Владелец «Мост-банка» Владимир Гусинский испытал эти метаморфозы на собственной шкуре. Будучи по профессии театральным режиссером, Гусинский был крайне восприимчив к внешней форме и всевозможной атрибутике. Он дружил с руководителями страны. Устраивал званые вечера. Передвигался в сопровождении вереницы бронированных машин с мигалками.
Но стоило Ельцину раздраженно посмотреть в его сторону, как тут же прогремела на всю Москву лихая операция, получившая название «Мордой в снег»: сотрудники СБП заблокировали кортеж Гусинского, положили его телохранителей лицом на асфальт, а когда банкир бросился за подмогой к своему другу Савостьянову, начальнику столичной контрразведки, тот мгновенно оказался пенсионером. После этой профилактики Гусинский покинул Россию и вернулся, лишь получив гарантии личной безопасности.
Президентские выборы раскрывали перед олигархами бескрайние горизонты. Отныне миллионеры получали возможность не просто крутить с властью романы, а заключить с ней брачный контракт. Если сегодня они помогут Ельцину – деньгами, идеями, ресурсом, СМИ – то завтра Ельцин поможет им. Выборы – это то же поле чудес: зароешь золотой – выкопаешь пять…
Да и положа руку на сердце, не было у олигархов другого выхода: победа Зюганова означала для них полный крах. (Что, впрочем, не помешало потом тому же Ходорковскому вступить в интересные отношения с КПРФ.)
Созданный поначалу Ельциным предвыборный штаб не отличался подвижностью и мобильностью. Это была громоздкая многоуровневая структура, во главе которой стояли не профессиональные политтехнологи, а назначенные по разнарядке чиновники. Интриги и противоречия раздирали штаб изнутри.
И тут появились семеро олигархов.
(Участие этих людей в управлении России получит впоследствии остроумное прозвище «семибанкирщина» по аналогии с «семибоярщиной».)[35]
В марте 1996 года их привел к Ельцину Анатолий Чубайс: незадолго до того уволенный из правительства.
Никогда прежде Борису Николаевичу не доводилось выслушивать в собственном кабинете столь нелицеприятных речей. Банкиры прямым текстом заявили Ельцину, что если не сменит он тактику кампании, не перетряхнет штаб, проигрыш ему обеспечен.
Что удивительно, Ельцин их послушал. В обновленном штабе Чубайс возглавил аналитическую группу, в ее состав вошел и вездесущий Березовский. Шеф НТВ Малашенко стал отвечать за работу со СМИ.
А еще – в штаб была введена Татьяна Дьяченко: младшая дочь президента. («Таня отлично вписалась в эту группу» – радостно восклицает Ельцин.)
Именно этой миловидной женщине суждено будет сыграть решающую роль в судьбе страны. На ближайшие четыре года Дьяченко (а точнее те, кто наловчился манипулировать ею) фактически заменит собой отца…
ИСТОРИЧЕСКАЯ ПАРАЛЛЕЛЬ
Семибоярщина – правительство в России, образовавшееся после свержения в июле 1610 года царя В. И. Шуйского. В состав Семибоярщины вошли члены Боярской думы, оказавшиеся к этому времени в Москве: князья Ф. И. Мстиславский, И. М. Воротынский, А. В. Трубецкой, А. В. Голицын, Б. М. Лыков, И. Н. Романов и Ф. И. Шереметев. Одним из первых решений этого правительства было постановление не избирать царем представителей русских родов. Семибоярщина передала фактическую власть польским интервентам; было ликвидировано Вторым ополчением под руководством К. Минина и Д. Пожарского в октябре 1612 года.
Если верить официальному отчету Центризбиркома, вся выборная кампания Ельцина обошлась в 14 миллиардов 428 миллионов рублей (около 2,5 миллиона долларов). Это была максимальная сумма расходов кандидата, определенная законом о выборах.
Что такое 2,5 миллиона «баксов»? Всего-навсего – пять коробок из-под «ксерокса». Этих денег не хватило бы даже на одну только наружную рекламу.
Для того чтобы остаться гарантом Конституции, Ельцин, и минуты не колеблясь, готов был перешагивать через любые законы.
Реальный бюджет его кампании в сотни раз превышал официально установленные пределы. Разные источники оценивают эту цифру по-разному: от 700 миллионов до 4 миллиардов долларов.
Вот когда пригодились добрые сердца олигархов, предложившие, по выражению президента, «весь их ресурс – информационный, региональный, финансовый». Крупнейшие российские банки без звука скидывались на выборы. По самым скромным подсчетам, они выделили Ельцину 500 миллионов долларов. (Впоследствии каждый из них получит за это щедрую компенсацию: возможность скупить по дешевке прибыльнейшие казенные предприятия.)
Участвовали в спонсорстве и многие другие структуры: «Газпром», РАО «ЕЭС». Только из Национального фонда спорта – загадочной, полукриминальной организации, ставшей с позволения Ельцина крупнейшим импортером алкоголя и табака – в штаб перешло 10 миллионов «зеленых». (Президент НФС заявлял об этом в открытую.)
Но основную часть средств давал Ельцину Запад. Почему-то именно к началу предвыборной гонки над Россией буквально пролился золотой дождь иностранных кредитов.
Полмиллиарда дали французы. Десять миллиардов – МВФ. Только за первое полугодие 1996 года наш внешний долг вырос на четыре миллиарда «зеленых», а внутренний – на шестнадцать.
Я доподлинно знаю, что переговоры с Западом вели тогда президентский управделами Бородин, министр внешней экономики Давыдов и генерал Коржаков.[36]
Самую оригинальную помощь Ельцину оказали американцы. Официально они не выделяли никаких кредитов: их вклад в дело демократии поступил к нам в виде… дипломатического груза.
Вообще, история эта мутная, но крайне занимательная, посему остановлюсь на ней поподробнее.
В марте 1996 года в Москву дипбагажом прибыла партия туго набитых мешков. Внутри их находились банковские упаковки общей суммой в полмиллиарда долларов. Из аэропорта «Шереметьево-2» груз был доставлен в здание американского посольства. Дальнейшие следы его теряются.
А теперь загадка на сообразительность: угадайте, как оформлены были эти полмиллиарда.
Ни за что не додумаетесь: согласно официальным бумагам, это был якобы специальный банковский резерв, присланный «на случай возникновения чрезвычайной ситуации, когда возникнет необходимость удовлетворить повышенный спрос на новые банкноты» (цитирую письмо посольства США в российский МИД).
В те дни проходил как раз ввод в обращение стодолларовых купюр нового образца. Вот американцы будто и забеспокоились: а вдруг россияне «бросятся в банки и обменные пункты, для того чтобы обменять свои старые стодолларовые банкноты на новые». Тогда и «было решено заранее приготовить достаточное количество новых банкнот, чтобы российские граждане не сталкивались с какими-либо проблемами на начальном этапе их ввода в обращение». (Это выдержки из официального ответа, полученного мной в американском посольстве.)
