Слишком поздно. Байрон обернул вокруг Джима на удивление сильные руки и обнял его; за ним последовал Берти, Таквин поднялся и положил лапы Джиму на плечи. Ему пришлось признать, что от ангелов приятно пахло… дымом от тех сигар Эдди.
Хотя, к счастью, Найджел и Колин были не из разряда «братьев по оружию».
Иногда удача просто на твоей стороне.
Забавно, Джим был немного тронут, хотя признавать этого не собирался. Он также почувствовал внезапную готовность вернуться на поле. Тот флаг, материальный символ успеха, почему-то стал серьезным мотиватором: может, потому что в его прошлой жизни степень готовности работы определялась по надгробиям, а это развевающееся знамя привлекало и подбадривало гораздо сильнее.
– Итак, дело вот в чем, – обратился он к группе. – Мне нужно кое с чем разобраться перед следующим делом. Найти человека, пока того не убили за просто так. Это часть моей старой жизни, и просто закрыть на это глаза я не могу.
Найджел улыбнулся, его странные красивые глаза поймали взгляд Джима, будто он видел самую суть.
– Конечно, поступай, как знаешь.
– Так мне приходить сюда после того, как я закончу, или…?
Эта всезнающая улыбка еще больше расползлась по лицу ангела.
– Просто позаботься обо всем.
– Как мне с вами связаться?
– Не ищи встречи с нами. Мы сами тебя найдем.
Джим выругался себе под нос.
– Вы точно не знаете Матиаса?
– Ты ведь понимаешь, что Девина может обратиться чем и кем угодно? – заговорил Колин. – Мужчиной, женщиной, ребенком, каким-то животным. Она существует во многих формах.
– Я это запомню.
– Никому не доверяй.
Джим кивнул ангелу.
– Без проблем, у меня в этом дерьме много опыта. И еще… вы и правда связывались со мной через телевизор, или у меня крыша поехала?
– Желаю успеха, Джим Херон, – произнес Найджел, подняв ладонь. – Ты достойно сражался с нашим врагом. Повтори свой успех, ублюдок ты упрямый.
Джим в последний раз взглянул на стены замка и представил свою мать, счастливую и находящуюся в безопасности по другую сторону каменного массива. Затем из руки ангела вырвался поток энергии, расщепивший Джима на молекулы и отправивший в полет.
***
Жестко. Холодно. Ой, блин.
Это были первые мысли Джима, когда он вновь проснулся, и, открыв глаза, он получил очередной заряд молочного рассеянного света, который, казалось, исходил из ниоткуда. Что заставило его задуматься, не дала ли маху пылающая ладонь Найджела, отправив его туда, где он и находился до этого.
Только воздух не был свежим. И вместо постели из упругой травы он почувствовал под собой полосу тротуара…
Когда с его лица сдернули простынь, Джим чуть ли из кожи не выпрыгнул.
– Привет, – сказал Эдди. – Готов?
– Черт! – Он схватился за грудь. – Ты меня до смерти напугать хочешь?
– Для этого уже поздновато.
Джим осмотрелся. Пол, стены и потолок были отделаны бледно-зеленой плиткой, также имелся целый блок дверей из нержавеющей стали три на два фута с ручками как на двери в морозильную камеру для мяса. Пустые столы из того же материала с подвесными весами и каталки были выстроены в стройную шеренгу, в дальнем углу протянулись раковины размерами с ванну.
– Я что, в гребаномморге?
– Ну, да. – Под этим подразумевалось «а что, не видно?».
– Господи Иисусе…
Сев, Джим обнаружил, что в двух столах к низу от него и на самом деле лежал мешок для трупов, накрытое простыней тело, чьи пальцы торчали из-за соседней двери.
– Так они и вправду на пальцы бирки вешают, да?
Эдди пожал плечами.
– Не похоже, что те могут сказать свое имя.
Выругавшись, Джим свесил ноги со стола, на котором лежал, и только тогда увидел Эдриана. Ангел стоял в комнате около двойных дверей и был погружен в себя, что странно. Обычно ничего не стесняясь, теперь он накрепко скрестил на груди руки, а ноги его были поставлены вплотную друг к другу. Губы являли собой лишь сплошной порез, кожа была цветом с «Клинекс», и парень смотрел на кафельный пол с опущенными бровями, ресницы темной линией выделялись на фоне его бледных щек.
Он страдал. Как морально, так и физически.
– Я принес тебе одежду, – сказал Эдди. – И да, я вернулся и забрал Пса. Он в нашем грузовике, просто в поросячьем восторге.
– Так я мертв?
– Как дверной гвоздь. Именно так и положено.
– Но Пес все равно останется со мной, даже если я… – Труп? Боже, а есть ли политически корректное слово для мертвеца, задумался он. Или это как раз тот случай, когда став большой шишкой о политике беспокоиться не нужно?
– Ага, он твой. Куда ты, туда и он. – Почему-то для Джима это стало огромным облегчением. – Так тебе нужны эти шмотки?
Джим посмотрел на то, что Эдди держал в руках, а затем на себя. Его тело казалось прежним, большим, мускулистым и твердым. Глаза, нос и уши вроде бы отлично функционировали. Так как же все это работает?
– Для объяснений будет лучшее время и место, – произнес Эдди, протягивая одежду.
– По-любому.
Джим взял джинсы, футболку с AC/DC и кожаную куртку. И обувь – ботинки. Носки толстые и белые. Все по размеру.
Одеваясь, он время от времени посматривал на Эдриана.
– С ним все будет в порядке? – тихо спросил Джим.
– Через пару дней.
– Могу что-нибудь сделать?
– Ага. Не расспрашивать его ни о чем.
– Заметано. – Завязав шнурки на ботинках, Джим накинул на плечи куртку. – Слушай, как мы объясним, что я восстал из мертвых? То есть, пропадет тело…
– Ничего не пропадет.
Эдди показал на стол, на котором лежал Джим, и… ни хрена себе. Его тело. Лежит там как кусок мяса, кожа серая, прямо посреди груди дырка от пули.
– Твой испытательный срок закончен, – сказал Эдди, накрыв лицо трупа простыней. – Обратного пути нет.
Джим опустил взгляд на «горы и долины», покрытые пеленой, и решил, что действительно рад тому, что его мать не дожила до того, чтобы «оплакивать» его. Так гораздо проще.
И Матиас теперь не дышал ему в спину.
Из-за чего Джим слегка улыбнулся.
– А ведь в том, чтобы лежать в могиле, есть свои преимущества.
– Иногда да, иногда нет. Просто, что есть, то есть. Давай уже свалим отсюда.
Все еще глядя на свой труп, Джим сказал:
– Мне надо в Бостон на какое-то время. Не уверен, насколько. Парни наверху не против.
– И мы отправимся с тобой. Команда держится вместе.
– Даже если это не ваше сражение?
– Ага.
Мысль о собственном подкреплении была привлекательной. Трое определенно могут охватить большее пространство, нежели один, и лишь Богу одному известно, сколько времени займет поиск цели Матиаса.
