Дорога шла в гору, прорезая уступчатые склоны плато, густо поросшие цветущей по случаю весны колючкой. На плоских валунах, живописно разбросанных природой, всякий раз неожиданно «проявлялись» жутковатые силуэты мимикродонов, чьи предки, каракумские вараны, и не подозревали, что их потомки приобретут способность к мимикрии, а вдобавок научатся стоять столбиком. Было чудно наблюдать, как вырастая на камне, эти «столбики» медленно меняют окраску, переливаясь из темно-красного в густо-фиолетовый – цвет марсианского неба, в котором таял и никак не мог растаять бледный ломтик Фобоса.
Если посмотреть вправо, то за урезом плато можно было разглядеть зеленые массивы Isidis planitia, подернутые голубоватой дымкой. Глядя назад, при большом желании удавалось разобрать за клубами пыли сглаженные возвышенности Тирренской земли. А слева по курсу краулера взор останавливался на многоэтажных воздушных замках, которые язык не поворачивался назвать грозовым фронтом, формирующимся над морем Эллады. Словом, полюбоваться было чем. Родная планета близнецов мало теперь напоминала пустынный и негостеприимный мир, который встретил первых исследователей три сотни с лишним лет назад.
Но братьям, как это бывает порой, все эти великолепные пейзажи казались малоинтересными. Их притягивал Космос со множеством обитаемых и не очень миров. Правда, особой надежды, побывать где-нибудь, кроме таких же скучных Луны и Земли, у близнецов не было. Юпитерианская Европа, пожалуй, подходила, но десять лет назад, когда набирали добровольцев, братьев не взяли. Сказали: молоды еще. Заявки в Подкомитет МСФ по аэронавтике на поступление в учебный отряд космолетчиков у близнецов приняли, но очередь оказалась столь огромной, что дожидаться вызова на вступительные тесты пришлось бы лет пятнадцать, не меньше.
Поразмыслив над всеми этими печальными обстоятельствами, братья решили действовать самостоятельно. Благо, что под рукой у них оказался самый настоящий подарок судьбы. Нужно было только приложить некоторые усилия, чтобы этот подарок превратился в осуществленную мечту. Честно говоря, усилия понадобились немалые. Древний дельтаракетоплан, обнаруженный близнецами на окраине Хутора, поначалу казался просто огромной, свалившейся с неба игрушкой. А то, что игрушка эта все еще способна летать, до братьев дошло не сразу. Сначала им пришлось немного повзрослеть и поумнеть. А поумнев, они стали искать способы поднять старика-дельтаящера в Космос.
Вероятно, обитатели Хутора были приятно удивлены тем, что сорванцы Фо и Джи, не носятся как угорелые по окрестным дюнам, оглашая их нечеловеческими воплями, не таскают несчастных мимикродонов за хвост и не подкладывают сих безответных, но жутковатых тварей мирным гражданам в шезлонги, а сидят по домам, странствуя лишь по обучающим сегментам Виртуала. Если бы эти «мирные граждане» знали, что близнецы готовят шалость воистину грандиозную, они бы немедленно потребовали от поселкового Совета убрать дельтаракетоплан с глаз долой. Но никто в здравом уме не мог допустить, что старика-«Птера», реликвию и чуть ли не главную достопримечательность Хутора, можно поднять в небо. Слишком хорошо все зналиподробности знаменитого, ставшего уже легендарным, полёта Хлодвига Быстрова сотоварищи.
Десять лет понадобилось братьям, чтобы изучить бывший десантный дельтаректоплан класса «Птерозавр» до последнего винтика, освоить, по крайней мере, виртуально, космонавигацию, опробовать, правда, на холостом ходу, все его системы и агрегаты. И вот подступил последний этап предполетной подготовки – заправка! Топлива в «Птерозавре» практически не было. Тех жалких каплей лития, что оставались еще в контурах реактора едва хватало на то, чтобы поддерживать ракетоплан в деконсервационном режиме. Фо и Джи долго ломали головы над проблемой, где раздобыть давно вышедший из употребления изотоп и были потрясены открытием, что источник топлива буквально под боком – в резервуарах регенерационной станции на Исиде. Сегодня они везли уже вторую порцию. Теперь топлива должно было хватить.
– Ну чё, братишка? Доверить тебе сход с орбиты? – не без ехидства произнёс Фо. – Справишься?
– Сам дурак, – невпопад огрызнулся Джи.
– Ладно, – сказал брат. – Так уж и быть, доверю тебе сход с орбиты…
– А почему не – старт?
– Старт, братишка, дело серьезное. Его нельзя доверять младшим…
– Это кто младший? – поинтересовался Джи. – Я, что ли? Мы же родились одновременно.
– Не совсем, – хладнокровно отозвался Фо. – Я на тридцать минут раньше.
– Ха, минуты не в счет, – парировал Джи.
– За это время многое может случиться, – сказал Фо. – Не то чтотридцатиминутная, тридцатисекундная задержка при выполнении маневра, приведет к тому, что наш «Птерик» вмажется в Деймос, вместо того, чтобы благополучно миновать его на расстоянии ста километров…
– Ста километров? – Джи округлил раскосые глаза. – Ты как считал, астронавигатор хренов?!
– Ну, это ты у нас мастак счи…
Фо не договорил. Его внимание привлекла новая подробность пейзажа. А именно, высокий, смешивающийся с грозовым фронтом, столб дыма.
– Что это там горит, братишка? – задумчиво проговорил Фо.
– Костры жгут, огольцы, – отмахнулся Джи.
– Ты это о ком?
– О детках Большой Кэнди, о ком же еще, – усмехнулся Джи. – Они уже вторую декаду репетируют вторжение орков за Андуин.
– Не похоже, – покачал головой Фо. – Слишком близко от Хутора. Совет бы им за это уши оборвал… И потом, смотри, сколько дыма! Все деревья Хутора можно запалить, и то…
Фо осёкся. Помолчал.
– А знаешь братец… – наконец произнёс он задумчиво и приложил палец к точке над переносицей. – Ирма! Ирма, чтоб тебе!… Нет, не отвечает.
Джи совершенно таким же движением и с тем же успехом попробовал активировать собственный чип. И лишь согласно кивнул, мол, да, не отвечает.
– А скажи братишечка, перед тем как мы тронулись в путь, ну, утром, когда литий брали, ты чего-нибудь такого случайно не?… Вот здесь? – Он постучал себя по лбу. – Вроде головокружения?
– Ну, было, – Джи пожал плечами. – Не вроде головокружения, а вроде как голова пустая сделалась, что твой вакуум… и чесотка по глазам. Бр-р… Ага, у тебя, значит, то же самое. Ну, и что это было?
– Слишком много дыма… – не стал отвечать на последний вопрос Фо. – Знаешь, брат, мне это здорово напоминает…
– Пожар на Хуторе! – не дал ему договорить Джи.
– Вот-вот, – пробормотал Фо и снова прижал палец к переносице. – Не отвечает, сволочь.
– Точь в точь, как тогда! Снова сбой инфосферы? Или как?
– Погнали!
Фо перключил краулер на ручное управление и вопросительно глянул на брата. Тот кивнул, дескать не возражаю, только гони побыстрее. Фо вдавил клавишу разгона. Турбодвигатели, подвешенные непосредственно на колесных осях, взвыли. Машина рванула с места, но бешеной гонки не получилось. Болтающийся за кормой тяжело груженый прицеп, вносил свои коррективы. Фо едва удерживал краулер на полотне дороги.
– Сбросим прицеп! – прокричал Джи, заслоняясь ладонью от пыли.
– Нет! – помотал головой Фо. – Литий позарез нужен!
Больше они не разговаривали. Подскакивая на ухабах, рыская из стороны в сторону, краулер мчался к Хутору. Сияние дня вдруг померкло: гроза стремительно приближалась. Первые молнии уже впивались в скалы на границе Сырта.
«Это хорошо, – подумал Джи. – Ливень потушит пожары… Но что с хуторянами?»
Ответ был получен скоро. Ахнув, Фо вдавил тормозную пластину. Краулер впился всеми колесами в грунт, но груз по инерции наподдал сзади, так что заслуженный марсоход вынужден был проползти юзом еще пару десятков метров – издержки пониженной гравитации. Остановившись буквально в двух шагах от первого беженца.
– Да это же наши близнецы! – воскликнул старейшина Хог, глава хуторского Совета.
Фо и Джи повыскакивали из кабины. Их немедленно обступили. Женщины, старики, дети, ну и мужчины, конечно. Куда деваться. Джи мысленно пересчитал хуторян: мало. Слишком мало! Что же это такое…
