Их двое. Двое. Родилось двое. Уйдите, хватит, — она схватилась за голову. — Сколько можно? — она застонала.
Карлос онемел от услышанного. Двое? Кого?
— Августа, я знаю, что их было двое. Пожалуйста, приди в себя. Нам надо разобраться. Мы не можем допустить, — он запнулся, — все может плохо кончиться. Карлос должен знать, что у него есть брат. Родной.
— Карлос? — прошептала Августа, она все еще держалась за голову. — Нет, не могу, не надо его, не хочу, оставьте меня все в покое. Уйдите. Алехандро, прочь.
— Это Херардо. Алехандро здесь нет, успокойся, — он присел на кровать, все еще не решаясь, прикоснуться к ней. — Он не причинит тебе вред. Не бойся. Мы должны защитить Карлоса и второго ребенка. Его брата.
— Она его забрала, — уже как бы жалуясь, произнесла Августа, превратившись как будто в маленькую девочку, в этот момент Херардо смог ее обнять, утешая.
— Хорошо, мы решим. Только ты борись. Ты очень мне нужна, чтобы все расставить по своим местам.
Карлос стоял у двери, он не верил своим ушам. Их двое. У него есть брат? Кто он?
— О чем вы говорите? — он зашел в комнату. — У меня есть брат? Вы это скрывали? Где он? Кто он? Мама? — он так выкрикнул ее имя, что Августа дернулась, взглянула на него. — За что вы так со мной?
— Мама? — неуверенно произнесла она.
Херардо испугался, он не контролировал ситуацию. Господи, за чем он только позвал с собой Карлоса, хотел только, чтобы он помог увезти Августу.
— Августа успокойся, — просил он.
— Она тебя бросила, — Августа указывала на Карлоса. — Она его бросила, — женщина уже обращалась к Херардо. — Его мать оставила его. Забрала одного, а тебя оставила мне. Я тебе не мама, — она покачала головой, — нет, я не твоя мать.
Она вновь схватилась за голову, стала раскачиваться, пытаясь ухватить ускользающие мысли, но воспоминания терзали ее.
— Она родила вас здесь, а я просто смотрела, — она указала на угол комнату, — вот там, просто стояла.
Карлос шагнул назад, он не верил в услышанное.
— Ты не моя мама?
— Карлос, сынок, — Херардо шагнул к нему.
— Нет, — он отшатнулся от деда. — Как вы могли? Как вы могли от меня это скрывать? Я так страдал. Она не любила меня. Теперь я понимаю. Она не моя мама. Это все объясняет. Как же ты могла меня любить, — он пытался всмотреться в ее лицо. — Ты всегда меня ненавидела, потому что я не твой сын. А мой отец?
— Это Алехандро, — утвердительно сказал Херардо. — Он твой отец.
— Это объяснимо, почему я был ей не нужен. Господи, за что вы так? — Карлос развернулся и пошагал прочь.
— Карлос подожди. Нам надо увезти от сюда Августу, — просил Херардо. Ты должен мне помочь.
Но Карлос уже не слышал его, гонимый услышанным, он выбежал из дома…
Глава 20
Августа металась на кровати. Перед ее глазами мелькали картинки из прошлого: больница, она на руках с чужим ребенком. Алехандро и Винсенте с двух сторон, контролирующие каждый ее шаг. Эти воспоминания, словно тяжелая ноша столько лет давила на нее. Она больше не может. У нее больше не было сил. Августа поднялась с постели, оглянулась. Эта комната, эти стены — живое напоминание событий тех дней. Как же забыть, как же стереть из памяти все, что так мучает ее. Женщина выбежала из комнаты. Огляделась, никого рядом не было. Она направилась к лестнице.
Херардо пытался догнать Карлоса, но не смог его остановить. Он не реагировал на его крики. Мужчина подошел к входной двери, которая была распахнута, Карлоса нигде не было видно. Оглянувшись, он увидел, как Августа спускается по лестнице, озираясь по сторонам. Он понимал, что та не осознает, где находится, и что с ней происходит.
Карлос сел в машину и уехал. Он не мог находиться в этом доме, среди тех, кто всю жизнь его обманывал. Он ехал, не разбирая дороги, куда глаза глядят, только бы подольше от этого места, где как оказывается он родился. Не в больнице. Не как все, но не это пугало его — самое больное было то, что мать бросила его, оставила, забрав с собой брата. Выбрав другого, не его. Брат. У него есть брат. Кто он? Где? Что это за женщина, что смогла так поступить? Душа Карлоса разрывалась на части от боли и осознания того, что он был не нужен родной матери. Он не понимал, как теперь ему принять то, что он узнал.
Сердце Кристины готово было выпрыгнуть из груди. Оно так бешено колотилось, что ей с трудом удавалось поспевать за напавшим на нее. Страх и в то же время что-то такое знакомое, смешалось воедино, не давая сосредоточиться. Где-то в глубине сознания она чувствовала, что этот человек не причинит ей вреда. Но кто он? Мужчина остановился. Кристина попыталась вырваться, но его хватка была крепкой, но болезненной. Запах одеколона окутал ее. Его дыхание смешалось с ее. Слишком знакомый аромат. Женщина ахнула, поняв, кто посмел так поступить с ней. Она попыталась что-то сказать, но ее рот был зажат его рукой. Попытавшись вывернуться из его объятий, Кристине удалось наступить ему на ногу каблуком. Мужчина охнул, ее удар достиг цели.
— Не кричи и не дергайся, — прошипел Роб, а это был именно он, ей на ухо.
Кристина еще раз попыталась вырваться.
— Если будешь пытаться, то будем стоять так долго, — Роберто дышал в ее затылок, крепко прижимая ее к себе. Это объятие доставляло ему безумное удовольствие. Его рука была так близко от ее груди, что он позволил себе коснуться ее большим пальцем. Женщина наконец-то замерла в его руках, что-то промычав.
— Вот умница, — он все еще крепко держал ее. — Если ты не будешь кричать, то я тебя отпущу, — Роберто прислонился к ней щекой. Щетина, отросшая за день, царапала ее нежную кожу. Кристина кивнула, соглашаясь с его словами. Роберто нехотя выпустил ее из своих объятий. Женщина резко повернулась и влепила ему пощечину. Роб, не ожидавший нападения, покачнулся, сделал шаг назад, потянув ее за собой, оперся спиной о дерево. Кристина вновь была прижата к нему. Она гневно смотрела в его глаза.
— Как ты смеешь нападать на меня, — прошипела она.
Роберто улыбнулся, она не стала поднимать панику. Правильно, зачем впутывать детей в их и так не простые отношения.
— Объясни мне, что у тебя происходит с Энрике? — Роберто не собирался отступаться.
Женщина нахмурилась, завозившись в его объятиях, она наконец-то смогла из
