Время в реальности остановилось. Вчера Жаклин ничего не говорила про командировку. Что, если она уехала из-за меня и моей реакции на ее фокусы?
Признаться честно, я почти не испытывала злости. Ее отголоски гуляли по моему сознанию, но никак не были связаны с теми эмоциями, которые охватили меня в начале моего странного путешествия. Вместо этого я чувствовала… благодарность.
И все же мне очень хотелось поговорить с Жаклин. Узнать, как она вообще смогла отправить меня в игру.
Во время собрания на телефон пришло сообщение.
Виктория: «Если все сложится удачно, то уже в следующем месяце ты вернёшься в мою команду. Только постарайся не создавать проблем и блестяще закончи работу над игрой».
Я прочитала сообщение несколько раз и отложила телефон, совершенно ничего не чувствуя. Хотя стоило. Это ведь то, чего я так хотела.
Дальнейшие попытки сосредоточиться на работе только усугубили ситуацию. Я думала об игре, о Леоне, которая замечала мою заторможенность, о Виктории, которая прислала ещё два сообщения с будущими проектами, и о Жаклин. О ней больше всего, потому что именно с ее вмешательства все началось. Это она взяла меня в свою команду. Она дала ключ и отправила в игру, которую сама же придумала. Это из-за нее я теперь не хотела возвращаться. И не хотела быть здесь.
— Сегодня утром пришла рассылка, — сказала Леона. — На следующей неделе в компанию приедут спонсоры. Часть из них хочет лично понаблюдать за разработками игры. Нас тоже посетят, так что будьте готовы. Я не знаю, приедет ли к тому моменту Жаклин.
На этом собрание было закончено. Диана вылетела из зала раньше всех, не забыв напоследок бросить на меня недовольный взгляд. Обычно это я уходила первой, чувствуя, как команда выдыхает от облегчения. Сейчас все было по-другому. Остальные настроения Дианы не разделяли, и я впервые видела, чтобы люди искренне улыбались, покидая зал.
— Жаклин просила передать это тебе. — Леона положила передо мной папку. — Здесь часть информация о проекте. Она открыла тебе доступ к записям и отправила пароль для входа на почту. Пожалуйста, ознакомься с ними до того, как приедут спонсоры.
— Хорошо.
Леона схватила тканевую сумку со стула и направилась к двери. Внезапная волна эмоций заставила меня встать и сказать:
— Леона… Мы можем поговорить?
Девушка остановилась.
— Поговорить, — повторила она, подозрительно глядя на меня.
Ничего удивительного в ее реакции не было. За то время, пока мы работали в «Норладсе», я ни разу не была инициатором общения. Ограничивала наши разговоры только работой и уж тем более не затрагивала личные темы. Признаться честно, даже не смотрела в ее сторону, потому что в голове всплывало прошлое и мой трусливый поступок.
Леона поняла, что разговор не будет связан с работой. Она выждала несколько долгих секунд, за время которых я успела смириться с ее отказом, и закрыла дверь. Медленно прошла обратно и села на свое место.
— Ну? — спросила Леона, когда пауза затянулась. — О чем ты хотела поговорить?
В моей голове наш диалог проходил в менее холодной атмосфере. Хотя, на что я надеялась? Передо мной сидел единственный человек, которому я по-настоящему открылась и которого самолично оттолкнула. Без объяснения причин. Нужно было отдать Леоне должное — она ни разу не позволила сотрудникам компании понять, что между нами произошло. Сохранила историю в секрете, и я только сейчас поняла, насколько это было для меня важным.
— Прости меня, — выпалила я до того, как сомнения заставили бы меня дать заднюю.
В тишине зала мой голос прозвучал непривычно громко. Леона моргнула один раз. Потом второй.
— Ты извинилась?
— Да.
Леона удивилась, будто не надеялась, что я признаю это.
— С чего вдруг? — Присмотревшись внимательно, она добавила. — Ты же… не заболела?
— Что?! Нет. Я… со мной все нормально.
Леона склонила голову в бок.
— В последнее время я о многом думала, — медленно начала я, стискивая пальцами края спинки стула. — Знаешь, со мной произошла просто безумная вещь.
— Дай угадаю. Ты попала в игру, над которой работала, застряла там и была вынуждена дойти до конца, чтобы вернуться домой.
— Да. Все так и…
Окончание фразы застряло у меня в горле. Я слишком резко вздохнула, поэтому зал тут же заполнил мой кашель. Глаза наполнились слезами. Леона молча встала, налила мне воды и кулера и протянула стакан. Все это время я разглядывала ее лицо.
— Полагаю, ты запомнила свое небольшое путешествие. — Леона села обратно и слабо улыбнулась. — Жаклин в своем репертуаре.
— Подожди! — Я залпом выпила воду из стакана и села напротив девушки. — О чем… В смысле… Это ведь не шутка?
Леона покачала головой.
— Ты не первая, кого выбирает Жаклин. Думаю, что и не последняя.
— О, Господи, — выдохнула я в ладони. — Я думала, что сошла с ума. А потом появился Барт и ты…
— Я помню.
— Помнишь? — удивилась я. — Ты помнишь, что было в «Вероятности истинной любви»?
— Да.
Она помнит. Помнит…
— Значит, ты и была игровой Леоной?
— Не совсем. Я видела все, что видела она. Но не управляла ею. Это похоже на сон или фильм. Леона из игры списана с меня, так что все ее действия и мысли откликались во мне. Но я не могла воздействовать на игру как ты. — Она сделала паузу. — Хотя все чувствовала.
Последние слова Леона произнесла с теплотой, которая не была свойственна нашему общению здесь. Но была свойственна тому, что происходило в игре.
У меня сдавило горло. Я почувствовала себя самым глупым человеком на планете.
— Наша дружба в университете была такой же?
Леона задумалась.
— Я видела ее именно так.
Теперь в ее голосе прозвучала горечь. Это был первый раз, когда мы затронули данную тему. И я собиралась использовать момент по максимуму, чтобы разобраться во всем. В первую очередь в самой себе.
— Когда встал вопрос о стажировке в «Норладсе», я начала воспринимать людей вокруг как своих соперников, — тихо сказала я, рассматривая свои руки. — И тебя в том числе. Я боялась, что не смогу пробиться, что не смогу достигнуть своей цели и буду вынуждена вернуться под контроль родителей. Поэтому отказалась от нашей дружбы. Это было трусливо, и я понимала это раньше. Но игра открыла мне глаза на многие вещи. В особенности на то, что я потеряла из-за своего страха.
Я не ждала, что Леона простит меня. Мне просто хотелось, чтобы она наконец-то узнала о моих чувствах и мотивах. Может, этого будет достаточно, чтобы пропасть между нами стала хотя бы немного меньше.
— На самом деле я поступила на
