Но, распрямляясь, он увидел над собой готового к удару Кланета.
— Конец! – подумал Кентон. Он упал на палубу и откатился от разящего удара.
Он не рассчитывал на викинга. Но тот видел этот эпизод. Поднял весло, держа его горизонтально, размахнулся и нанес страшный удар. Он пришелся Кланету в грудь.
Удар мечом не дошел до Кентона, черный жрец отскочил назад и, несмотря на свой массивный корпус и силу, чуть не упал.
— Джиджи! Зубран! Ко мне! – взревел он.
Прежде чем Кентон смог встать, двое жрецов насели на него, цепляясь, тыча копьями. Он выпустил рукоятку меча схватил кинжал Зачеля. Ударил вверх, почувствовал, как тело над ним напряглось, затем упало, как пробитый воздушный шарик; его затопил поток крови. Услышал бормотание, и вторая тяжесть тоже откатилась.
Он опять схватил меч и с трудом встал. Из всей своры Кланета на ногах осталось не более полудюжины. Они отступили, подальше от дубины викинга. Викинг стоял, тяжело дыша. Черный жрец тоже отдувался, держась за широкую грудь, куда пришелся удар Сигурда. У его ног виднелась лужица крови; кровь капала из бока, пронзенного мечом Набу.
— Джиджи! Зубран! – в трудом выговорил он. – Возьмите этих собак!
Барабанщик усмехнулся.
— Нет, Кланет, – ответил он. – Мы не давали клятв помогать тебе.
Он приподнял огромный барабан и одним движением швырнул его в воду.
Жрецы испустили громкий стон. Кланет стоял молча, ошеломленный.
И тут от волн, касавшихся бортов корабля, донесся звук – громкий и зловещий.
Барабанный бой, угрожающий, злобный – призывный!
Бум–бум–бум!
Барабан плыл у борта. Поднятый волнами, он ударялся о корабль.
Призывал – Нергала! Корабль задрожал. На море упала тень. Вокруг Кланета начала собираться тьма.
Все более гневно гремел барабан под ударами волн. Туман вокруг черного жреца густел, завивался; началось адское превращение жреца Нергала в самого повелителя мертвых.
— Бей! – взвыл Джиджи. – Быстрее! Кусай глубже!
КЕнтон Бросился на туманный ужас, внутри которого двигался черный жрец. Меч прошел сквозь туман, ударил. Послышался болезненный крик. Голос Кланета. Кентон ударил снова.
И понял, что барабанный бой прекратился, голос барабана стих. Он слышал крик Джиджи:
— Бей еще, Волк! Сильнее!
Туман вокруг Кланета разошелся. Жрец стоял, закрыв глаза, держа одной рукой другую, сквозь его пальцы сочилась кровь.
И когда Кентон поднял меч, чтобы нанести еще один удар, Кланет брызнул ему в глаза кровью. Ослепленный, Кентон задержал удар. И черный жрец опять напал на него. Кентон механически, затуманенным взглядом, поднял лезвие ему навстречу. Он видел, как Сигурд сдерживает оставшихся жрецов слышал треск костей, когда окрашенное кровью весло встречалось с их телами.
Его меч столкнулся с мечом Кланета, был отбит.
Кентон поскользнулся на луже крови. Упал. Черный жрец набросился на него, обхватил руками. Они покатились по палубе. Он видел, как Сигурд пытается ударить…
И вдруг Кланет разжал руки, вытянулся, лежал неподвижно.
Кентон склонился к нему, взглянул на северянина.
— Не твой! – выдохнул он. – Мой!
И потянулся за кинжалом. Тело черного жреца напряглось. И, как выпущенная пружина, отбросило Кентона. Прежде чем Сигурд смог поднять весло, Кланет оказался у борта.
И прыгнул в море!
В ста футах плыл змеиный барабан, с верхушкой, разрезанной ножом Джиджи. Голова Кланета появилась возле него, руки ухватились за барабан. Под тяжестью жреца барабан наклонился, как бы в гротескном коленопреклонении. Послышался далекий звук, похожий на плач.
Из серебряного тумана надвинулась тень. Остановилась над черным жрецом и барабаном. Накрыла их и отступила. Ни черного жреца, ни барабана не стало видно. Человек и барабан – исчезли.
13. ХОЗЯИН… ШАРЕЙН!
Все еще ощущая боевую ярость в крови, Кентон осмотрелся. Черная палуба была усеяна людьми Кланета, людьми, избитыми и изломанными булавой Сигурда, людьми, у которых его собственный меч перерезал нить жизни, людьми в грудах, людьми – но таких было немного – ранеными и стонущими.
Он обернулся к палубе Шарейн. У входа в каюту толпились ее женщины, с побелевшими лицами.
А на самой границе между двумя палубами стояла Шарейн. Гордо смотрела она на него, но в глазах, на ресницах которых еще виднелись слезы, был туман. Сияющий полумесяц с головы исчез, исчез и ореол богини, который, даже когда Иштар была далеко, окружал это ее живое воплощение.
Она была всего лишь женщиной. Нет – всего лишь девушкой! Изящной, человеческой…
Джиджи и перс высоко подняли Кентона.
— Да здравствует! – воскликнул Джиджи. – Да здравствует! Хозяин корабля!
— Хозяин корабля! – подхватил перс.
Хозяин корабля!
— Опустите меня! – приказал он. И когда его поставили на ноги, направился прямо к Шарейн. Остановился перед ней.
— Хозяин корабля! – рассмеялся он. – И твой хозяин, Шарейн!
Он обнял ее за стройную талию, привлек ее к себе.
Послышался крик Джиджи, громкий стон перса. Лица Шарейн побледнело…
Из черной каюты вышел Сигурд, неся в руках темную статую туманного зла, стоявшую в алтаре Кланета.
— Стой! – закричал Джиджи и прыгнул. Но прежде чем ниневит смог дотянуться до него, Сигурд поднял идола и бросил его в воду.
— Последний демон ушел! – закричал он.
Корабль задрожал… задрожал так, словно какая‑то рука схватила его за киль и затрясла.
Корабль остановился. Вокруг него вода потемнела.
Глубоко, глубоко внизу, в потемневших водах начало разгораться алое облако. Глубоко, глубоко под ними облако двигалось и разрасталось, как грозовая туча. Оно завертелось водоворотом, в котором алый шторм был усеян черными пятнами. Эти пятна стали всплывать; и при этом алое становилось все ярче, а черное – все более угрожающим.
Поднимающееся облако завертелось, из него брызнули странные лучи, горизонтальные, в форме веера. И вот из этого огромного колеса, поднимающегося из пропасти, полетели огромные пузыри, алые и черные. Они поднимались и при этом росли, приближаясь к поверхности.
В них Кентон разглядел туманные фигуры, тела вооруженных людей, чьи доспехи сверкали алым и черным.
Люди внутри пузырей!
Вооруженные люди! Мужчины, прижимающиеся головой к коленям одетые в сверкающую броню. Воины, держащие в руках туманные мечи, туманные луки, туманные копья.
Вверх летели пузыри, мириады за мириадами. И вот они уже рядом с поверхностью моря. Они прорывают поверхность.
Пузыри лопаются!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
