уже приготовился ждать как всегда. А тут где-то через полчаса нарисовался тип. Мужик лет тридцати, наверное, смазливый, высокий, широкоплечий — бабам такие нравятся. Он подошёл к её машине, открыл её и достал оттуда какой-то пакет. И с этим пакетов вернулся в отель.
Я не стал торопить Влада, пока он вновь прервался на кофе.
— Через три часа княгиня отчалила, как обычно, — продолжил он, ставя пустую чашку на барную стойку. — Я за ней не стал ехать — всё равно же бесполезно. А вот того типа решил-таки дождаться. И знаете что?
— Что? — внимательно слушающий Саня сидел у кассы и сводил чеки за сегодняшний день, переписывая в тетрадку наши продажи.
— Через час этот же мужик вышел из отеля, сел в потрёпанную шушлайку и поехал домой, — объявил Влад. — Я когда его тачку увидел, сразу понял, что княгине с таким нищебродом не по пути должно быть. Она даже знать подобных людей не должна! И если их что-то связывает, так это только секс. В общем, я за ним проехал, отследил его до дома. Присмотрел подъезд, в который он зашёл. А потом у местных поспрашивал, кто такой.
Влад достал из внутреннего кармана вырванный из блокнота листок и продолжил:
— Вот адрес мужика. Фамилию его я не узнал, но соседи рассказали, что зовут его Толян.
— Если квартира на Анатолия записана, узнать фамилию не проблема, — заметил Саня, поглядывая на нас и забирая листок с адресом. — Вопрос решается в два звонка и десять минут.
Я выслушал их обоих и вздохнул с облегчением. Радовало и то, что наконец-то пошёл прогресс, и то, что к Артуру обращаться не придётся. Вмешивать в свои дела ИСБ-шников до такой степени мне не хотелось.
— Спасибо, Влад, — от души хлопнул я друга по плечу.
— Ты молодец, Влад, — поддержал меня Саня с улыбкой.
— Да вы чё, пацаны, — засмущался от нашей похвалы друг. — Я же сказал, что сделаю всё, вот и сделал.
Оставалось только придумать, что с этим Толяном делать, как к нему правильно подступиться. Он ведь наверняка не дурак, и понимает, что его кастрируют, если люди князя Стародубского его поймают на Марине Кирилловне. Так что врываться к нему чревато — он может ей об этом рассказать, и тогда никакого компромата мы не получим.
Тут надо действовать тоньше. Но как именно — стоит ещё поразмыслить. Но для начала надо подождать, чтобы Саня собрал о нём информацию. А тот, спрятав листок с адресов в кармане, неожиданно спросил:
— Кстати, а вы Олега видели?
— Да век бы его не видеть, — ответил я искренне. — Я только забывать о нём начал.
— И я тоже, — добавил Влад. — А зачем он тебе?
— Да просто странно, — задумчиво произнёс Саня. — Он вообще куда-то пропал. С тех пор, как Влад завязал, я Олега не видел. Видимо, куда-то встрял.
— Туда ему и дорога, — мрачно произнёс Влад.
Я не стал говорить Сане, что в этом нет ничего странного. Олег чуть не сорвал важный бой, пытался нагреть самого Петра Петровича этой подставой и срубить денег на тотализаторе. А бандиты такое не прощают, тем более такие уверенные в своём всемогуществе, как Петя Сибирский.
* * *
Харлей прекратил рычать, и Настя уже привычно перекинула ногу через сидение, чтобы встать на ноги. Целительница за прошедшее время пусть и не стала одобрять моего участия в боях, однако уже не удивлялась происходящему в клетке. А ведь там не только я выступал, и порой возникали довольно неприглядные ситуации.
Нас уже встречал Артур. ИСБ-шник кивнул мне и, подав Насте руку, повёл её в бар. Когда начнётся бой, оба будут в ложе наблюдать — это уже традиция. Я же направился в свою комнатку.
До моего выхода оставалось совсем немного времени, когда дверь открылась, и заглянул Мирон.
— Здорово, Молот, — произнёс он. — Сегодня опять ставить будешь?
— Конечно, — ответил я, демонстрируя ему бумажник, который даже не сгибался от количества набитых внутрь банкнот. — Пятьдесят тысяч рублей на меня!
Местный управляющий поднял брови.
— Ты разорить нас решил? — возмутился он, но деньги всё же взял.
— Ну так вы поставьте против меня того, кто сможет меня победить, — пожал я плечами.
В принципе я мог бы и сотню поставить, но меру надо знать. И так в предпоследнем бою решил поставить больше обычного.
Да, я неплохо заработал на боях, но зачем лишний раз светить деньги в компании бандитов, которые даже не скрывают, что они бандиты? Дразнить гусей нельзя, они и ущипнуть могут.
— Хрен с тобой, — ответил Мирон. — Но ты только больше такие суммы не ставь, ладно? Пятьдесят кусков — это ж до хрена. А то меня Пётр Петрович за яйца возьмёт.
Кивнув, я двинулся к выходу.
Мирон вновь отвёл меня в клетку, я привычно передал ему куртку от спортивного костюма и прошёл в дальний от входа конец. До появления моего противника оставались считаные секунды, и я нашёл взглядом Настю с Артуром, которые смотрели на меня из ложи.
Наконец, показался и мой соперник. Среднего телосложения, весь в шрамах, на голове следы ожога, от которого не росли волосы. Всё это ему мог убрать любой лекарь, но, похоже, мужик собирал шрамы, чтобы казаться страшнее. При этом он смотрел на меня и, сжимая кулаки, усмехался.
Ведущий вошёл на ринг и начал объявлять наш поединок.
Толпа зрителей уже встречала меня, как своего любимчика. Впрочем, и Топор, как назвали моего соперника, любовь публики сыскал. Нельзя дойти до полуфинала и не обрасти кучкой фанатов кровавого спорта.
— Я тебя порву на части, пацан! — объявил соперник, сближаясь со мной после сигнала к началу боя. — А как с тобой разделаюсь, займусь твоей девкой, покажу ей, как настоящий мужик баб трахает. Видел я её, вид у неё сильно недотраханный!
Топор неприятно осклабился, я же промолчал — такая провокация меня не задела. Вместо этого я шагнул ему навстречу и, уклонившись от первого удара, пропустил Топора мимо себя. Когда он оказался позади, я успел развернуться и пинком в зад отправил его в стену клетки.
Соперник выставил руки, избегая удара об металлические прутья решётки. Толпа весело заулюлюкала, и Топора это взбесило. Он бросился ко мне, рванул в
