— Ради чего ты сражаешься?! — ревел Рэккер, перекрывая гул огненного вихря. — Неужели ради мести?
Эш молчал.
«Ради чего я сражаюсь?» — вдруг задумался он.
В момент секундного замешательства, Рэккер взял верх над Пеплом. Торнадо дрогнуло и огненный вал обрушился на голову Эша. Когда же все стихло, то «Пни» с содраганием смотрели за тем, как тлеющая фигура их соратника глубоко впечаталась в уцелевшую стену. Словно какой-то могучий гигант вдолбил туда побежденного магика.
— Величайший, — фыркнул лейтенант и сплюнул.
Еще не долетел плевок до пола, как барон закричал от боли. Его правый бок насквозь пробил покрытый огненным покровом посох. За спиной убийцы стоял Пепел, вышедший из плещущего пламени — остатка битвы. Фигура в стене рассыпалась пеплом, оставляя после себя черные очертания знакомого силуэта.
Эш, уже готовый к торжеству победы, ведомый инстинктами отскочил назад. Крик, полный боли, перерос в яростный рев. Тело Рэккера вновь подвергалось метаморфозе. Его кожа вздувалась и лопалась, белые кости, орашая лавовый пол кровь, пронзали плоть. Глаза вращались в орбитах словно детские волчки.
Предчувствуя неладное Пепел направил в шар плоти, крови и боли огненную ленту, но та разбилась о щит энергии. Волшебник обрушивал на оборотня десятки и сотни огненных заклинаний, но не могли достигнуть цели.
Вскоре в огромной зале стало тесно — посреди ней стоял огромный, крылатый красный дракон. Когти его оставляли борозды на полу, изо рта вырывались языки пламени, а янтарные глаза, коим явно не подходил человеческий зрачок, сияли гневом и жаждой крови.
В этот момент Пепел осознал, что поглотивший Белую Эссенцию Рэккер стал полубожественным созданием — он сам стал сидхе. Синяя же эссенция, доставшаяся Эшу, не обладала подобной мощью. Волшебник инстинктивно сделал шаг назад. Он не знал постиг ли Рэккер таинство Семидесяти двух Превращений или изменил форму интуитивно. Так или иначе, подобное существо не имело право на существование. Одним своим дыханием оно нарушало законы Седьмого Неба.
Дракон распахнул кожистые крылья и первым же взмахом приподнялся над землей. Эш знал драконью стратегию боя — стоит ящеру подняться в небо и он, пикируя, превратит землю в выжженный ад.
Смертный, ставший сидхе, уже замахивался для очередного рывка, как Пепел, с разбега, запрыгнул тому на грудь и вонзил посох в зазор между бронированными пластинами красной чешуи. Тварь взмыла и таки опустила крылья к полу, рывком поднимаясь в небо. Стремительно приближалась гробовая крышка горящих облаков, но Эш крепко держался за посох. Рэккер, изнывающий от саднящей боли, не справился с новым для себя обликом и сражающийся рухнули на вулканий уступ.
Эш некоторое время ворочался на камнях, пытаясь справиться с контузией и прийти в себя. Дракон же, тряхнув огромной башкой, оттолкнулся от земли и завис в воздухе, довольно резво размахивая огромными крыльями. Пепел, поднявшись на ноги, был вынужден выставить посох перед собой и прикрыть лицо. Взмахи дракона создавали столь сильный поток ветра, что плащ, срываясь с узкий плеч, чуть ли не душил Эша.
— Наивный уродец-полукровка! — рявкнул дракон и крик его эхом прокатился по горячим скалам. — Откуда, ты думаешь, у меня в ту ночь взялось достаточно зелий, чтобы отравить весь легион?! Кто, ты думаешь, отдал мне приказ?! Кто боялся нас даже сильнее, чем наши собственные враги?!
Пепел прикрыл глаза, вспоминая крики подчиненных и буквально чувствуя мокрую от крови траву.
— Король, — произнес Эш. — Мне уже давно известно, что Газранган лично отдал приказ на наше уничтожение.
— Тогда ради чего?! — рев Рэккера, наверно, слышали даже в Яшмовом Дворце. — Ради чего ты сражаешься?
«Ради чего…».
— Не ради чего, — покачал головой волшебник. — А ради кого.
Рэккер сразу понял о кем идет речь.
— Ты рискуешь жизнью ради дочери предателя?! Неужели ты, как и я, не жаждешь отомстить?!
Эш взглянул в глаза барону, но не увидел там и отблеска разума — Рэккера давно уже пленило безумие.
— Не существует такого отцовского греха, ради которого должен умирать младенец.
Дракон вновь заревел. Он изогнулся дугой, брюхо его засветилось идущим изнутри мерным белым свечением. Распахнулась пасть и на Пепла обрушился поток белого пламени. Лишь в последний момент волшебник успел перепрыгнуть на другой уступ, а когда обернулся увидел лишь выплавленную в горе дыру. Явно неконтролируемый хвост дракона, живший в этот момент отдельной жизнью, мазнул костяной пикой по склону и в пропасть полетели дымящиеся камни.
— Покажи мне её! — прорычал Рэккер. — Давай сразимся в полную силу. Я хочу увидеть твою форму!
— Да, — тихо произнес Эш. — Время пришло.
Волшебник вытянул посох перед собой так, чтобы его черты совпали с линией горизонта. Серый плащ развевался за спиной, кожистые крылья с хлопками били о воздух, из клыкастой пасти вырывались белые всполохи. Финальный аккорд сражения зарождался в этой чуждой человеческому слуху симфонии.
Концы посоха полыхнули синим огнем. Энергия сгущалась вокруг волшебника. Её вихри крошили камень и даже съежившиеся «Пни», находящиеся у подножия вулкана, чувствовали мощь Мастера. Огон загорался все ярче, пока не брызнул во все стороны. Словно голодный зверь он слизывал камни, испаряя их внутри себя.
— Шестая форма: — ледяным голосом произнес «палач городов». — Пепел!
Исчезло пламя, пропало ощущение силы, лишь черно-серое облако кружило перед Пеплом, вокруг которого почти не осталось камней и поросли. Каменный пепел, круживший перед Эшем, вдруг задрожал и сформировался в титанический клинок. Длинной в пять ярдов, он возвышался над головой дракона словно меч палача.
Рэккер распахнул пасть и обрушил на клинок поток белого пламени. Эш ударил посохом и клинок исчез. Пепел закружил вокруг крылатой твари. Он жалил её; обращаясь тысячами кинжалов; он бил её, оборачиваясь гигантскими молотами; он резал её, становясь копьями.
Дракон бесновался, вертелся юлой, поливая скалу белым огнем, но каждый его выдох порождал лишь большее количество пепла. Наконец лейтенант оказался заключен в плотный кокон. Волшебник ударил посох о землю и кокон стал сжиматься, послышался крик, а затем изнутри ударили белые лучи. Пепел разлетелся расплывчатым облаком, а дракон взмыл в небеса. Он скрылся среди горящих облаков, а затем камнем рухнул вниз.
Он падал соколом, а пасть его окружало белое пламя. Эш в третий раз ударил посохом о землю и лавина синего огня породила бесчисленное количество пепельных лоскутов. Мгновение и вот бесформенное облако обрело очертание громадного лука со стрелой, чьи размеры вполне подошли бы под великанью пику.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
