даже если захочет, он же будет постоянно смотреть на неё, как она подкинет ему яд? Тут нужна не актриса, а хороший фокусник, да и то не уверен, что у него получилось бы.
— Так у актрисы и с пистолетом не получилось.
— Это да. Хотя она и тренировалась, ездила за город пострелять по деревьям. Но стрельба по мишеням и убийство — не одно и то же, вот и толком не попала. Даже профессиональные киллеры частенько промахиваются, потому и делают контрольный в голову. Ну, а наша героиня не сделала, растерялась наверное.
— А куда делся охранник? — вспомнила я.
— Какой охранник? — недоумённо огляделся вокруг Нежный.
— Не здесь, в ‘Викинге’. Депутат сбежал из аэропорта с охранником. Куда он делся? Почему ничего не делал, чтобы защитить своего шефа?
— Ах, этот… Не знаю, куда он делся. Думаю, его нейтрализовали федералы. Не люди подполковника, а другие. Но, повторюсь, я не знаю. И вам не надо знать. А то как бы чего не вышло. Всё, пресс-конференция окончена, мне пора заняться своими делами, — он жестом подозвал машину наружки и направился к задней дверце.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
