римское — нравы католической церкви и политика папства. Считалось естественным, что свет воцарится в Германии, а в Италии наступит мрак, и как первые признаки этого мрака рассматривались черты маразма в римской церкви. Подобно тому, как некогда совершилось «Translatio imperii» — перенесение империи из Рима в Германию, так должно было осуществиться и переселение Аполлона и Муз в земли германцев. Этому посвятил свое раннее программное произведение Цельтис — оду «К Аполлону, изобретателю искусства поэзии, чтобы он пришел от италийцев к германцам»
(Од. IV, 5).
Поэт был сыном простого крестьянина-виноградаря Иоганна Пикеля из Випфельда, в окрестностях Вюрцбурга, на побережье реки Майна. Он родился 1 февраля 1459 г., его старший брат вскоре после этого получил приход в качестве сельского священника, и это облегчило получение образования для него. 19-ти лет он был зачислен в Кельнский университет — с примечанием «бедняк» (pauper). Уже через год, в 1479 г. он получил степень бакалавра искусств, что дало ему возможность продолжить обучение и в то же время зарабатывать, как в те времена бывало нередко. Там он начинает писать стихи — видимо, это обычные средневековые вирши. Кельнский университет в эти годы — цитадель схоластики, центр немецкого доминиканства. Здесь можно было получить знания по теологии на основе учений Альберта Великого и Фомы Аквинского — но к ним у молодого поэта выработалось на всю жизнь лишь стойкое отвращение. Не захотел он и последовать примеру своего брата и принять монашеский обет, обеспечив себе тем самым спокойное существование на всю жизнь. Весенняя оттепель немецкого гуманизма неумолимо проникла в недра кельнского училища; слава некогда обучавшегося там Родольфа Агриколы, скандальные столкновения поборников схоластики с вагантами-учениками бродяги-гуманиста Петера Лудера (как, например, Вильгельм Суригон, появившийся в Кельне в 1471 г.) — все это служило стимулом к тому, что наиболее способные и обладавшие самостоятельностью мышления студенты предпочитали искать удовлетворения своей любознательности вдали от Кельна. В 1484 г. Конрад Пикель имматрикулировался в Гейдельбергском университете, там вскоре он стал называть себя, по образцу других гуманистов, латинским словом «Цельтис» — заступ, мотыга, т. е. переводом своего немецкого имени, напоминающего об орудии труда виноградаря. Год в Гейдельберге стал решающим в жизни Цельтиса. Здесь ему довелось слушать лекции Родольфа Агриколы, незадолго до того перебравшегося в Германию из Италии, где он и учился, и читал свои курсы в университете Феррары. В октябре 1485 г. Цельтис защитил свои тезисы и стал магистром искусств — к этому времени он уже был определившимся гуманистом, изучавшим греческий и древнееврейский языки. Возможно, что у Агриколы начал он и свои занятия музыкой.
По-новому в Гейдельберге происходило и приобщение к философским знаниям — здесь царил культ уважения к трудам Николая Кузанского, к которым враждебно относились доминиканцы в Кельне. Идея бесконечности Вселенной, совершенно новое понимание бога как математического абсолюта, стремление к познанию всей сферы земли и связанный с этим специфический интерес к географии и астрономии были порождены этими занятиями. Но уже в начале 1486 г. Цельтис снова отправляется в путь — неожиданная трагическая по своей внезапности смерть Родольфа Агриколы, очевидно, сделала для него дальнейшее пребывание в Гейдельберге лишенным интереса. Город для него опустел, он словно ищет теперь, где смог бы продолжить свое, наконец-то всерьез начатое, образование, в то же время стремясь и сам раздавать то, что имел счастье получить. Его путешествия теперь уже менее всего похожи на скитания ваганта: в 1486 г. он в Эрфурте, где когда-то начал свое образование Агрикола, оттуда он едет в Росток — в надежде, что в сравнительно молодом университете найдет подходящую обстановку для гуманистических штудий. Но занятия в Ростоке были прекращены в связи с начавшейся распрей между соборным капитулом и епископом. Поэтому Цельтис вынужден был уехать и оттуда, и свои лекции в зимний семестр 1486— 1487 гг. он начал уже в Лейпциге, где благодаря деятельности Петера Лудера обстановка для гуманистических занятий была лучше подготовлена. Лекции Цельтиса о теории латинской поэзии и занятия по драматургии Сенеки принесли ему в Лейпцигском университете настоящий триумф: молодой курфюрст Фридрих Мудрый оказался в числе его поклонников. По его представлению 18 апреля 1487 г., во время съезда князей в Нюрнберге, на торжественном празднике в нюрнбергском Кайзербурге (в данном случае игравшем роль римского Капитолия) дряхлый император Фридрих III короновал Цельтиса лавровым венком. Предшественниками сына франконского виноградаря были Эней Сильвий Пикколомини, а еще раньше — Петрарка...
Эта честь сразу поставила Цельтиса выше всех немецких гуманистов. В это время он принял эллинизированное имя «Протуций» (от греческого «про-тюпто» — «прорываться», «ударять на врага»; возможно, впрочем, что это — перевод его неблагозвучной фамилии, означающей, как мы уже знаем, «мотыга»).
В 1487—1488 гг. Цельтис отправился в Италию. Он побывал в Венеции, где познакомился с Сабеллико; в Падуе он занимался у Кальфурния и грециста Камеро; некоторое время находился в Ферраре, где познакомился с Гварино (видимо, не произведшим на него глубокого впечатления); и наконец, попал во Флоренцию, где оказался в кругу гуманистов Платоновской академии. Философские взгляды Марсилио Фичино, вся концепция флорентийских неоплатоников с их синтезом христианского и языческого мироощущения, оказали на него решающее воздействие. Здесь, озаренный знакомством с Родольфом Агриколой, кельнский бакалавр становится первым апостолом фичинизма среди немецких гуманистов.
Побывал после этого Цельтис и в Риме, где познакомился с Помпонием Лэто. Во время этих встреч зародилась в нем идея создания гуманистических «академий» как сотовариществ единомыслящих адептов распространения античной образованности, по типу школ древних философов. Одновременно он загорелся идеей возрождения древнего театра как средства привлечения внимания знатных меценатов к гуманистам.
Цельтис возвращается на родину через Венгрию и Польшу, возможно, имея в виду наладить знакомства с гуманистами при дворе Матьяша Корвина и в Ягеллонском университете Кракова. Именно здесь он пополнил свое образование, в течение двух лет (1489—1491 ) одновременно занимаясь как ученик у астронома Войцеха Брудзевского и сам читая курсы основ древней философии, поэтики и греческого языка. Летом 1491 г. он вновь появился в Нюрнберге — городе, с которым для него были связаны воспоминания о первом триумфе, но тут же направился в Ингольштадт, где в течение одного семестра он читал курс по «Пиру» Платона. Это был важный шаг реформы немецких университетов: взамен подготовительного курса тривиума, включавшего лишь скромный объем классических знаний, Цельтис ввел специальную гуманистическую подготовку. Помимо нее, он считал необходимыми также и естественнонаучные знания.
Находясь в Ингольштадте, Цельтис вел усердную переписку со своими коллегами в Германии и в Италии. На короткий срок он
