Сидящий рядом с ним мощный, одноглазый сотник по имени Реза угрюмо кивнул.
— Северянин прав, повелитель. Нельзя выпускать их на равнину. Надо останавливать у переправы.
После победы над Сунжи Блейд завоевал если не полное доверие, то как минимум уважение воинов клана. Может быть, сотники и не одобряли участие чужеземца в командовании, но не подавали вида.
— Реза! На рассвете ты возьмешь свою сотню и отправишься к броду. Поезжай с ним, Дик! Думаю, твоя голова пригодится в этом деле. Вы должны подготовить встречу гостям. Я с оставшимися сотнями буду там на закате.
— Я хочу поговорить со старшим над кузнецами, — подумав, сказал Блейд, — прямо сейчас.
Эргай чуть сузил глаза, но, словно не заметив начальственного тона северянина, жестом подозвал к себе стоящего поодаль телохранителя и что-то шепнул ему на ухо. Сотники переглянулись. Если асан так благоволит к чужеземцу… что ж, наверное, он и вправду великий военачальник.
Несколько минут прошло в молчании. Наконец в освещенном круге встал приземистый, немолодой уже мужчина с могучими, длинными, как у гориллы, руками.
— Смотри! — Блейд разровнял песок около кострища и кончиком ножа начертил простой, в несколько линий рисунок. Все молча наблюдали. — Нужно, чтобы кузнецы стойбища всю ночь ковали такие штуки — как можно больше. Наконечники для стрел и дротиков будете делать завтра, а к утру мне нужно вот это. Понял?
Кузнец несколько растерянно огляделся — чужеземец приказывал в присутствии асана.
— Делай то, что он сказал! — сухо сказал Эргай. — Иди!
Он тяжело поднялся на ноги и оглядел черное, усыпанное звездами небо.
— Великий Юэ поможет нам! — Он помолчал и добавил: — Если мы будем этого достойны.
До рассвета оставалось еще часа два. Блейд осторожно поглаживал пальцами обнаженное плечо Рэйзы. Казалось, девушка уснула, положив голову ему на грудь. Он прислушался к тихому дыханию. Спит? Нет, всхлипнула тихонько. Тонкий луч меркнущей луны упал через отверстие в крыше, блеснул на мокрой щеке. Слезы… Он ласково прикоснулся пальцами, стирая влагу.
— Почему ты плачешь?
— Дик! — Горячее дыхание обожгло кожу. — Ты понимаешь, может быть, это последняя наша ночь. Вообще последняя ночь…
Блейд погладил ее по волосам.
— Я вернусь и снова буду с тобой.
— Мы должны вернуться оба… Он улыбнулся в темноту.
— Ты же не хочешь сказать, что собираешься принять участие в сражении!
— Конечно, а как же иначе?
— Нет, милая, ты должна ждать меня здесь. Я знаю, что ты владеешь оружием, но все равно женщине не место в бою. Тем более это совсем не крайний случай. Подумаешь, тысяча всадников!
— Ты не понимаешь… У моего отца никогда не было сына, он воспитывал меня как мальчика. Я выросла среди мужчин, воинов. Я не такая, как все женщины в стойбище, и просто не могу остаться дома, когда идет война. — Рэйза на секунду замолчала и вдруг крепко обвила его руками. — Знаешь, ты первый мужчина в моей жизни, рядом с которым мне не хочется быть гордой и сильной, быть воином. Я хочу быть женщиной, твоей женщиной, Дик! Но в этот раз я просто не могу остаться в стойбище — нужно быть рядом с братом, помочь ему. И потом… я не хочу расставаться с тобой. Я люблю тебя!
Долина еще была покрыта сном, когда сто два всадника покинули стойбище и, миновав лощину между холмами, вылетели на степную равнину. Тяжело нагруженный отряд держал направление на юго-запад, к Каменному броду. Помимо седоков и оружия кони несли различное снаряжение — лопаты, жерди, кольца толстых веревок. На некоторых были навьючены тяжелые кожаные мешки, позвякивающие металлом.
«Саперный батальон», — усмехнулся разведчик. Они с сотником скакали чуть позади отряда. Отдохнуть этой ночью не удалось, но свежий утренний ветерок быстро разогнал сонливость. Встающее за спиной солнце медленно укорачивало тени, насвистывали птицы, теплело. Хорошо, что он не надел выбранные доспехи, а просто сложил их в мешок, покачивающийся теперь у седла. Даже в одной кожаной куртке через час станет нестерпимо жарко.
Боль петардой взорвалась в левом виске, залила лоб, потом затылок, медленно потекла вниз по позвоночнику. Господи! В прошлый сеанс связи он думал, что больнее быть не может. Еще как может! Стараясь не потерять над собой контроль, Блейд вцепился в поводья и приготовился к новым приступам. Они не заставили себя ждать. Наконец, когда он почти потерял сознание, пробилось сообщение.
— Ричард! Мы очень обеспокоены отсутствием результата. Сделай все возможное, чтобы вернуть кристалл. Произошла утечка информации, дело получило огласку. Операцию придется завершать в любом случае, так как компьютер больше не выдерживает двойной нагрузки. У тебя осталось не более двух суток, потом произойдет автоматический сброс программы и вытащить тебя будет невозможно. Блок, принимающий информацию, усилен, так что, как только ты будешь готов к возвращению, сообщи нам. Удачи!
Несколько затухающих болевых разрядов и блаженная тишина.
— Что с тобой, Дик? — Сотник недоуменно вглядывался в его перекошенное лицо. — Что за дух тебя мучил?
Блейд попытался улыбнуться.
— Все в порядке, я, кажется, уснул в седле. Видимо, объяснение, как и улыбка, получилось не очень убедительным. Реза настороженно покосился на него единственным глазом и замолчал.
Через час отряд достиг своей цели. Оставив воинов разбирать поклажу, командиры спустились к воде. Блейд прикинул на глаз расстояние. Ширина реки в этом месте не превышала ста метров. Что ж, пожалуй, достаточно. Брод не зря называли каменным: скалы здесь вплотную подступили к воде, оставив свободным лишь небольшой участок берега метров пятьдесят в ширину и примерно столько же в глубину.
— Какова ширина, брода? — спросил Блейд. — Где начинается глубина?
Реза прищурился, склонив голову набок.
— Вот от этого камня до того, красного, совсем мелко — мой конь брюхо не замочит. Дальше дно начинает понижаться, но вот тут и вот тут еще, — он показал руками, — пройти можно.
Блейд кивал, думая про себя: «Между этими камнями метров двадцать. Его конь не замочит брюхо… Значит, высоким вражеским коням и вовсе будет по колено. Что ж, уловка, конечно, самая примитивная, но с таким техническим обеспечением ничего другого не придумаешь. Ну хорошо, это для начала. А что дальше?»
Он повернулся спиной к воде и, запустив пальцы в бороду, стал внимательно оглядывать берег. Реза выжидающе молчал.
Так, по бокам две здоровенные скалы огораживают площадку и доходят до самой воды. Путь в обход по берегу нападающим закрыт. Широкий подъем к холмам перегородить невозможно. Ну ладно, и не будем перегораживать. Сделаем по-другому. Это, конечно, всех проблем не решает, но все же что-то. Ну а дальше? Дальше, похоже, придется просто махать мечом. Больше тут ничего не придумаешь.
