Так, по бокам две здоровенные скалы огораживают площадку и доходят до самой воды. Путь в обход по берегу нападающим закрыт. Широкий подъем к холмам перегородить невозможно. Ну ладно, и не будем перегораживать. Сделаем по-другому. Это, конечно, всех проблем не решает, но все же что-то. Ну а дальше? Дальше, похоже, придется просто махать мечом. Больше тут ничего не придумаешь.
Блейд повернулся к сотнику, который с видимым интересом ожидал окончания размышлений.
— Я предлагаю сделать так…
Когда Блейд закончил объяснения, Реза снял остроконечный шлем и задумчиво поскреб голову.
— Вообще-то я думал встретить их прямо на берегу, — сказал он. — Вот тут у воды, пока они не развернут строй в ширину.
— Здесь у нас не будет свободы маневра. Единственное наше преимущество — скорость. Дзорга вооружены тяжелее, такого лобового столкновения наша конница может не выдержать.
— Ну что ж, северянин, делай по-своему. Асан доверяет тебе. Я подчинюсь.
«Вот и славно», — подумал Блейд и вздохнул. Снова он влез не в свое дело. Почему он должен подставлять свою голову в сражении между равно чужими ему племенами? Только ради того, чтобы встретиться наконец с человеком по имени Дон? Судя по всему, Огнеголовый колдун — это действительно он. Интуиция, которой Блейд склонен был доверять, подсказывала, что так оно и есть. Но почему колдун? И что за странная метаморфоза произошла с ним? Почему он во главе чужого войска нападает на кочевников, у которых жил целый месяц и с которыми подружился? То, что он стал официальным противником, конечно, облегчает задачу. Предстоит убить не своего предшественника, коллегу, а врага, встретившегося в бою. Он враг. А его, Блейда, задача — добыть кристалл и успеть вернуться в земное измерение до сброса программы компьютера. Вот и все. И конец всем рефлексиям.
Глава 11
Стемнело рано. Солнце садилось в тучи, предрекая назавтра непогоду.
«Пожалуй, это нам на руку», — думал Блейд, меряя шагами прибрежный песок. Он плотно запахнул куртку и, поежившись, скрестил руки на груди. С равнины задул холодный пронзительный ветер, принесший ощущение осени. Если получится все, как задумано, — противники здорово вымокнут при переправе и боевого духа им это не прибавит. Не зря воины работали целый день, выполняя его указания. Впрочем, это, конечно, ерунда. Ни холодная вода, ни мелкие хитрости не заменят мужества и сноровки бойцов. Исход решится в сражении.
Блейд остановился и окинул взглядом противоположный берег. Такое же нагромождение скал, за ними холмистая равнина, где-то за горизонтом переходящая в пустыню. Оттуда появится враг. Скорее бы, ничего нет противнее ожидания. Оно подтачивает мужество и заполняет голову всяческими неподобающими мыслями. Например, о целесообразности дальнейшего пребывания в этом мире. Ведь нет же здесь сил, способных угрожать земной цивилизации. Нет? Н-да. Дон по-прежнему рвется к Могильнику Духов. Кто знает, что скрывается в его глубине? И что за страж охраняет Ворота Смерти? Чего себя обманывать, если придется покинуть это измерение, так и не разгадав загадку кургана, — до конца дней этот вопрос не будет давать покоя. Хватило бы только времени!
За спиной раздался приглушенный песком топот копыт.
— Дик!
Он быстро обернулся. Ну вот, все-таки не послушалась! Рэйза соскочила с седла и крепко прижалась к его груди, не обращая никакого внимания на снующих вокруг воинов.
— Как давно я тебя не видела!
Блейд улыбнулся и, осторожно сняв с нее шлем, погладил по шелковистым волосам.
— Один день.
— Целый день! — Она засмеялась, запрокинув голову, и Блейд, не удержавшись, впился губами в смеющийся рот. Неподалеку послышалось негромкое, но отчетливое рычание. Господи, да он, кажется, и вправду ревнует! Огромная кошка пристально смотрела на Блейда. Взгляд был тяжелым и напряженным. Могучую шею Черса охватывал широкий кожаный ошейник с длинными коваными шипами.
«Посмотрю я на того, кто попытается придушить это чудище!» — подумал Блейд.
Девушка улыбнулась, словно прочтя его мысли, и отстранилась.
— Тебя зовет брат. Мы привели еще почти шесть сотен всадников. Ему не терпится тебя выслушать.
План Эргаю понравился. Даже некое подобие улыбки искривило его тонкие губы. Он спросил только:
— Может быть, нам не следует вначале показываться врагу у переправы? Появимся, когда они попадут в первую ловушку. Это внесет панику.
Блейд резко мотнул головой.
— Нет! Увидев пустынный берег, дзорга вышлют разведку и заранее обнаружат ловушку. Они обязательно должны видеть наш заслон и атаковать с ходу, уверенные в своем численном преимуществе. Вот тогда они попадутся.
Эргай задумался.
— Да, пожалуй, ты прав. Теперь надо расставить отряды и все растолковать воинам. Завтра никто не должен ошибаться.
«Да, — подумал Блейд, — ошибаться нельзя. А ведь степные воины — не регулярная армия, привыкшая беспрекословно и точно выполнять приказы. Они ни о строе, ни о перестроении понятия не имеют. Управлять ими в бою будет непросто».
К моменту, когда ночь накрыла степь и берег реки, инструктаж был закончен. Войско разделилось на отряды согласно плану, командиры получили точные указания. Было холодно, продолжал дуть северный ветер, время от времени начинал накрапывать редкий дождь. Костры разложили за холмами, чтобы разведка противника, если таковая случится, не смогла их сосчитать. А отсветы… что ж, своего присутствия степное войско и не скрывало.
«Кажется, я сделал все, что мог», — устало думал Блейд, откинувшись спиной на здоровенный валун и вытянув ноги в промокших сапогах к огню. Рэйза сидела рядом, укрытая полой его плаща. Он определил ее в резерв, но ведь и этому отряду рано или поздно придется вступить в бой.
«Да что я, в самом деле, — горько усмехнулся Блейд про себя. — Сколько дней прошло, как мы встретились? Она прожила без моей защиты семнадцать лет, охотилась в одиночку в степи, участвовала в схватках с врагами и состязаниях, а я пытаюсь ее оберегать, как выпускницу Оксфорда. Мне осталось здесь находиться два дня, самое большее. Потом она потеряет меня навсегда, без всякой надежды увидеть когда-либо снова, и я даже не могу предупредить ее об этом. Пожалуй, это будет для нее пострашнее, чем сражение. От себя самого надо было защищать Рэйзу. А теперь уже поздно, — он вздохнул. — А может, я драматизирую ситуацию? Может быть, она скоро забудет меня и утешится с другим? Как знать!»
Он думал про себя, но девушка неожиданно вздохнула и, вздрогнув, крепко прижалась к его плечу.
