Рита повернулась и ушла. Она вышла на улицу и направилась к метро. Хоть она и сказала, что не в обиде на Рыжика, но это было неправдой. На самом деле ей было очень обидно. И не из-за денег, а из-за того, что он её бросил. Она-то считала, что они больше чем друзья, что они стали почти родными. А он так подло, не сказав ни слова, ушёл.
– Рита! Рита! – прокричал кто-то ей вслед.
Рита обернулась. Её догнал маленький мальчишка.
– Пойдём, я отведу тебя к Рыжему.
– Спасибо. Теперь уже не надо. Раз он сам не захотел выйти и со мной поговорить, то пусть теперь живёт как хочет. Я его тоже больше не хочу знать.
Рита отвернулась.
– Подожди! Ты не думай про него ничего плохого. Рыжий хороший. Он просто не мог к тебе выйти.
– Да? И чем же он так занят? – усмехнулась Рита.
– Он умирает.
Рита обомлела.
– Как… – слово «умирает» застряло у неё в горле. – Бежим скорее к нему!
Они пересекли по подземному переходу Комсомольскую площадь, вошли в здание Казанского вокзала, спустились по какой-то лестнице в подвал и стали лавировать по подвальным помещениям, то перешагивая через кучи мусора, то прогибаясь под нависающими трубами. Временами они шли в полной темноте, пробираясь лишь на ощупь, а остальной путь освещали тусклые пыльные подвальные окна. Во время этого долгого путешествия мальчишка рассказал Рите, что Гаврила неделю назад пришёл к ним в гости и хвастался перед друзьями, что он теперь богач, что он нашёл свою сестру, и они теперь живут в своей квартире, и у них денег целая куча, аж пять тысяч рублей! Мальчишки ему не поверили, и тогда Рыжий обещал ещё раз прийти и показать деньги. Вот вчера он и принёс эти деньги. А кто-то из мальчишек, видно, проговорился Фигуре об этом. Тот поймал Рыжего, отнял все деньги. Но Рыжий не хотел отдавать, он полез на Фигуру с кулаками, а тот его сильно избил.
– О боже! – воскликнула Рита.
– Мы когда Рыжего увидели, думали, что он помер. Хотели уже на путях за товарняками его похоронить, а он вдруг застонал. Ну мы его ночью сюда притащили, чтобы Фигура не нашёл. Вдруг Рыжий всё-таки выживет?!
– А что же вы врача не позвали?
– Какого врача? Кому мы нужны? Нюрка, вокзальная врачиха, любовничает с Прусаком. А Прусак – друг Фигуры, он бы сразу ему про Рыжего всё растрепал. Тогда бы Рыжий и до утра не дожил, да и мы тоже за то, что спрятали его.
Наконец-то они добрались до большого, относительно светлого помещения, где повсюду валялось тряпьё. Очевидно, это было место, где ночевали вокзальные мальчишки. Рита не сразу заметила Рыжика. Он лежал в дальнем тёмном углу, накрытый кучей тряпок, виднелась только его голова. Рита подскочила к нему и опустилась на колени.
– Рыжик! Рыжик! Ты меня слышишь?
Но Рыжик лежал с закрытыми глазами. И лишь очень слабое хрипящее дыхание показывало, что мальчик ещё жив. Рита стала скидывать с него грязные тряпки. Тельце мальчика безвольно лежало в нелепой позе с вывернутой рукой и поджатыми ногами. Рита аккуратно распрямила его тело и прижала его маленькую ладошку к своей щеке.
– Рыжик, миленький, очнись, скажи хоть что-нибудь!
Но мальчик не шелохнулся. Рита хотела погладить его по голове, но в ужасе отдёрнула руку: волосы мальчика слиплись от крови.
– Его надо срочно в больницу! Нельзя медлить ни минуты!
Рита подняла Рыжика на руки, прижала к себе и, сгибаясь под тяжестью, понесла его к выходу. Путь был тяжёлый, ведь приходилось опять перелезать через кучи мусора, прогибаться под нависшими трубами. От мальчишки-проводника помощи ждать не приходилось. Слишком он сам был мал. Сначала он попытался Рите помогать, но только путался под ногами, поэтому Рите пришлось нести всю дорогу Рыжика самой. Рита несколько раз останавливалась, чтобы передохнуть. Этот путь показался ей в сто раз длиннее, чем на самом деле. Упав на очередную кучу мусора, Рита от отчаяния расплакалась.
– Всё. Не могу больше!
– Потерпи ещё чуть-чуть, мы уже пришли. Вот за этим поворотом дверь. А там надо подняться по лестнице и будем уже на улице.
Яркий свет ослепил глаза. Рита зажмурилась, а когда она открыла глаза и взглянула на Рыжика, то от ужаса чуть не уронила его на асфальт. Лицо Рыжика представляло собой один бордово-фиолетовый синяк, вместо глаз под опухшими веками виднелись только две щёлочки. Куртки на нём не было, а синий свитер был весь в тёмно-коричневых пятнах.
Рита донесла Рыжика до дороги, остановилась на обочине и приказала мальчишке голосовать. Но ни одна машина не остановилась. Оно и понятно: девочка с подростком на руках и голосующий мальчишка-оборванец отпугивали водителей. Кому нужны проблемы?
Тогда Рита вышла на дорогу и встала прямо перед едущей на неё машиной.
– Ты чего, сдурела?!! – накинулся на неё шофёр.
– Помогите! Он умирает. Отвезите нас в больницу. Пожалуйста!
– Ну хорошо, садитесь. Только я в больницу заходить не буду. А то меня потом по судам затаскают.
Рита поблагодарила маленького мальчишку за помощь и села с Рыжиком на заднее сиденье.
– Что, машина сбила? – спросил водитель.
– Да, – ответила Рита, чтобы избежать дальнейших расспросов.
– Тогда надо в «Склиф» везти.
Машина помчалась по московским улицам. Шофёр долго разглагольствовал о том, что дети не умеют переходить дорогу, сами под колёса машин бросаются, потом вообще перешёл на тему о деградирующем новом поколении. Но Рита его не слушала. Она лишь гладила Рыжика по голове и тихо плакала.
Вдруг Рыжик приоткрыл чуть-чуть глаза.
– Рыжик! Рыжик! Ты меня слышишь? – обрадовалась Рита.
– День-ги, – прохрипел он, – день-ги…
– Да чёрт с ними, с этими деньгами! Ты, главное, выздоравливай скорее. А деньги – дело наживное. Мы с тобой ещё больше заработаем.
– Прости, – выдохнул он, и по его щекам заскользили слёзы.
– Рыжик, миленький ты мой, я тебя очень люблю, я на тебя совсем не обижаюсь! Ты только быстрее поправляйся! Пожалуйста! Мне без тебя так плохо! – сквозь слёзы шептала Рита.
– Не плачь, – улыбнулся он и закрыл глаза.
– Я не буду плакать. Я постараюсь не плакать. Мы же с тобой клоуны! Мы должны всё время смеяться и смешить других людей. Правда? Ну что ты молчишь? Скажи хоть что-нибудь. Ты только не молчи, пожалуйста! Рыжик! Ты скоро поправишься. Ты обязательно поправишься! И мы опять будем репетировать. Я такую репризу смешную придумала – обхохочешься! Слышишь, Рыжик? Ты только поправляйся скорее.
Машина подъехала к больнице Склифосовского. Водитель не стал заезжать во двор, а остановился у ворот.
– Дальше вы сами.
Рита вышла из машины. Водитель помог ей взять Рыжика на руки, а потом уехал. Хорошо, что по двору шёл санитар. Он подбежал к Рите, взял у неё мальчика и унёс его в недра больницы.
