что этот миг так близок, перевешивало все остальное.
Это началось еще утром.
Последний дождь закончился пару дней назад, знаменуя тем самым конец сезона. В честь этого дня в поселении планировался большой праздник.
Надя тоже готовилась к нему, желая посмотреть, как будут вести себя новоприбывшие люди.
За последние месяцы жителей стало в разы больше. Каэрон позаботился об этом. Надя думала, что сбор оставшихся скорбных займет много времени, но тот бурей прошелся по всем ближайшим поселениям, попросту отобрав людей у рудых.
Каэрон даже не озаботился тем, чтобы спросить, хотели ли те скорбные того или нет.
– Если кто-то захочет вернуться, я сам его или ее верну, – объяснил он.
Эти слова он повторял каждый раз, когда забирал новую группу людей. За все время сбора не нашлось ни одного человека, который захотел вернуться.
Несмотря на страх перед неизвестным, люди все равно выбирали двигаться вперед. Они наступали себе на горло, лезли в «пасть чудовища», как они называли корабль, но возвращаться все равно не желали.
Их страх был велик, но он уменьшался, когда к ним выходила Надя. На шестом месяце ее живот уже был виден. Это обстоятельство еще больше успокаивало людей. Подсознательно они не ожидали от беременной женщины жестокости или коварства.
Несмотря на это, им трудно было поверить, что их забрали только для того, чтобы они могли спокойно жить. Но и эти страхи рассеивались довольно быстро после того, как они попадали в поселение.
Жители с готовностью встречали их и с гордостью принимались показывать новый дом.
Каждый человек, живущий в убежище, приложил руку к тому, как это место выглядело сейчас. Это приносило им небывалое чувство принадлежности, которым они делились с другими.
– Тужься! – последовало новое наставление от Дроги.
Сейчас они находились на корабле. Это место было признано Каэроном самым стерильно чистым. Он и слушать не хотел, чтобы Надя рожала в поселении.
Несмотря на все меры безопасности, по какой-то причине ему все время казалось, что во время родов что-то должно было произойти. Он буквально с ума сходил, высматривая врагов.
Кажется, он думал, что обозленные рудые, отыскав их дом, обязательно нападут. По этой причине он и подготовил родильную именно на корабле, намереваясь взлететь сразу, если кто-то только вздумает приблизиться к ним.
Надя зажмурилась и напряглась.
Она знала, что справится – не могла не справиться, ведь ее все ждали.
Новоприбывшие скорбные были все еще растеряны. Ей нужно было помочь им адаптироваться.
Людей было много. Каэрон забрал не только женщин, но и всех остальных – то есть детей, подростков и взрослых крепких мужчин, которых рудые оставляли для тяжелой работы.
Надя внимательно следила за расселением, желая убедиться, что никто не окажется без крыши над головой.
К ее облегчению, зданий оказалось построено достаточно, чтобы хватило всем. Но это не означало, что в будущем убежище не будет расширяться. В конце концов, вряд ли им удалось отыскать все поселения в мире без исключения.
Иногда Каэрон смеялся над ней, называя неугомонной.
– Это будет самый большой город на земле, – отвечала ему Надя, надувшись. – Никто не посмеет даже подумать, чтобы напасть на нас.
Она действительно планировала превратить это место в большой город. На деле даже уже сейчас он выглядел как небольшой городок.
В следующем сезоне она хотела сделать черепицу и покрыть ею дома. Как только это произойдет, убежище перестанет быть простым селением.
– Еще немного. Еще чуть-чуть, – приговаривала Дрога.
Когда встал вопрос о том, кто будет помогать Наде рожать, вперед вышла именно эта женщина. За свою жизнь ей довелось видеть немало рожениц, многим из них она помогала сама. Особенно, когда стала старше.
По местным меркам Дрога прожила долго. В поселении ее держали именно благодаря умениям. Все-таки, какими бы жестокими ни были рудые, они не хотели подвергать женщин лишней опасности.
При подготовке к родам Надя провела вместе с ней много времени. Они десятки раз обсуждали план действия. Надя настояла, чтобы в родильную комнату Дрога пришла полностью чистой, с вымытыми руками, и чтобы при родах использовала только стерильные тряпки и кипяченую воду.
Дрога, если и удивилась таким запросам, то виду не показала. Она уже привыкла, что глава была приверженицей чистоты, поэтому не спорила. Беременные иногда могли быть капризными – проще было уважить их, чем потом сдерживать бурю.
И вот этот день наступил. Когда отошли воды, Надя даже сразу не поняла, что происходит. А потом Каэрон на руках, бегом, словно вихрь, отнес ее на корабль, куда после доставил и Дрогу.
Затем он загнал всю свою команду внутрь и закрылся, словно собираясь держать оборону. Надя находила это смешным, но у нее не было времени обсудить что-либо с ним, ведь вскоре у нее нашлось более важное дело.
В какой-то момент она поняла, что остался последний рывок, вдох, усилие. И действительно, в следующую секунду она ощутила пустоту. Это было странное чувство. Оно несло с собой одновременно облегчение и невыразимую тоску.
– Давай, милый, давай.
Послышались короткие шлепки. Надя, уставшая как никогда ранее, попробовала открыть глаза. Яркий свет слепил. Ей надо было остаться дома. Там, по крайней мере, не было так светло.
А затем она услышала крик. Громкий и пронзительный.
– Мальчик, дорогая. У вас мальчик.
Надя, услышав эти слова, привстала и, помогая себе руками, села.
– Дай, – попросила она, протягивая дрожащие руки.
Дрога не стала сопротивляться, а сразу передала ей ребенка. Тот продолжал плакать.
– Сердитый, – пробормотала Надя, улыбаясь, как сумасшедшая.
Малыш действительно выглядел сердитым. Он хмурился и сжимал кулачки, будто собирался драться.
– Позвать мужа? – спросила у нее Дрога.
Надя чуть было не кивнула, но потом подумала, что им с малышом нужно было сначала привести себя в порядок. Ее муж был немного… чувствительным по отношению к ее здоровью. Она не хотела, чтобы он волновался, увидев ее состояние.
– Просто скажи ему, что все в порядке, а потом вернись. Нужно прибраться.
– Хорошо, – откликнулась Дрога и вышла.
Вернулась она быстрее, чем должна была. На ее лице можно было увидеть беспокойство.
– Что случилось? – спросила Надя, прижимая ребенка к себе в тревоге.
– Они сказали не выходить пока. Кажется, там кто-то прибыл, – ответила ей та.
Надя задержала на миг дыхание, а потом нахмурилась.
– Помоги мне привести себя в порядок, – велела она, намереваясь узнать, что там происходит.
