единственном желании к Богу, оно сопрягает воедино не только вожделевательную силу, но также и все силы души, которые оживают в ней или благодаря ей. Оно также во многом содействует уничтожению многочисленных разделений, которым подвержен падший человек, и приводит его душу к первоначальной цельности и чистоте[3054].
Поскольку воздержание исцеляет человека от греха и страстей, в том числе от тех, которые подчиняют его чувственному удовольствию, постольку оно приносит человеку свободу. «Воздержание освобождает нас, потому что оно одновременно есть и лекарство и сила», — замечает святитель Василий Великий[3055]. Через него человек вновь обретает духовную независимость, а она уподобляет его Богу. «Воздержание, — пишет тот же святой, — это Бог, так как Он ничего не желает и все имеет в Самом Себе… Поскольку Он ни в чем не нуждается. Он пребывает в абсолютной полноте»[3056].
Очищая вожделевательную силу от страстей, которые помрачают разум, воздержание способствует проникновению духовного знания в человека. Поэтому Климент Александрийский считает его основанием для познания Бога[3057], а преподобный Максим Исповедник ставит в один ряд с любовью, которая, согласно всем святым отцам, есть дверь к познанию: «Остерегайся пренебрегать любовью и воздержанием, так как именно они, очищая до конца страстные силы души, непрестанно прокладывают тебе путь к познанию»[3058]. «Спаситель сказал: Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят (Мф. 5, 8). Они узрят Его и все сокровища, которые в Нем, когда через любовь и воздержание очистятся, и узрят тем яснее, чем решительнее будут их усилия к очищению»[3059]. Очищая человека, воздержание делает его достойным приблизиться к Богу и соединиться с Ним. Оно помогает ему стать в итоге причастником Божественной жизни, стать непорочным по подобию непорочного Бога[3060].
3. МУЖЕСТВО
Мы увидели, что через грех раздражительная сила стала больной, так как человек использовал ее, чтобы исполнять волю диавола и бесов, чтобы бороться за осуществление желаний плоти, получение и сохранение чувственных удовольствий, чтобы способствовать действию страстей и удовлетворять свое самолюбие.
Но мы также видели, что вылечить эту способность невозможно через ее подавление и устранение. Она не только полезна[3061] и оказывает человеку огромную услугу[3062], как нередко напоминают об этом святые отцы, но и является необходимым инструментом для достижения небесных благ, согласно учению Самого Христа: Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его (Мф. 11, 12). Царство Божие благовествуется, и всякий усилием входит в него (Лк. 16, 16). Таким образом, следует не умерщвлять раздражительную способность, а развернуть ее, чтобы «она получила правильное направление, сообразное с намерением создавшего ее Бога»[3063].
Именно в борьбе со злом во всех его проявлениях человек возвращает раздражительной силе души применение, присущее ей по природе, которое соответствует ее правильному назначению и составляет ее здоровье, ибо именно с этой целью, как оружие, она была дана человеку Богом[3064].
В первую очередь это касается использования раздражительной силы для борьбы с грехом[3065] и страстями[3066], в том числе со страстью гнева, которая образуется из извращенного употребления самой этой силы. Истолковывая заповедь Псалмопевца: Гневаясь, не согрешайте (Пс. 4, 5), преподобный Иоанн Кассиан пишет: «Не говорит ли он с очевидностью: раздражайтесь на ваши пороки и на ваш гнев?»[3067] И отмечает также: «Даже возбуждение гнева, что и понятно, может быть для нас весьма спасительным: дабы, ополчаясь против своих пороков и заблуждений, мы прилагали больше старания о добродетелях и духовных упражнениях»[3068].
Функция раздражительности в более общем смысле должна состоять в борьбе с ветхим человеком и его порочными наклонностями[3069], в борьбе с человеком плотских желаний. «Мы должны использовать… раздражительную часть души против нашего внешнего человека… Написано: «Ополчайтесь против греха»[3070], то есть «ополчайтесь против самих себя»», — пишет преподобный Исихий Иерусалимский[3071].
Борьба со страстями и дурными наклонностями ветхого человека принимает в основном форму внутренней борьбы с помыслами (λογισμοί), которые внушаются бесами, форму борьбы с искушениями. Толкуя пятый стих четвертого псалма, преподобный Иоанн Кассиан пишет: «Нам было повелено ради нашего спасения гневаться на самих себя и дурные побуждения, которые восстают в нас, и не согрешать[3072], то есть препятствовать им, чтобы они нам не навредили»[3073]. «Наш гнев должен оказывать нам услугу, и только по этой причине нам полезно и спасительно его принимать: так бывает, когда мы восстаем против сластолюбивых движений нашего сердца», — добавляет он[3074].
Эта борьба неотделима от борьбы с самим диаволом и бесами, которые побуждают человека ко злу, подстрекают к его совершению, хотят подчинить человека своей воле. Поэтому преподобный Исихий Иерусалимский пишет: «Мы должны использовать… раздражительную часть правильным образом, согласно с природой… против… сатаны, змия»[3075]. Евагрий говорит то же самое: «Природа раздражительной части заключается в том, чтобы бороться с бесами»[3076]. Святитель Григорий Нисский пишет в том же ключе: «Что же до раздражительности, гнева, ненависти, то им надлежит использовать свою естественную силу против вора, врага, который вкрадывается внутрь, чтобы разорить Божественное сокровище, и приходит, чтобы украсть, убить и погубить (Ин. 10, 10)[3077]. Святитель Василий Великий напоминает[3078] по этому поводу слова Бога к людям о том, что Он положит вражду между ними и змием[3079]. Здесь можно было бы привести многочисленные отрывки из псалмов, которые содержат призывы к верующему проявлять вслед за Псалмопевцем ненависть по отношению к бесам, [что выражается в] символизации бесов и именовании их «нечестивыми», «грешниками», «злыми», «врагами», «полками чужих», «иными народами», «князьями», а также призывы просить у Бога употребления против них Его собственного гнева, чтобы удалить их, сделать бессильными или уничтожить. Человек борется против воли бесов для того, чтобы исполнилась на нем воля Божия; борется со страстями, чтобы освободить в себе место для добродетелей, борется с наклонностями ветхого человека, чтобы стать во Христе новым человеком. Таким образом, борьба раздражительной силы против различных форм зла оказывается борьбой за добро. «Разумная душа действует по природе тогда, когда ее раздражительная часть борется за добродетель», — пишет Евагрий[3080].
Борьба за добродетель означает прежде всего борьбу за ее приобретение: раздражительная сила души предстает здесь как двигатель духовной жизни, как сила, которая обращает душу всецело к Богу[3081]. Поэтому святитель Василий Великий пишет: «Если вы дадите должное употребление гневу и будете использовать его согласно с установлениями разума, он превратится в силу»
