совладельцев этого заведения. А это мой компаньон, Гредер Арнинг…
Алекс церемонно представился в ответ.
– А с Рэл и Киром, я вижу, вы познакомились? – непринужденно подхватил темноволосый. – В музее, да?.. Скажите, а вам здесь понравилось? Я потому спрашиваю, что мы только три дня, как открылись, и нам, конечно, важно знать ваше мнение…
– Мне у вас понравилось, и мнение мое о вас самое хорошее! – решительно сказал Алекс. – Как раз искал место, где можно быстро, вкусно и недорого поесть. И нашел вас. Если не идеал, то близко к нему.
– Вот именно, быстро, вкусно и недорого! – с энтузиазмом воскликнул Арнинг. – В этом и заключается наша идея! Ведь это должно быть удобно и для туристов, и для тех, у кого обеденный перерыв, и вообще для всех!
– Людям надо распробовать, что это такое, и тогда они к нам потянутся – с надеждой добавил Ларнисон.
– Конечно! На самом деле, это совсем не плохое место! Здесь рядом два научных института, Исторический музей, Художественная галерея Миманиса! Нужна только хорошая реклама, и от посетителей не будет отбоя!
– Вообще-то, ваше заведение не очень приспособлено для большого числа клиентов, – заметил Алекс.
– Почему? – Арнинг, передав малыша супруге, заинтересованно повернулся к нему.
– Потому что одновременно обслуживаться могут только два человека. Между тем заказ выполняется хотя и быстро, но требует времени. А представьте, например, что будет, если зайдет большая семья с детьми?
– Хм, – почесал в затылке Ларнисон. – А ведь действительно, сегодня днем была очередь. И я видел, как люди заходили, замечали ее и уходили прочь.
– Поставить третью кассу? – предложил Арнинг. – На нее как раз хватит места.
– А если сделать так...
Алекс вспомнил земную концепцию кафе быстрого обслуживания, которая не менялась с XX века.
– Продлить стойку до конца той стены, к ней прикрепить металлические направляющие. Посетитель берет поднос и двигает его по ним. Пока он проходит мимо стойки, делает заказ. Сам берет салаты и напитки. В это время работники накладывают и передают ему готовые блюда на тарелках. Он ставит их себе на поднос и двигает его дальше. А в конце стоит касса – одна или две, если много посетителей.
– Гениально! – с чувством воскликнул Арнинг. – Это вы сами придумали?
– Нет-нет! – замахал руками Алекс. – Просто видел у нас, в одном… э-э-э… трактире.
– Вот, куда тебе надо было ехать, – в Кербахар, а не в Вилканд, – засмеялась Рэл, успевавшая еще и следить за малышом, который, расшалившись, бегал между столиками.
– Интересно, – покачал головой Ларнисон. – Но во сколько нам обойдется такая переделка?
– Э-э, не забудь, что деньгами в нашем бизнесе занимаюсь я! А они у нас еще есть.
Они начали весело и беззлобно препираться, а на Алекса вдруг снова накатило со страшной силой.
Эти молодые ребята увлеченно спорили о будущем, которого у них больше не было! Галана перестала быть столицей, но остается крупнейшим городом Чинерты, а значит, имперцы не пощадят ее.
Алекс зябко передернул плечами. Уютный полуподвальчик, наполненный вкусными ароматами, внезапно привиделся ему пустым, заброшенным, с провалившимся потолком, занесенными снегом обломками столов и стульев. Белобрысый Томи, Рэл, даже малыш – всех их уже не было, и только на лице темноволосого Гредера Арнинга он не видел страшной маски смерти…
– Что с вами? Что-то случилось?! – обеспокоенно повернулась к нему чуткая Рэл.
Алекс отшатнулся. На миг ему привиделось застывшее лицо Астры, и это было невыносимо!
Но тут в кафе завалилась большая компания из двух семей с детьми. Поднялась веселая суматоха, и Алекс под шумок просто сбежал.
Однако на улице легче не стало. Вокруг него шумел большой деловой город. Люди возвращались домой с работы, пили лакин и скайру в уличных кафешках, общались друг с другом, разговаривали и смеялись. Но Алексу вся эта обычная вечерняя суета представлялась фантомом, сквозь который проглядывают мрачные заснеженные развалины, без единого проблеска света, без единой живой души…
Его слегка отпустило только в гостинице. Наступило время вечернего сеанса связи, и он, устроившись в кресле, вызвал через вирт полярную базу.
– С музеем это вы хорошо придумали, Хэмилтон, – сдержанно похвалил его Джейсон Купфлер. – Но вы, надеюсь, не собираетесь здесь надолго задерживаться?
– Не собираюсь.
Алекс мысленно содрогнулся. Ходить по громадному городу, заполненному обреченными людьми, еще не знающими, что они обречены, – благодарю покорно!
Кроме того, ему не хотелось оставаться в Галане надолго и по другой причине. Вчера он продал еще один рубин. Ювелир дал ему хорошую цену, но нудно выпытывал, есть ли у него еще камни. Алекса это насторожило. В Элерте его кто-то искал, и не связано ли это со следом из драгоценностей, который он оставляет? Интуиция подсказывала, что здесь что-то нечисто, а он привык ей доверять.
– Это хорошо, – тем временем где-то на краю его сознания говорил Купфлер. – У нас мало времени, и я хочу, чтобы вы успели осмотреть как можно больше интересных мест. Куда вы планируете отправиться?
– В Самодонес, – хрипло сказал Алекс.
Координаты профессора Феланиса, которые дала ему перед расставанием Астра, жгли карман. Он должен был воспользоваться и этим шансом!
– В столицу?! Оставьте ее напоследок! Оттуда вам будет проще вылететь в другую страну, – распорядился босс. – Меня сейчас больше интересует Зеллида. Там могут сохраниться остатки материальной культуры Тогродской империи!
– Позднее я собираюсь посетить сам Тогрод, – заметил Алекс.
– Это великолепно. Но пока не будем отклоняться от программы, чтобы окончательно закрыть Чинерту. Пусть они и безбожные коммунисты, но страна у них интересная. Полагаю, она сможет здорово украсить ваш отчет. Только помните, Хэмилтон, никакого сближения! Вы – не более чем отстраненный наблюдатель. Ваш долг – фиксировать текущее состояние филлинской цивилизации, а любое сопереживание загонит вас в ад!
«Я уже в аду», – хотелось сказать Алексу, но он, конечно, не произнес эти слова вслух.
На следующий день он отправился на вокзал и взял билет на ближайший поезд до Криденга, крупнейшего города Зеллиды. Отправлялся он уже через полчаса, и Алекс даже не стал тратить время, чтобы сдать свой прежний билет до Самодонеса. Все равно, между старой и новой столицами было меньше трехсот километров, и много денег он не потерял.
Следующие две
