Сомали. Она начала работать на Vogue в 1976 году. Фильм «Красное дерево» (1975) об афроамериканке, ставшей модным дизайнером, с Дайаной Росс в заглавной роли показал доступность мира моды для чернокожих женщин.
Новая эстетика в модной фотографии сначала появилась в европейских журналах, но к середине десятилетия просочилась в североамериканские и британские издания. Такие снимки, как фото модели в смокинге от Сен-Лорана в темном переулке, сделанное Хельмутом Ньютоном, бросало вызов элегантным образам, которые раньше определяли моду. Работы Ньютона, как и фотографии Ги Бурдена и Криса фон Вангенхайма, часто содержали намек на насилие и сексуальность с налетом садомазохизма. Они вдохновили создателей фильма «Глаза Лоры Марс» (1978). Альтернативное, иллюзорное настроение проявлялось в других фотоработах. Фотографы Сара Мун и Дебора Турбевилль делали загадочные снимки с размытым фокусом далеких и отчужденных моделей. Стивен Стипельман, Кеннет Пол Блок и Джо Эула вдыхали жизнь в модные иллюстрации.
Диско-группа ямайского происхождения из Германии Boney M. на концерте 1979 года исполняет свой хит «Распутин» в костюмах в псевдорусском стиле.
ЭТНИЧЕСКИЙ ШИК
Начались 1970-е годы, и западный мир увлекся этническими стилями со всех концов света куда больше, чем модой на ориентализм в предыдущие десятилетия и столетия. National Geographic и другие подобные издания подпитывали воображение западных читателей образами экзотических культур. Шик хиппи расцвел в кутюрных этнических и крестьянских стилях Теи Портер (с ее великолепными кафтанами) и Джорджио ди Сант’Анджело (с его цыганской роскошью). Мэри Макфадден, пожив в Африке в 1960-х годах, была страстным коллекционером африканского искусства. Зандра Роудс впервые посетила Австралию в 1971 году и создала принт Ayers Rock.
К середине десятилетия этнический и крестьянский стили были легкодоступными в различных сегментах рынка и во многих вариантах. Крестьянские блузы в сочетании с юбками с оборками прочно вошли в моду, и магазины с импортной одеждой предлагали большой выбор подобных нарядов. Импортная бижутерия была необходимым дополнением образа. В число временных поветрий вошли русские и китайские мотивы (особенно у Сен-Лорана), и женщины, одетые в гламурно-фольклорном стиле, шли на работу в образе «городских крестьянок». Русское влияние проявлялось в застежке сбоку, воротнике-стойке и длинных блузах поверх брюк. Пончо и кюлоты, часто в сочетании с замшевыми сапогами, превращали многих женщин и школьниц в южноамериканских гаучо. Мужчины в этом десятилетии получили свою долю костюмированного стиля. Марлевые блузоны и муслиновые сорочки продолжали эстетику богемных хиппи вместе с сохраняющими популярность рубашками дашики. Теперь мужчинам можно было носить джеллабы, даже в длинном варианте для отдыха. Русское влияние было заметно в шелковых сорочках «казак» для вечера. Самые смелые мужчины носили их и днем, подпоясывая ремнем. «Индийские огурцы» получили невиданную ранее популярность на галстуках и украшали многочисленные сорочки.
Розничная торговля предлагала товары, импортированные из Африки, Индии и с Дальнего Востока, в том числе и широкий выбор товаров для дома. Западная культура приняла мировые культурные ценности не только в моде и дизайне. Духовные практики, такие как трансцендентная медитация и движение Харе Кришна, распространились из Индии вместе с йогой и марлевыми покрывалами с «индийскими огурцами». Аппетиты западных гурманов также оказались под влиянием мировых традиций, когда многие впервые попробовали такую экзотику, как табуле, баба гануш, пита, суши и даже карри.
Пока модный западный мир осваивал стили всего земного шара, другие части света по-разному реагировали на собственный народный костюм. В 1960-х годах королева Таиланда Сирикит продвигала новый дизайн национального костюма для тайцев, так как традиционные костюмы в 1938 году буквально искоренил эдиктами премьер-министр Пибунсонгкрам. Черпая вдохновение в периоде Аюттхая, королева и ее портнихи разработали различные модели, которые она могла надевать для дипломатических целей и на праздники. Сирикит отказалась от своего шикарного западного гардероба в пользу «нового» традиционного платья. Женщины в тайском обществе последовали примеру королевы и стали носить такие костюмы. Другие страны стремились приблизить свое население к современности и, чтобы не отставать от постоянно развивающегося мира, пытались законодательно запретить многие декоративные приемы. Некоторые племена в Новой Гвинее (Индонезия) редко носили что-нибудь, кроме гульфика из выдолбленной тыквы (koteka), который был их традиционной одеждой на протяжении многих поколений. Правительство исламского большинства в Джакарте с расстояния в 2500 миль (4000 км) старалось искоренить этот неприличный стиль и запустило Operasi Koteka (операцию «Тыква для пениса») в 1971 году. Операция началась с большой помпой на церемонии в присутствии первой леди Индонезии Сити Хартина. Правительственные служащие отправились к племенам и раздавали футболки и шорты мужчинам, надеясь преобразить их гардероб. Но мужчины продолжали носить koteka и намеренно превратили только что полученные шорты в тюрбаны. В следующем году Operasi Koteka уже не проводилась.
Элементы женской моды
Бутики и маленькие магазины продолжали процветать, они продавали более индивидуализированную одежду меньшим сегментам рынка. Проявление личных вкусов стала нормой. В конце шестидесятых возникло несколько трендов: стили хиппи, крестьянский, этнический, ретро и унисекс. Они же доминировали в моде в начале и в середине 1970-х годов. Правила гардероба, установленные в послевоенные годы, которым бросили вызов в 1960-х годах, к этому времени практически исчезли. Непринужденность в манере одеваться становилась все более приемлемой, и разницы между одеждой для второй половины дня и одеждой для коктейля или ужина почти не существовало. Для среднестатистической женщины вечерняя одежда стала менее формальной. Только самые торжественные события требовали дизайнерского гламура. Брюки носили все чаще в различных обстоятельствах. Женщины в брюках стали нормой, и возникли новый, более свободный дресс-код и новые стандарты приличия. Демонстрируя сохранившееся влияние молодежного духа и идеалов свободной любви 1960-х годов, футболки и топы на бретелях стали допустимой одеждой для улицы. Топы-халтеры, обрезанные топы и топы-трубы без бюстгальтера считались приемлемой одеждой для отдыха.
Миди и макси приживались медленно. Поначалу женщины их отвергли, они казались им скучными и старообразными. Мини задержалось, так как ретейлеры столкнулись с плохими продажами вещей новой длины. В отличие от парижского эдикта 1947 года, предписывавшего более длинные юбки, этот переход был намного более постепенным, чтобы его смогла принять сопротивляющаяся публика. Миди не доминировало до середины десятилетия, а мини-юбка, хотя и исчезающая, все еще цеплялась за место в повседневном гардеробе. Короткие шорты, эквивалент мини-юбки, тоже привлекали внимание к ногам. Несколько лет короткое и длинное сосуществовали. Длинные свитера и узкие пальто носили с короткими юбками или шортами. Но к середине десятилетия миди стало превалирующей длиной, а макси было распространено для не самых торжественных вечерних выходов, каникул и особых случаев.
Геометрические линии середины 1960-х все еще встречались, но по-настоящему модный силуэт стал более мягким, обтекаемым и больше прилегал к телу. В конструкции юбок новой длины иногда
