Блейд кивнул и, подобрав валявшиеся неподалеку сапоги, последовал за девушкой. В двух десятках шагов обрыв сворачивал вправо и глазам неожиданно открывался уютный уголок. Река вымыла в песчаной полосе берега, который был здесь значительно шире, небольшую бухту, а десяток огромных камней, сорвавшихся со скалы, отгородил ее от быстрого течения. Стремнина неслась ближе к противоположному берегу, а здесь, в заводи с чистым песчаным дном, вода стояла почти неподвижно. Луна светила так ярко, что можно было разглядеть мелких рыбешек, скользивших по дну.
Блейд услышал сзади позвякивание и обернулся. Плащ и сабля девушки лежали на песке, а она стягивала через голову свою легкую чешуйчатую кольчугу.
— Что же ты не раздеваешься? Тебе ведь хотелось искупаться! — Она уже развязывала пояс шерстяной туники.
Разведчик зачарованно смотрел, как гибкое тело освобождается от воинственного наряда. Через минуту девушка стояла уже совершенно обнаженной — юная, свежая и одновременно чувственная, манящая, она была совершенно естественна в своей наготе. Ее фигура с тончайшей талией, высокой упругой грудью, стройными ногами напоминала в лунном свете изящную статуэтку, выточенную из слоновой кости.
Поймав его восхищенный взгляд, Рэйза улыбнулась и пошла в воду. Поравнявшись с Блейдом, она слегка провела кончиками пальцев по его груди. Он сбросил остатки своего наряда и последовал за девушкой.
Блейд закрыл глаза и расслабленно погрузился в воду. Теплая спокойная река обняла его избитое, уставшее тело. Она, как целебный настой, омывала ссадины и ушибы, снимала боль, возвращала силу и упругость мышцам.
— Дик! — Девушка стояла перед ним, ее синие глаза сейчас казались черными и глубокими. Плескавшаяся вода едва закрывала ее часто поднимающуюся грудь с темными пятнами сосков. — Дик! Я никогда не встречала более удивительного мужчину, чем ты, сильного, отважного… Я хочу быть твоей!
Они уже были готовы оба, желание одновременно овладело ими. Рэйза со стоном выгнула спину, ощутив его крепкое объятие, в котором было больше страсти, чем нежности. Блейд поднял ее в воздух и стал целовать запрокинутое лицо и теплые разомкнувшиеся губы. Она прильнула к нему, охватив ногами его талию. Вода забурлила, когда два сильных тела, одно — могучее, крепкое, другое — гибкое, тонкое, слились, раскачиваясь в едином ритме. С каждым движением все крепче обвивались руки вокруг его шеи, все громче становились протяжные стоны, оглашавшие прозрачную тишину заводи. Наконец бледная луна вспыхнула для них обоих одновременно тысячью ярких солнц, и Рэйза, обессилев, склонилась к нему на плечо.
Блейд вынес драгоценную ношу на берег и осторожно опустил на песок. Они неподвижно лежали рядом, и силы постепенно возвращались к ним.
— Ты самый удивительный мужчина, — повторила она, почти беззвучно, — во всем.
Девушка повернулась на бок и стала разглаживать пальцами мокрые завитки волос на его груди. Ее ладонь казалась совсем маленькой, игрушечной на плитах могучих мышц. Потом пальцы скользнули ниже, пробежали по животу… Рэйза тихонько вскрикнула, когда сильные руки неожиданно подняли ее в воздух. В следующую минуту он уже собирал губами капли влаги с ее груди и она вновь стонала в ожидании блаженного мгновения.
Светало, когда они, обогнув гряду холмов, не заходя в таинственную долину, приблизились к тому месту, откуда накануне Блейд отправился на поединок. Стреноженные лошади сонно щипали траву. Черс лежал в своей излюбленной позе, положив морду на сложенные лапы, изредка поглядывая на мрачного пленника. Мальчик сидел на земле, обхватив колени руками. На приблизившихся людей он посмотрел исподлобья и отвернулся.
— Как тебя зовут? — спросил Блейд, присев рядом с ним на корточки. Мальчик не отвечал.
— Зачем ты прятался в долине? Это ведь карается смертью, ты знаешь!
Вновь молчание. Блейд вздохнул.
— Послушай меня внимательно, парень! Ты, конечно, знаешь, что я здесь чужой. И для меня не так уж важно, нарушил ты какой-то местный закон или нет. По мне, так ты хоть поселись в этой долине навсегда. Если ответишь на мои вопросы — я обещаю, что попробую уговорить ее, — он кивнул в сторону девушки, которая в стороне распутывала лошадей, — никому ничего не рассказывать в стойбище. Думаю, мне это удастся. Договорились?
Мальчик, не поворачивая головы, бросил на него косой недоверчивый взгляд.
— Клянусь, что не обману тебя! — Блейд с самым серьезным видом прижал ладонь к сердцу.
Мальчик все еще хмурился, но любопытство постепенно брало верх над подозрительностью. Наконец он не выдержал.
— Ты что, летать умеешь? Ты же упал с обрыва!
— Так упал, что остался жив, сам видишь. Если захочешь, я расскажу тебе потом, как все произошло. Как твое имя?
— Гонза.
Блейд видел, что мальчик с трудом удерживается, чтобы не задать какой-то вопрос.
— Зачем ты пробрался в долину, Гонза?
— Хотел посмотреть, как ты его прикончишь.
Разведчик усмехнулся.
— Чем же тебе так не угодил Сунжи?
— Не угодил! — Мальчишка возмущенно фыркнул. — Да будь я старше, я бы сам с ним разделался. Он убил моего отца.
— А твоя мать? Она, наверное, волнуется, что тебя нет так долго?
— Мать умерла. Я живу у тетки. — Он зло, очень по-взрослому усмехнулся. — Для них было бы лучше всего, чтобы я совсем потерялся. Меньше ртов в семье.
Блейд нахмурился. Невеселая и вполне земная история. Тут он вдруг понял, что безумно голоден. За всеми событиями вечера и ночи он совсем забыл, что не ел со вчерашнего утра. Как же, наверное, проголодался этот десятилетний мальчишка!
Он подошел к девушке, которая, распутав лошадей, о чем-то тихо ворковала с леопардом. Тот нежно жмурил желтые глаза и терся мордой о ее руку. Разведчик подумал, что не хотел бы испытать на себе ревность этой кошки.
— У тебя нет с собой ничего поесть? — тихо спросил он.
Рэйза встала и, порывшись в седельной сумке, достала лепешки и сыр.
— Дик! — Она понизила голос. — Я, кажется, узнала его. Этот мальчик дружил с Доном, играл с ним, пока тот жил у нас. В темноте я не разглядела, а сейчас уверена, что это он.
Блейд улыбнулся и ласково погладил ее по щеке.
— Спасибо!
Он услышал ворчание Черса и краем глаза заметил, как вздулись мышцы под лоснящейся пятнистой шкурой.
Спустя полчаса они сидели вокруг небольшого костерка. Солнце встало, и воздух прогревался с каждой минутой. После еды Гонза заметно оживился. Он уже забыл, что был пойман на месте преступления, и совершенно потерял бдительность.
