месяцы упорно трудились в надежде, что очень скоро воссоединятся со своими любимыми.
Вторая – из-за своего состояния Надя стала настолько чувствительной, что едва ли могла думать о том, как другим женщинам сейчас приходилось трудно под гнетом рудых.
Только представив, что среди них были беременные, которым приходилось прислуживать угнетателям, она едва могла сдержать слезы.
Впрочем, первым не выдержал Каэрон.
Он стремился всячески поддержать ее, поэтому, когда узнал причину, по которой она иногда заливалась слезами, то сразу стал серьезным.
– Мы можем начать прямо сейчас, – заверил он ее в один из дней, когда Надя снова впала в задумчивое состояние, пытаясь понять, правильно ли она поступала или нет.
Пусть Каэрон и заверил ее, что они могут не бояться рудых, она все еще помнила, насколько сильны те были. Если они узнают, куда увели их женщин, то совершенно точно причинят вред.
Пару секунд она размышляла о том, чтобы перенести операцию на конец сезона, но потом отмела эту мысль. Ситуация, когда рудые кого-то изгоняли, могла повториться.
– Не хочу, чтобы ты уходил, – капризно призналась она.
На самом деле, Каэрону тоже не хотелось оставлять Надю ни на секунду. Сейчас он боялся за нее еще больше, чем раньше. Он почти физически не мог заставить себя уйти на длительный срок.
– Ты можешь полететь с нами. Просто останешься в корабле, – предложил он, решив, что это был лучший вариант.
Если Надя пойдет вместе с ним, то ему не придется волноваться, что на поселение в его отсутствие кто-то напал и причинил его любимой женщине вред. Она будет сидеть в закрытом и безопасном корабле, к которому местные жители даже приблизиться боялись.
Услышав предложение Каэрона, Надя замерла, а потом улыбнулась. Это была хорошая идея. Она ей очень нравилась.
Они выдвинулись на следующий день.
До корабля далеко идти не пришлось, ведь за теплый сезон они освободили около поселения достаточно места, чтобы расположить его буквально под стеной.
Их провожали все жители. Люди смотрели на Надю с надеждой, безмолвно умоляя первым делом забрать тех, кто был близок им.
Прежде чем подняться на борт, Надя оглянулась и помахала людям.
– Я скоро вернусь, – пообещала она и скрылась внутри. Каэрон последовал за ней. Сразу после этого дверь закрылась. Еще через какое-то время корабль взмыл в воздух.
Выбрав поселение, они приземлились на вырубке. Такие имелись около каждого убежища.
Надя и Каэрон не стали долго прощаться. Тот лишь коротко поцеловал ее и, оставив в каюте, ушел.
У них с Харохом имелся план. Они не собирались штурмовать поселения. Для того, чтобы ворота им открыли, они взяли с собой заранее пойманную дичь, решив использовать как приманку.
В первом же поселке стало ясно, что их мысль оказалась верной. Видимо, те все еще помнили их, поэтому, когда увидели туши, без проблем открыли двери.
– Снова пришли за людьми, – почесывая живот, спросил глава. – В этот раз нет никого, но дичь можете оставить.
На его лице появилось нехорошее выражение. В следующее мгновение он сорвался с места и бросился к Хароху, явно намереваясь убить его раньше, чем тот воспользуется арбалетом.
Ответом ему стал короткий щелчок. После этого мужчина рухнул на землю, уткнувшись лицом в грязь.
– Ведите сюда всех, – холодным голосом приказал Каэрон, наставив на них оружие.
Рудые переглянулись. Никому из них не хотелось подчиняться, но они своими глазами видели, что стало с их лидером в одно мгновение, поэтому выхода не было.
Впрочем, это не мешало им скрыть несколько женщин, сделав вид, что привели всех.
Вот только Каэрон отлично знал, что те могли так поступить, поэтому, когда рудые вывели скорбных, первым делом спросил у них, остался ли кто-то из них внутри убежища.
Сначала люди не хотели говорить, явно опасаясь, но потом они заметили главу. Того самого человека, который казался им всесильным. Сейчас он безмолвно лежал и не представлял никакой опасности. Нетрудно было догадаться, кто стал причиной его такого состояния.
– Нет, – выпалил внезапно паренек. – Они привели не всех.
– О чем ты говоришь, паршивец?! – взревел один из рудых и кинулся на мальчика.
В тот же миг грязь и вода перед ним вздыбились и взлетели в воздух, окатив его с головы до ног.
– Кажется, кто-то плохо понимает, – произнес Каэрон сурово. – Я сказал: привести всех. Вы хотите, чтобы я сам вошел и проверил? – задал он вопрос.
Рудые внезапно поняли, что шутки закончились. Каким-то образом они навлекли на себя ненависть довольно страшного человека.
– Послушай, что мы тебе сделали? – решил выяснить ситуацию один из рудых. – Мы мирное поселение, ни на кого не нападаем, так чем мы заслужили такое отношение?
– Тебе не обязательно это знать, – бросил Каэрон. – Ты можешь только подчиниться или умереть.
Одно время они с Надей обсуждали мирное разрешение конфликта. Но очень быстро поняли, что рудые ни за что не отдадут всех женщин. Их можно было только либо украсть, либо отобрать силой.
Услышав ответ, мужчина скрипнул зубами и сделал шаг вперед. Вот только в тот же миг рядом с его ухом что-то пролетело, опалив его невыносимым жаром.
Любому в этом месте стало ясно, что выхода больше не было. Им пришлось подчиниться и привести остальных.
Передав скорбных, рудые отошли к поселению. Глядя на то, как чужаки скрывались в лесу вместе с их людьми, они испытывали гнев, намереваясь после проследить, куда те направились.
Вот только когда они это сделали, их ждал сюрприз. Путь можно было отследить только до вырубки, а после все признаки, что здесь кто-то был, полностью терялись.
Это заставило рудых ощутить, как волосы на их головах зашевелились.
Пришельцы тотчас показались им могущественнее, чем им думалось. По этой причине они отказались от преследования, решив, что после сезона дождей просто сходят в другое поселение и выменяют там себе несколько человек.
Вот только в будущем их ждал очередной сюрприз – в других убежищах ситуация оказалась аналогичной.
Скорбные, которые до этого момента занимались всей работой в их домах, полностью исчезли. Рудым пришлось заново выстраивать разрушенный кем-то неизвестным уклад жизни.
Глава 121
– Дыши, – почти приказала Дрога, когда Надя попыталась неосознанно задержать дыхание.
Сейчас она находилась на самом важном этапе своей жизни. Вот-вот ее малыш, ее любимая кровиночка, должна была появиться на свет.
Счастье от осознания,
