Рейган слушал меня молча. Судя по всему, он никогда и не пытался искать какой-либо источник, где было бы приведено подобное высказывание В. И. Ленина. Такого источника просто не существует.
Смотрел я на него и думал: «Неужели президент действительно верит в сказки, которые ему рассказывают насчет неких агрессивных целей в политике Советского Союза?»
По его лицу я не мог понять и того, как он воспринял мои слова. Никаких разъяснений по этому поводу со стороны Белого дома не последовало и в дальнейшем.
Что касается заявлений президента о желании искать пути улучшения отношений с Советским Союзом, то я сказал президенту:
— Советский Союз, как и прежде, искренне желает содействовать смягчению напряженности в отношениях между нашими странами и развитию этих отношений. Я уполномочен заявить, что это — мнение всего советского руководства.
Что касается долгосрочных целей политики Советского Союза и его отношений с капиталистическими государствами, в том числе с США, — продолжал я, — то мы придерживаемся принципа мирного сосуществования государств с различным общественным строем. Мы не собирались и не собираемся применять силу против капиталистических стран для того, чтобы уничтожить существующий в них общественный строй. Те, кто нам приписывает подобные планы, клевещут на нас.
Затем я подчеркнул:
— Душой нашей философии и нашей политики является убеждение в том, что объективный ход общественного развития в мире идет в направлении победы социализма ввиду его преимущества перед капитализмом. Однако эта победа будет достигнута не с помощью оружия, она должна быть следствием мирного развития и мирного соревнования двух общественных систем.
Я выразил надежду, что президент будет иметь возможность подумать над всеми высказанными мною мыслями.
Итак, ни в одном разговоре после нашей встречи с Рейганом в Белом доме ни он сам, ни другие официальные представители американской администрации не выражали поддержку принципу мирного сосуществования государств с различным общественным строем.
Хорошо известно, что при встречах с Генеральным секретарем ЦК КПСС М. С. Горбачевым в Женеве в 1985 году, а затем в Рейкьявике в 1986 году, которые представляли собой крупные рубежи в отношениях между двумя странами, президент тоже не делал заявлений о приверженности США этой идее.
Представители разных американских администраций много рассуждали о том, что США стоят за мирное урегулирование спорных проблем. Неоднократно после заявлений с нашей стороны о том, что государства должны разрешать свои споры только мирными политическими средствами и воздерживаться от применения силы, Шульц, к примеру, отделывался ничего не говорящими общими словами.
Само собой разумеется, что все это означало и означает определенную политику. А последняя превратилась в доктрину: везде и всегда, где, по мнению Вашингтона, затрагиваются жизненные интересы США, они имеют право использовать все средства вплоть до применения вооруженной силы для зашиты этих интересов; даже чисто внутренние дела соответствующих стран должны решаться Вашингтоном.
В свое время — это было в 1972 году при президенте Никсоне — США пошли на согласование и подписание с Советским Союзом документа под названием «Основы взаимоотношений между СССР и США». В этом документе выражалось убеждение в том, что в ядерный век не существует иной основы для поддержания отношений между ними, кроме мирного сосуществования. Можно было подумать, что верх взяла трезвая точка зрения.
Однако вскоре Вашингтон перестал ссылаться на этот документ и по сей день проводит политику вопреки ему. США действуют и вопреки положениям других международно-правовых актов, в том числе Уставу ООН, в котором зафиксирована необходимость мирного, и только мирного разрешения международных споров. К сожалению, основные союзники США на практике занимали и занимают по этому вопросу позицию, мало чем отличающуюся от позиции Вашингтона.
Оговорки, а по существу — отрицание
Припоминаю беседу с постоянным представителем США при ООН в конце пятидесятых — начале шестидесятых годов Генри Лоджем. Он являлся значительной фигурой в высшем эшелоне американских политиков. Лодж стал знаменит хотя бы потому, что знаменитым был его отец, который в 1918 году возглавил оппозицию президенту Вильсону в связи с Версальским договором. Все западные союзные державы собирались закрепить поражение Германии и свою победу в первой мировой войне путем заключения мирного договора. Оппозиция в Вашингтоне, которую возглавил Лодж-старший, сорвала ратификацию договора Соединенными Штатами Америки. Это представляло собой крупное поражение президента Вильсона, которое, по общему мнению, укоротило ему жизнь. Кстати, известно, что Лодж-старший посетил Россию еще до революции 1917 года и предпринял путешествие по Сибири.
Сын сенатора, то есть Лодж-младший, отличался не меньшим упорством в служении кругам, придерживавшимся наиболее реакционных тенденций в американской политике. Тень Даллеса всегда витала над ним.
В одном из разговоров со мной Лодж задал вопрос:
— Как вы все-таки понимаете тезис о мирном сосуществовании государств?
И добавил:
— В США, а возможно, и в других странах не очень четко себе представляют, какое содержание вы вкладываете в этот тезис.
Прежде чем поставить передо мной такой вопрос, Лодж уже десятки раз выступал в ООН против наших позиций по многим проблемам, в том числе по тем, при обсуждении которых так или иначе приходилось говорить о мирном сосуществовании.
Мне вновь пришлось дать необходимое разъяснение. Была подчеркнута главная мысль:
— Каковы бы ни были разногласия между государствами с различным общественным строем, они должны разрешаться мирным путем, иными словами, посредством переговоров. Мирное сотрудничество и мирное соревнование — вот та политика, которой должны придерживаться все государства.
Присутствовавшие на беседе крупные советские юристы — член-корреспондент Академии наук СССР С. А. Голунский и профессор С. Б. Крылов со своей стороны остановились на юридическом аспекте проблемы.
Лодж очень внимательно выслушал высказывания и заявил:
— Ваши мысли представляют интерес. Но одно дело — все это учитывать, а другое дело — признавать как доктрину и положить их в основу политики.
Заявление с его стороны было необнадеживающим и нарочито туманным.
До конца своей деятельности в качестве представителя США при ООН Лодж продолжал пользоваться репутацией сторонника твердой линии Даллеса, который о мирном сосуществовании и слышать не хотел.
Нелишне к этому добавить, что как Лодж-старший, так и Лодж-младший отличались последовательностью в отстаивании взглядов, не отвечающих решению международных проблем в интересах мира. Такая слава их никогда не покидала.
Президент Трумэн назначил постоянным представителем США при ООН крупного американского дипломата сенатора Уоррена
Остина. Авторитет и опыт сенатора, близость к Белому дому придавали ему вес. Он, в отличие от некоторых других американских деятелей, мог основательно потолковать с советскими представителями по вопросам внешней политики, особенно относящимся к деятельности ООН.
У меня состоялось немало бесед с Остином. Как правило, они позволяли более полно выяснить позицию другой стороны и гораздо реже — сблизить обе позиции.
В ходе бесед возникал и вопрос об отношении стран к принципу мирного сосуществования государств с различным общественным строем. Хотя Остин к этому вопросу не проявлял особого интереса, но обсуждения не чурался. Он спрашивал:
— Как Советский Союз все же понимает этот принцип? Ему, разумеется, давались с нашей стороны соответствующие разъяснения.
В одном из разговоров собеседник высказал такую мысль:
— Как можно примирить интересы социалистических государств и государств западной демократии?
Даже Даллес мог бы позавидовать формулировке вопроса. Отвечая на него, я обратил внимание собеседника на известный, уже вписанный в историю факт:
— Германия, с одной стороны, США и Англия, с другой стороны, оказались, несмотря на одинаковый общественный строй, во второй мировой войне по разные стороны фронта. В то же время США и Англия стали союзниками СССР, несмотря на различия с ним в общественном строе.
Опыт недавно закончившейся второй мировой войны показывает, — продолжал я, — какую великую жизненную силу имеет идея мирного сосуществования государств. Он показывает, что одинаковый капиталистический строй — вовсе еще не гарантия мира между капиталистическими странами, а различия в общественном строе государств не являются преградой для мирного сотрудничества и сосуществования социалистических государств с капиталистическими.
