тварь с помощью браслета. Всё сработало, как надо, но уже когда я сделал шаг от центра управления, даже эта система работать перестала.
Очевидно, радиус действия небольшой, и работает только в пределах метрах десяти навскидку. Полезное тактическое преимущество, однако учитывая ценность центра управления, светить им не станешь. Слишком велик риск потерять.
Убрав центр управления обратно в браслет, добычу я спрятал в сумку. Её по-прежнему не волновало, что ни одна система её не поддерживает.
Закончив со сбором лута, я протёр глефу, внимательно осматривая на предмет возможных повреждений. В отличие от предшествующего боя с сильным противником, когда Гун едва не грохнул меня, а я обломал оружие об его броню, на этот раз никаких следов схватки не осталось. Это было приятно, так как я до последнего думал, что сжавшаяся черепушка змея хотя бы трещину оставит — всё-таки туша была немаленькая, челюсти должны были создавать просто конское давление.
Вернувшись к нашей палатке, я застал Сафэлию. Эльфийка внимательно меня осмотрела, прежде чем заговорить. Но я успел первым:
— Доброе утро. Извини, если разбудил, — с улыбкой произнёс я. — Тут небольшой змей подобрался, пришлось его немного убить. Как насчёт завтрака?
Ушастая бросила взгляд мне за спину — туда, где угадывались поваленные деревья. Если на лес сейчас посмотреть сверху, там наверняка будет заметна крупная проплешина посреди зарослей.
— Завтрак… Да, завтрак было бы неплохо, — задумчиво проговорила она.
Но задерживаться мы надолго не стали. Как бы там ни было, а побоище наверняка было слышно далеко окрест. Так что, быстро утолив голод, мы свернули лагерь и поспешили дальше.
День вступил в свои права, когда мы сделали первый привал. Территории демонов были огромны, на них хватало места для разных биомов, умещались миллионы обитателей, и речь не только про самих демонов, но и живность всяческая имелась.
Земли драконов отличались не размерами, а количеством обитателей. Да, драконы и прочие рептилии чувствовали себя здесь вольготно. Вот только они не были единственными представителями фауны. Хватало и насекомых, которые норовили насыпаться за шиворот, и мелких пушистых зверьков, прячущихся по норам во время нашего приближения.
Сменялась и климатическая зона. Если изначально мы входили в относительно обычный лес, теперь всё больше проступало джунгли. Причём у меня складывалось ощущение, что они не просто растут здесь. Стоило коснуться стволы очередного дерева или взять в руки лист куста и сосредоточиться, я начинал чувствовать смутное ощущение отдалённой мощи.
Это не была стихия, как в Местах Силы Земли. Новая, незнакомая мне часть бытия этого мира хранилась в насаждениях. Я был способен понять, что она там есть, однако взаимодействовать не получалось, как бы я ни пытался.
— Что ты там ищешь? — спросила Сафэлия, когда мы остановились на привал во второй раз.
Нужно признать, что её сил больше не становилось. И хотя ушастая была готова продолжать путь, я прекрасно понимал, что чем ближе мы к обиталищу чёрных драконов, тем сильнее вероятность нарваться на противника. А в таких условиях выжатая до предела эльфийка станет не помощницей, а обузой.
— Там есть некая сила, — пояснил я. — Вообще у меня талант или дар ощущать магию. Сначала это ограничивалось ощущением волнения. Как будто в воздухе расходятся круги, как от брошенного в воду камня. Затем, когда я стал опытнее как маг, и выпил больше эликсиров, я стал чувствовать не только стандартные заклинания эльфов, но и чары других систем. Например, демонов. Вот теперь я начал чувствовать, что в этих растениях тоже есть своя сила. Воздействовать на неё или вобрать в себя я не могу, но уже ощущаю.
— Никогда не увлекалась ботаникой, — заметила Сафэлия. — Но, вероятно, это тоже какая-нибудь магия Жизни?
Я хмыкнул, вскинув бровь, и ушастая пояснила:
— Вампиров я не встречала, но из того, что слышала, могу предположить, что их магия — это Смерть, — сказала эльфийка. — Они могут поднимать погибших неписей, заставляя их служить себе. Умеют высасывать жизнь на расстоянии, пользуясь врождёнными чарами своего вида. Логично предположить, что это некая некротическая энергия.
Я вспомнил тех типов в красном, которых привела на мой допрос Юала. Попытавшись вспомнить собственные ощущения от них, я никак не мог сказать, что Сафэлия права. Ну или это вообще не были вампиры, что тоже может быть.
А вот тот демон, который использовал дикую магию… Вот от него чем-то таким веяло, неприятным, как будто чуждым. Да и сам он выглядел не ахти.
— Может быть, — не стал спорить я. — Впрочем, учитывая, что я научился пить дымку демонов, перерабатывая её себе на пользу, со временем, уверен, и в этом разберусь.
Нужно было видеть лицо Сафэлии. Настолько яркого удивления я в её исполнении давно не наблюдал. Примерно с момента, как она осознала, что падший перед ней — локальное существо.
— Пить? — переспросила она. — Какого хрена, Майкл⁈ Я столько времени провела у демонов, и так этому и не научилась! А ты пошёл куда глаза глядят, подрался с местными, трахнул пару демонесс, и вдруг превратился в чудовище, которое может по желанию жрать демонов на завтрак⁈
— Жизнь не справедлива, — усмехнулся в ответ я. — Но я тебе честно признаюсь, будь у меня выбор, я бы променял всю эту грёбанную игру на возможность вернуться на Землю к своей спокойной и размеренной жизни.
— Судя по твоему рассказу, у моего народа тоже, знаешь ли, выбора не было, — заметила Сафэлия.
Тут, конечно, не поспоришь.
Человечество и безо всяких древних сущностей не раз поднималось на бой, горя желанием уничтожить всех, кто на своих не похож. Начни система древних с Земли, и не сложно представить, какой ад бы развернулся на моей родной планете. Учитывая наличие у кучки временных политиков ядерного оружия, даже оторопь берёт от осознания, как происходило бы столкновение народов за право остаться в живых. Какое уж тут всеобщее благо, когда вопрос стоит буквально о существовании самого человеческого вида?
— Ладно, отдохнула? Продолжим путь, — озвучил я.
Ещё дважды нам встречались местные монстры. На этот раз никаких рептилий — один тигр с врождённой способностью бить по площади инфразвуком в момент рычания, и крупная обезьяна, костью ломающая стволы вековых деревьев. И если это — реальный животный мира драконов, становится понятно, отчего крылатые ящерицы настолько озлоблены, что пожирают магию из всего, до чего способны дотянуться.
— В них тоже есть та сила,
