– Вы ее осуждаете?
– Напротив, счастье моих детей превыше всего. Почему же не уважать их выбор? Она хочет создать семью, и я только приветствую это.
– Что же тогда вас беспокоит?
– Это глупо, досадно! Моя дочь послушала чьего-то дурного совета и теперь возбудила против меня процесс, чтобы до срока получить наследство. А что у меня есть, кроме этого дома?
– От такой болезни у меня лекарства нет, но я знаю одного человека, компетентного в подобных вопросах.
* * *
Баги сидел в удобном кресле, прячась от солнечных лучей в тени полога. Смельчак выпрашивал у хозяина печенье.
– Ваш сад так велик, – обратился к Пазаиру Баги. – Даже с хорошими садовниками с ним, видно, много хлопот! Я все же предпочитаю маленький городской дом.
– Животным нужно пространство, – улыбнулся Пазаир.
– Ну, как вам служба на посту визиря?
– Задача оказалась нелегкой.
– Ритуал введения в должность предостерегал вас. Работа горше желчи. Вы молоды, но у вас есть время учиться.
Пазаиру хотелось сказать, что Баги глубоко ошибается: как раз времени-то у него и нет.
– Чем меньше я буду владеть ситуацией, тем выше угроза покою в стране.
– Вы не слишком мрачно настроены?
– Больше половины запасов драгоценных металлов страны оказалось растрачено, – поделился тревогой Пазаир.
– Больше половины?.. Невероятно! Мои последние проверки не вскрывали ничего подобного.
– Бел-Тран использовал все административные рычаги, чтобы на абсолютно законных основаниях вывезти за границу большую часть казны.
– Под каким предлогом?
– Обеспечить мир с нашими соседями и союзниками.
– Замысел довольно ловкий, мне следовало внимательней присмотреться к этому выскочке.
– Он обвел вокруг пальца чиновников всех уровней: желание преуспеть, неистовая работа, безумная страсть служения на благо страны... Кто бы мог усомниться в его искренности?
– Тяжелый урок, – подавленно произнес Баги.
– Сейчас мы сознаем всю величину опасности.
– Вы правы, – признал бывший визирь. – Конечно, никто не сможет заменить вашего убитого учителя, мудреца Беранира, но, возможно, мне удастся вам помочь.
– Я тщеславно полагал, что гораздо быстрее войду в курс дела; но Бел-Тран закрыл передо мной немало дверей. Я боюсь, что моя власть лишь видимость. – Пазаир грустно усмехнулся.
– Если ваши подчиненные думают так же, очень скоро ситуация выйдет из-под вашего контроля. Вы визирь и должны управлять!
– Белтрановы приспешники будут тормозить мои решения.
– Обойдите препятствие.
– Как?
– В каждом государственном управлении есть важный и опытный человек; совершенно не обязательно, чтобы он был самым высокопоставленным. Найдите его и приблизьте к себе. Тогда вы поймете тонкости работы всех административных сетей. – Бывший визирь назвал имена и дал кое-какие пояснения. Затем посоветовал: – Будьте очень скрупулезны в отчетах о своих действиях перед фараоном. Рамсес Великий обладает исключительно тонким умом. Тот, кто попытается его обмануть, потерпит крах.
– В затруднительных ситуациях я бы хотел просить вашего совета.
– Вы всегда будете желанным гостем, хотя мои возможности скромнее ваших, – доброжелательно улыбнулся Баги.
– Сердечность важнее внешнего лоска. Как ваше здоровье, вам лучше?
– Ваша супруга замечательный лекарь, но я не всегда бываю послушным пациентом.
– Берегите себя.
– Я немного устал, – вздохнул бывший визирь. – Позвольте мне откланяться.
– Прежде чем проводить вас, я должен признаться, что встретил вашу дочь.
– Так, значит, вы в курсе...
– Нефрет попросила меня помочь, ничто не мешало мне это сделать.
Баги, казалось, был раздосадован.
– Речь не идет о привилегиях, – настаивал Пазаир. – Бывший визирь заслуживает внимательного отношения к себе. Этот спор я обязан был урегулировать.
– И как отреагировала моя дочь?
– Суда не будет. У вас останется ваш дом. Она построит свой с помощью займа, обеспечителем которого выступаю я сам. Так как ее самое большое желание осуществилось, в вашей семье вновь воцарится покой. А вскоре вы станете дедушкой.
Баги не смог скрыть своего волнения.
– Вы дарите мне сразу слишком много радостей, визирь Пазаир, – растроганно произнес он.
– Это ничто по сравнению с вашей помощью.
10
На главном рынке Мемфиса всегда царила праздничная атмосфера, здесь обменивались новостями и товарами, горячо споря и энергично жестикулируя. И хотя иногда кто-нибудь срывался на крик, обмен всегда заканчивался в хорошем настроении.
Начальник стражи со своим верным павианом прохаживался по базарной площади. Присутствие Убийцы оберегало от краж. Кем прислушивался к обрывкам разговоров, пытаясь уловить настроения населения, и незаметно опрашивал осведомителей.
Он задержался возле торговца солониной: ему нужен был гусь для жарки, засоленный, высушенный, обмотанный бечевкой и помещенный в сосуд. Торговец сидел на циновке с опущенной головой.
– Ты не болен? – спросил его Кем.
– Хуже.
– Тебя обокрали?
– Посмотрите на мой товар, и все поймете.
В сосудах, изготовленных из глины Среднего Египта, украшенных орнаментами из цветов, прекрасно сохранялись продукты. Кем взглянул на надписи: «Вода», «Вино»; мяса не было.
– Не привезли, – объяснил торговец. – Это катастрофа. Перевозчик съездил впустую; со мной еще никогда не случалось такой беды!
– Есть ли еще подобные случаи?
– Да у всех торговцев мясом! Некоторые распродали последние запасы, но никто не получил новых продуктов.
– Может, просто задержка поставок?
– Если мы не получим товар и завтра, начнется бунт.
Кем всерьез озаботился происходящим. Ни бедный, ни богатый не потерпят таких перебоев. Зажиточным гражданам требовалось мясо для их празднеств, а самые обездоленные нуждались хотя бы в сушеной рыбе. Поэтому нубиец отправился на склад, куда свозили все мясные продукты.
Заложив руки за спину, управляющий созерцал воды Нила.
– Что происходит? – задал ему вопрос Кем.
– Уже целую неделю никаких поставок.
– И вы никому об этом не сообщили?!
– Конечно, сообщил.
– Кому?
– Вышестоящему чиновнику: старшему засольщику.
– Где мне его найти?
– В засолочной, рядом с бойней храма Птаха.
Мясники вели беседу, попивая сладкое пиво. Обычно они ощипывали гусей и уток, потрошили их, солили и закладывали на хранение в большие глиняные сосуды.
– Почему бездельничаете? – спросил Кем.
– Птица и сосуды есть, – ответил один из них, – но нет соли. Больше мы ничего не знаем. Спросите у начальника.
