Шатаясь от изнеможения, Таргитай воткнул Меч в землю, странно желтую, а едва Меч воткнулся, стащил ременную перевязь, распустил узлы, неумело, но быстро набросил петлю на шею поверженному Ящеру. Другой конец закрепил на Мече.
– Вставай, тварь!
Ящер часто дышал, кровь уже не бежала, а раны на глазах затягивались. Таргитай пнул ногой в брюхо, а когда чудовищная голова медленно повернулась в его сторону, с силой наступил на вытянутую морду, вжал в землю. Ящер пытался высвободиться, упирался лапами, но Таргитай изо всех сил держал, а когда под сапогом остался лишь кончик рыла, прыгнул на голову.
– Мало?
Ящер перестал двигаться, череп потрескивал, голова погружалась в землю. Таргитай вернулся к Мечу, Ящер с трудом поднялся. Ременная перевязь, ставшая теперь упряжью, натянулась.
– Вперед! – гаркнул Таргитай люто. – Бессмертный ты или нет, но вырву твои ядовитые зубы, выбью глаза и переломаю лапы…
Ящер тупо двинулся прочь от страшного противника. Таргитай поспешно налег на Меч. Ящера дернуло назад. Он повернул голову, Таргитай бешено заорал, раздувая ноздри. Ящер уперся всеми четырьмя в твердую, как камень, вытоптанную за тысячи лет конскими копытами землю.
Затрещало, Ящер наклонился еще, пошел. Таргитай услышал из глубины земли вздох облегчения, а затем и сладкий стон.
Меч под тяжелой рукой Таргитая вспарывал землю с хрустом. Огромный пласт все поднимался и поднимался. Верх был черным, как вороново крыло, дальше земля шла красная, словно залитая кровью великанов.
Ящер уперся головой в мерцающую стену. Она натянулась, как бычий пузырь, затрещала. Мрак толкнул Олега:
– Не спи!
Олег отчаянно рвал невидимые нити. Звук от лопнувшей пленки был резкий, словно ударили тетивой по ушам. Ящер едва не ткнулся мордой в землю.
– Эх, ты, – прошипел Мрак, – урод! Ломать же легше, чем строить!
Остатки мерцающей стены вспыхнули синим огнем и растаяли. Олег вскрикнул в ужасе и бессилии, а Мрак глухо выругался. Уже ни клочка свободной земли – все бескрайнее поле заполнено войском Ящера!
За время страшного боя гигантов подошли еще зверолюди или же вылезли из разломов умирающей земли. Явились невиданные чудовища, настоящие порождения мрака – белесые, безглазые, никогда не видевшие света, но в шипах, наростах, с крючковатыми крыльями.
При виде своего владыки раздался страшный победный крик. Звери и чудовища ринулись навстречу. Но тут же крик оборвался…
Мрак и Олег побежали по обе стороны. Один поднял над головой секиру, другой – палицу. Ящер тащил Меч, стремясь уйти от опасного врага. Пласт угрожающе загнулся и обрушился набок. Отряд зверолюдей в полсотни голов исчез под лавиной тяжелых, как валуны, глыб слежавшейся земли. Деревья и кусты затрещали, их тоже накрыло.
Мрак и Олег вскоре отстали, хотя бежали изо всех сил. Гигантские фигуры удалялись. Справа огромный пласт накрывал треть войска, а уцелевших отгородили гигантский ров и вал горячей земли. Слева уцелели все, но были настолько потрясены, увидев их бога-властелина в унизительной упряжи, что падали на землю, бросали оружие.
Перед Ящером тянулась ровная, как стол, земля, выровненная и утоптанная копытами степняков. Сзади земля с треском поднималась широким пластом, оставляя слева глубокий ров. Из глубины несло холодом, из-под оранжевого лезвия Меча брызнула струйка воды, побежала следом, извиваясь, по дну гигантского рва.
– Быстрее, тварь! – прохрипел Таргитай. Меч начал выходить из земли. Он нажал сильнее. Плоть земли затрещала, Ящер захрипел. Пласт из-под Меча пошел вздыматься выше.
Ящер вытянулся, как струна. Острые когти врезались в землю с такой силой, что брызгали искры и вздымались дымки. Он хрипел, из пасти вырывались клубы пара, затем повалил дым.
– Нечего, – процедил Таргитай ненавидяще. – Запалился? Еще и огонь пойдет.
Когда Ящер от усталости потащился медленнее, Таргитай выдернул по дороге прутик – это была вековая сосна, – с силой хлестнул Ящера меж ушей. Тот вряд ли ощутил боль, но страх заставил двигаться быстрее.
За ними оставался гигантский ров, коню не перескочить, человеку не одолеть с наскоку, а от края рва сразу поднималась крутая стена гигантского вала. Степь оказалась перегорожена. Таргитай заставил Ящера потихоньку сворачивать, двигаться по широкой дуге.
По пятам бежал серебристый ручеек. Ежели заполнит, широкий ров с водой станет неодолимой преградой для степной конницы!
Мрак пытался подняться, падал, наконец ухитрился сесть, опершись на локти сбитыми в кровь руками. Две гигантские фигуры, зверя и человека, почти исчезли за виднокраем, а за ними остался вал – выше леса стоячего! – свежеподнятой земли. Ни пешему, ни конному не одолеть.
По всей Степи блестело брошенное оружие, тряпки, плащи. Войско Ящера разбегалось, прыгало в щели, исчезало в дыму. Фигуры Ящера и Таргитая еще не успели скрыться за виднокраем, а в Степи остались только Мрак и Олег да малые отряды, что сумел созвать Аварис на смертный бой. Теперь шумно ликовали, добивали раненых противников, догоняли и сбрасывали чудовищ в щели.
По спине Мрака бежали мурашки. Таргитай совершил неслыханное: перегородил Степь. Ни войско Ящера, ни конница степняков уже не поскачет как ветер. Сперва надо одолеть глубокий и широкий ров ледяной воды из подземных ключей: корчи схватят как разгоряченного скачкой коня, так и всадника. А потом долго карабкаться вверх пешим. Но что стоит степняк без коня?
Ободренные неожиданной защитой земляного вала, с этой стороны подтянутся землепашцы. Выставят стражу, укрепят кольями, будут нести неусыпную сторожу. Степняк только с налету страшен!
Дожди и ветры за века сгладят эти Змиевы Валы, но земледельцы плодятся куда быстрее степняков. Их только одно-два поколения не вырезать нещадно, не уводить в полон, а там уже сами защитят свои земли – отныне ихние! – от кого угодно. Частокол по верху вала, сторожевые башенки, заготовленные кучи камней, бочки с кипящей смолой и варом… Без коня степняк сразу теряет звериную силу, пусть карабкается вверх пешим. Уцелевших от стрел и камней встретят поляне грудь в грудь. Не надо быть волхвом, чтобы увидеть, как о стойкое мужество земледельца, которому некуда отступать со своей земли, разобьется звериная ярость степняка-кочевника!
– Волхв, – сказал Мрак сипло, сам удивился своему севшему голосу, – ты хоть что-нибудь понимаешь?
Олег, измазанный кровью и землей, без сил лежал на разрыхленной земле. В зеленых глазах были страх и изумление.
– Не больше тебя.
– Но ты ж волхв!
– Здесь не магия, Мрак… Здесь боги.
Мрак вытаращил глаза.
– Боги… А кто еще?
