— Ты сказал, что у тебя есть дела. Что ты имел в виду?
— Тайна моего прошлого так и осталась тайной. Я вернусь на Адонис и вытрясу из генерала признание.
— Хорошо, — подвел итог Биордер, — ты сам признаешь, что в твоем рассказе много слабых мест, но, как ни странно, именно это убеждает меня в его правдивости.
— Значит, вы мне верите? — Рип воспрял духом.
— Не так быстро, — остудил его Биордер, — поставь себя на наше место, если ты и правда отвезешь нас на Хонс, тогда, может быть…с. А что ответят остальные? — обратился он к присутствующим.
— Марико подошла и положила руку на его плечо.
— Я уже сказала, мне очень хочется поверить, однако я слишком долго проклинала тебя, чтобы так вот сразу перемениться. Дай время. В любом случае, пока я с тобой.
— А что ты скажешь? — Рип повернулся к Эйсаю.
— Время покажет, — лаконично ответил нихонец.
— И на том спасибо.
— Теперь пойдем убеждать команду, — подал голос Биордер.
— Попробуем.
Рип вышел из рубки в сопровождении уже не врагов, но и не друзей.
Подойдя к кают-компании, Винклер открыл дверь и первым вошел в помещение. Люди сидели на своих местах и с ненавистью смотрели на него.
— Ябу нет! — неожиданно раздался сзади крик Марико. Рип с удивлением обернулся… На шаг сзади… перекошенное ненавистью и вместе с тем довольное лицо Ябу с массивным стулом в руках, и этот стул стремительно несся к голове Рипа…
Рип медленно открыл глаза… лицо… над ним склонилось лицо очень красивой девушки… черные прямые волосы, черные брови. Девушка смотрела на него.
Секунду Рип наслаждался представленной картиной, а затем из глубин памяти пришло и имя — Марико. Да.
Именно-так звали эту девушку. И еще он вспомнил, что она принцесса и он любит ее. Это было уже не воспоминание, а чувство, знание!. Оно сидело глубоко внутри и никогда не выходило оттуда…
Затем Рип вспомнил их первое свидание. Это было давно… наверное…
Он и принцесса тогда гуляли в дворцовом саду, тихо шелестели листья, весело стрекотали насекомые, и принцесса призналась… и он поцеловал ее… или он признался сначала… если бы не задание, которое он в тот момент выполнял…
Задание?!
Рип напрягся… напряг мозг, насколько это возможно для органа без мыши… Задание… Гордон приказал… он должен был выйти в космос… попасть во дворец… О боже!
Холодный, а затем горячий пот прошиб все тело юноши.
Свершилось! Столько времени… Он вспомнил… вспомнил… да и как подобное возможно забыть…
Имя… рабство… годы, проведенные на Бастилии… операции… дом… катастрофу на Силен… и всео что случилось после. Если бы мог, Рип прямо сейчас расцеловал бы Ябу. Надо же, так удачно огреть его…
Некоторые воспоминания оставались еще довольно смутными, вероятно, они пока не прояснились, а может, так и должно быть, события происходили несколько лет назад. Однако не это главное. Пелена, заслонка, барьер, завеса, стоявшая в его мозгу на протяжении нескольких месяцев и побуждавшая Совершать все поступки, непостижимым образом исчезла. Это можно было сравнить лишь с чудом, из ничего не понимающего, перепуганного человека он снова стал самим собой. Тем Рипом Винклером, снова целостной личностью, каким не был уже… пять лет. Он вспомнил и это.
Внимательнее присмотревшись, Рип понял, что еще очень много оставалось белых пятен, провалов в биографии. В данный момент подобные мелочи не волновали юношу. Недостающие участки восстановятся, он был уверен в этом. Главное, он вспомнил, он понял, кто он, и хотя, поняв, увидел не слишком приятные моменты, однако на душе стало легко и хорошо. Камень неведения, висевший на шее в течение нескольких месяцев, да и не только месяцев, лет, наконец упал. И кто бы думал что поможет ему в этом — Ябу.
— Марико. Голову переполняли мысли, хотелось столько сказать, поделиться своей радостью.
— Ты очнулся! — обрадовалась девушка. — Лежи, лежи, тебе еще рано вставать, — испуганно прошептала она, заметив попытку Рипа подняться с постели.
— Марико, — повторил Рип, — я помню… все помню.
— Что? — не поняла она в первую минуту сидящая. — Неужели…
— Да! — счастливо крикнул Рип. — Ты не представляешь, какое это прекрасное чувство, знать, кто ты, знать свое прошлое.
Глаза девушки засветились.
— Наконец-то… — Неожиданно покраснев, она добавила: — А ты все вспомнил?
— Все, — кивнул Рип, понимая, что принцесса имеет в виду. — Я хочу сказать тебе, Марико, я люблю тебя и всегда любил, еще с первой нашей встречи, тогда, на корабле, в космосе, когда вы с императором подобрали меня.
Девушка опустила взгляд.
— Не надо об этом, между нами вечно будет стоять мой отец.
— Кстати, об отце, — Рип нахмурил брови, — думаю, у нас есть шанс.
— Что ты этим хочешь сказать?
— Тогда ночью, во дворце, я не убивал его. Он действительно оставался живой, я лишь должен был похитить императора, по возможности выдав это похищение как убийство. Так приказал генерал Гордон.
— То есть ты думаешь, он…
— Не знаю, — честно ответил Рип, — было бы несправедливо подавать тебе напрасные надежды. Твердо могу утверждать лишь одно: когда я видел его последний раз, император был жив, за остальное не могу поручиться, учитывая и то, что наш с ним полет в Империю пока как в тумане.
— Если только это правда, — прошептала Марико.
— А сейчас позови Эйсая, Биордера и… Ябу, они должны услышать мою историю.
Когда все собрались в каюте, в том числе и настороженно косившийся на него Ябу, Рип начал свой рассказ:
— Завязку вы слышали, поэтому повторяться не стану. Все действительно началось с той памятной катастрофы на катере Сэма пять лет назад. После того как Сэм оставил меня умирать в космосе, я думал, мне крышка. Кончался кислород, а кругом, на световые годы вокруг, ни единой живой души. Но я оказался везунчиком, если это можно назвать везением. Мимо пролетал неизвестно как заблудший в эти места пиратский корабль, они меня подобрали, залечили рану, выходили, еще бы — живой товар.
Так я попал на Каффу — в первый раз. На рынке рабов меня и еще нескольких юношей приобрел небезызвестный вам, тогда еще не советник президента и полковник, Гордон. Он, как мы узнали позже, по заданию Империи набирал людей в особо засекреченную группу специального назначения, своего рода мусорщиков, выполняющих самую грязную и черную работу во имя великой цели — благополучия Галактической Империи. Это был элитарный и очень малочисленный отряд, о существовании которого знали совсем немногие. Мы являлись роботами, смертниками, эдакими негомцами в человеческом обличье, в отличие от последних способные мыслить и убивать далеко не одного человека. Однако это потом, а сначала была Бастилия-7.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
