Он думал про себя, но девушка неожиданно вздохнула и, вздрогнув, крепко прижалась к его плечу.
Рассвет встречали в седле. Полчаса назад дозорные на скалах заметили блеснувший вдалеке огонь. Костры потушили. Отряды отошли на определенные им места. Блейд вместе с Резой вывели первую сотню к воде. Темнота сменилась серыми предрассветными сумерками. Моросил мелкий дождь. Воины расчехлили луки и положили их поперек седел. Застоявшиеся за ночь кони всхрапывали и перебирали ногами, взрывая мокрый песок. Звякала сбруя.
«Скорее бы, — подумал Блейд, — ожидание убивает боевой дух». Он поправил шлем — зазвенела кольчужная сетка, закрывающая затылок и шею. С непокрытой головой привычнее и легче, но рисковать не стоит. Чешуйчатая кольчуга, надетая под куртку, давила на плечи.
Несмотря на тучи, сплошной пеленой застлавшие небо, с каждой минутой становилось все светлее. Дул ветер, завывая в скалах. Воины прятали замерзшие руки под одежду — окоченевшими пальцами не удержишь тетиву.
Что это, лязг металла или показалось? Нет, услышали все. Посторонние мысли вмиг улетучились. Даже кони перестали фыркать и замерли.
Наклонившись к передней луке седла, Блейд всматривался в противоположный берег. Три широких лощины пролегли там между скал. Из какой появится враг? Снова лязг, теперь уже отчетливый, громкий; конское ржание, цокот копыт по камням. Ну! Где же вы?! А, вот… Из левой лощины показались первые всадники. Высокие стройные кони, мокрые доспехи, черные плащи, черные султаны на плоских шлемах. Черное войско.
Справа движение. Из средней лощины также выходил отряд. И из третьей… Чернота заливала противоположный берег. Передние ряды уже достигли воды, а из проходов в скалах все выезжали и выезжали всадники. Сотни, сотни…
Кочевники тревожно переглядывались. Сколько же их?
«Идиот! — Блейд чуть не застонал. — Господи, какой идиот! Вот она, многолетняя привычка доверять сведениям разведки. Ладно когда разведка собственная, отвечающая за каждую букву донесения. А здесь… Чуть живые после плена и пыток беглецы. Как можно было так слепо довериться их рассказу. „Около тысячи!" Да тут уже на берегу тысячи полторы, а они все идут и идут».
Он нагнулся вперед и посмотрел вдоль линии своих всадников на правый фланг. Реза, также пригнувшись, смотрел в его сторону. Блейд чуть было не развел руками, но вовремя понял, что это будет самым неподходящим жестом из всех возможных. Он утвердительно кивнул головой и с облегчением увидел, что сотник кивнул в ответ. Ну что ж, что есть — то есть. Отступать поздно, надо драться.
Внимание Блейда привлекли два вражеских всадника, выехавшие в этот момент из-за рядов конницы. Лиц на таком расстоянии было не разобрать, но обликом своим они резко отличались от прочих. Высокие плюмажи на шлемах были двухцветными — черные с белым. Один был закутан в темно-красный плащ, спадавший на круп его белого коня, у второго конь был вороной, а плащ, наоборот, белый. Они подъехали к кромке воды и остановились, оглядывая заслон на противоположном берегу.
— Ну что, красавцы, — зло и весело процедил Блейд, — командуйте атаку! Мы вас не звали — сами пришли, ну так начинайте!
Подступала лихорадка боя, уже все звенело внутри, и пальцы сжимались на рукояти меча.
Словно услышав его слова, вражеские командиры разъехались на разные фланги, выкрикивая команды. Ветер, дувший им навстречу, относил слова. Дрогнули передние ряды черных всадников, опустились длинные пики, до того стоявшие вертикально за спинами. Протяжно и хрипло запели боевые горны. Резкий звук, отражаясь от скал, поплыл над рекой. Поднимая фонтаны брызг, вражеская конница широкой колонной, по пятнадцать всадников в ряд, вошла в реку и, набирая скорость, понеслась к противоположному берегу.
Расстояние быстро сокращалось. Плеск вспененной воды заглушался яростным боевым кличем атакующих, слившимся в один несмолкающий рев. Уже видны были распахнутые в крике рты и оскаленные морды коней. Угрожающе раскачивались пики, сверкая железными наконечниками. Нападающие приближались. Все новые ряды конницы входили в воду с противоположного берега.
Блейд привстал на стременах и повернулся к своим воинам. Каждый держал свой лук наготове, горизонтально над головой лошади. Пальцы, готовые натянуть тетиву, сжимали наложенную стрелу. Реза со своего места кивнул Блейду — «командуй сам».
— Стрелять по моему взмаху! — Голос разведчика перекрыл вопли атакующих. С лязгом вышел из ножен меч, взлетел над головой. Застыла рука, сжимающая рукоять. Замерли степные воины, безмолвно подчинившиеся могучему чужеземцу, от которого исходили волны уверенности и неодолимой силы.
Все ближе наступающая конница. Рты разрывает дикий, нечеловеческий крик. А-а-а! Гудит воздух. Тяжелые пики нацелены на неподвижных лучников на берегу. Сейчас черная колонна прорвет заслон, сметет, растопчет жалкую сотню легковооруженных кочевников. А-а-а! Сорок метров, тридцать.» Что это! С диким, отчаянным ржанием встают на дыбы передние кони, сбрасывая седоков, ломая строй. Задние ряды с маху налетают на передние.
— Огонь! — ревет Блейд и разрубает клинком воздух. — По лошадям, огонь!
Жужжа, как разъяренный пчелиный рой, срываются с луков десятки стрел и несутся к цели. Туда, где сломавшая порядки конница безуспешно пытается преодолеть неожиданное, невидимое препятствие. Сгрудившись в плотную массу, всадники тщетно хлещут коней и терзают их шпорами — один за другим, ряд за рядом, они валятся в бурлящую воду под тучами метких стрел.
Теперь уже торжествующе орут и визжат кочевники, посылая стрелу за стрелой в середину кровавого месива из человеческих и конских тел. Блейд кричит вместе со всеми, и в голове бьется одна радостная мысль: «Получилось!» Дно реки у берега, на ширину брода, сплошь усеяно сотнями острых четырехрогих шипов, выкованных по его приказу. Они безжалостно ранят ноги лошадям, и те, обезумев от боли и ужаса, мечутся, не слушая узды.
Блейд вовремя пришел в себя. Эта маленькая победа вовсе не решала исхода всего сражения. Пока в середине, на мелкоте, рос завал из убитых, задние ряды нападающих, повинуясь приказам строевых командиров, стали обходить опасный участок по глубине. Прикрываясь от стрел большими круглыми щитами, всадники приближались к берегу. Некоторых быстрое течение сносило на глубину, но было понятно — рано или поздно нападавшие перейдут реку.
Блейд снова переглянулся с сотником и зычно скомандовал «отход». Сделав последний залп, кочевники дружно развернули коней и, разделившись на два узких потока, отхлынули от берега. Блейд и Реза вели две свои колонны по узким коридорам, отмеченным чуть заметными вешками. Маневр был выполнен идеально — кочевники скакали по двое в ряд, как обученные строю солдаты. Ни один конь не заступил за вешку. Вылетев наверх к холмам, они развернулись. Пока их не преследовали. Черная конница, вымокшая и немного поредевшая, строилась на берегу.
