И ещё я слышал, сам Куница говорил, что с первой выручки за спирт будут они закладывать свой собственный монитор. Уже без нас. И без нашей фанеры: металлический каркас с броневым металлическим поясом. Чтоб от нас ни в чём не зависеть. Да и дешевле это им, якобы, выйдет.
Где-то есть у него выход на большие объёмы хорошего оружейного металла, вот Куница хвост и задрал.
И на одном судне останавливаться они точно не собираются. Серию сразу будут закладывать из пяти штук. Уж больно их амазонки на реке достали. Говорит, никакого терпения уже нет, охамели совсем. Как в войну с ящерами ввязались, так семь шкур теперь дерут с каждого, кто мимо проплывает.
И орудия себе ставить они будут другие, огнестрельные. Три версты дальности стрельбы пневматикой его никак не устраивают.
— Флаг ему в руки и барабан на шею, — равнодушно зевнул Богдан. — Думает, денег много за спирт свой получит, так можно и на дорогие снаряды потратиться, — пожал он плечами. — Ну-ну. Его дело.
Ну, так мы идём смотреть работу Белых, — рассердился он, — или вы так и будете возле своего гробика фанерного стоять, любовно оглаживая его по всем выпуклым местам? Вот женись, Васька, и жёнку так свою нежно оглаживай.
— Идём-идём-идём, — заторопился Васька, наконец-то на самом деле отлипнув от так понравившегося ему чёрного корпуса кузова и двинувшись следом за Богданом в цех. — Это ты нас здесь в воротах держишь и баснями кормишь. А мы уже все в предвкушении. Интересно же. Показывай, противный, что парни привезли.
— Чё?! Нарвёшься ты когда-нибудь, Васька, — беззлобно проворчал кузнец, покосившись на наглеца. — Когда-нибудь я тебе точно твой язык без костей вырву и оставлю тебе же на память. Чтоб не забывал и думал что ляпаешь.
Всё же иногда у Васьки включалось в мозгах здравомыслие и ему хватило ума не отвечать на подначку, иначе бы усталый кузнец, недовольный дополнительной неурочной работой, ему точно чего-нибудь оторвал. Язык, не язык, но уж пендаля бы точно влепил крепкого. Уж очень он сердит был на свалившихся ему буквально на голову парней. Точнее, бесцеремонно усевшихся на шею.
По счастью до выяснения отношений дело не дошло и буквально через пять минут, быстро пройдя по длинному, с высокими потолками корпусу механического цеха, они через задние ворота вышли на задворки.
— Упс, — первой отозвалась Галка. — Всего второй раз вижу работу Кура и окончательно убеждаюсь. Мы не на того поставили.
— Согласен, — устало кивнул Богдан. — С какой стороны не посмотри, мастерская работа. А Кондрат Стальнов, ваш основной работник, не стоит того, чтобы на него время своё тратить. Халтурщик. Если он считает, что ему недоплачивают или его в чём-то обманули — хорошей работы от него не жди. Слепит тяп-ляп, лишь бы с рук сбыть. От себя добавлю, что внутреннее содержание Куровских машин полностью соответствует прекрасному внешнему облику. Машины, словно только что с завода. И даже лучше.
— Одна проблема — кабины металлические и с обычными стёклами. Считай что водители — уже покойники. Ну да это не беда. Если не гонитесь за изяществом, за неделю по вечерам я вам все девять кабин переделаю. Не таких красивых, конечно, как эти, но кабина из броневой фанеры пятёрочки будет, а на днище так и семёрку поставлю. Если наедете на мину, что вам «добрые» местные жители обязательно под колёса подсунут, так хоть ноги целыми останутся. За уши ничего не скажу, но ноги по яйца точно не оторвёт. Да и бронированное лобовое стекло ни стрелой, ни пулей не выбьет. А этот металлический хлам можете сразу выкинуть. Или продайте кому, кто купить пожелает.
— А у нас готовых кабин нет? — повернулся к нему Колька. — Гнутых?
— Что, денег много?
— Да нам же не на один ведь раз. Думаем и дальше их по Приморью гонять. Хотелось бы чтоб был посимпатичней того монстра, что ты склепал на том шерстевозе. И не на все девять, а только на три наших. Куровские обойдутся.
— Перебьёшься, — равнодушно отозвался кузнец. — Вот вернётесь, тогда подумаем. А сейчас получишь то, что успеем. Сейчас времени на ваши изыски у меня нет. Все украшательства на потом, на зиму или даже ещё дальше — на весну.
Вот тогда заплатишь, сколько скажут, если нужно ещё будет, — равнодушно пожал плечами кузнец. — А сейчас, может вам кузов крытым сделать, по подобию шерстевоза? Или ограничиться одной кабиной?
Весь, — перебил Кольку оживившийся Васька. — Кузов делай крытым. И чтобы там ровно на пятнадцать двухсотлитровых Дормидонтовых бочек кузов был рассчитан. Ровно на три тонны. Завтра мы тебе как образец подгоним одну такую, у нас есть. Вот под этот эталон всё и рассчитывай.
— А зачем бочки то укрывать? — изумилась Галка. — Или боитесь, что дождичком намочит? — расплылась она в ехидной ухмылке.
— Достаточно одной отравленной стрелы в бок или днище бочонка, чтоб всё вино пошло на выброс, — хмуро покосился на неё Васька. — Думаешь, самая умная? Думаешь, нам дадут спокойно провезти вино? Щаз! До первых кустов. По простому принципу: или мне, или никому.
— А то и ещё хуже быть может. Там всяких умников полно. Стрельнет такой дятел из духовушки отравленной стрелкой, и хорошо потом будет, если вовремя заметишь на боковине или на днище маленькое чёрное пятнышко-след от отравленной стрелки. Так отравленное вино иной раз заказчику и доставишь.
Он проверяет и тебя за одно место, хвать. Чего привёз?! Яд? Потравить хотел?
Приходилось, бывало такие жуткие неустойки платить, что волосы дыбом вставали. Да ещё раз десять извиняться потом, чтоб зла не держали. Да поминки тащить немалые. Так что лучше подстраховаться лишний раз и везти груз в крытом, защищённом со всех сторон грузовике. Чтоб не знали, что везёшь, куда везёшь, кому везёшь.
— Насчёт вина Дормидонта у нас с ним появилась другая интересная задумка, — перебил Ваську кузнец. — Думаем те стеклянные баки на четверть тонны, что вы под свой бензин планировали, установить на такой вот грузовик и приспособить под перевоз дешёвого столового вина. А бочки оставить дома под элитное вино.
— Ну-ка, ну-ка, поподробней, — оживился Колька. — Это что-то новое. У нас вроде как не было о том разговора. Бочки куда говоришь? А…
— Поподробней, это вы с Беллой Юрьевной поговорите, если интересуетесь. Это её идея, развитая Дормидонтом. А вкратце — делаем на шасси трёхтонного студебеккера не бензовоз, а виновоз. Вот от этого и пляшите.
— Ик, — растерянно икнул Васька….
— Смотреть будете?
— А что, есть на что?
— Есть. Две штуки.
— Будем, — Васька решительно мотнул головой. — Надо разобраться, что вы там задумали с виновозами. Оч-чень интересно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
