— И я стал самым счастливым человеком, когда ты согласилась выйти за меня замуж.
В этот раз я не пробовала заполнять молчание, ожидая продолжения. Денис встал, подошел ко мне. Повернул меня вместе со стулом, так чтобы я смотрела на него, опустился на колено. Я напряглась, не понимая, что происходит.
— Саша, родная, давай обвенчаемся?
Мои глаза расширились от шока. Я продолжала смотреть на мужа, который стоял на одном колене, ожидая моего ответа. Он взял мою руку в свою и не сводил с меня внимательного взгляда. Такого поворота я точно не предвидела.
— Эмм… — я откашлялась, пытаясь вернуть себе дар речи. — Я, честно говоря, очень мало знаю о венчании.
— Это обряд в церкви. Мы признаем друг друга мужем и женой перед Богом, — объяснил Денис.
— Я даже не знала, что ты такой верующий, — нахмурившись, призналась я.
— Я не хожу в церковь каждую неделю, но я верующий.
Денис продолжал стоять на одном колене и, видимо, не собирался вставать, пока я не отвечу согласием.
— А… твоя первая жена… вы венчались?
— Нет, — спокойно сказал Денис.
— Почему? — неудовлетворенная таким кратким ответом, уточнила я.
— Я не считал нужным венчаться.
— А сейчас? Сейчас считаешь?
— Да, — коротко произнес он, видимо, считая, что этого достаточно, чтобы я все поняла.
Я начала раздражаться от этих слишком лаконичным ответов, после которого появлялась больше вопросов. Притом что Денису была несвойственна такая немногословность и таинственность.
— А почему сейчас это важно? — наконец, спросила я, продолжая смотреть на Дениса сверху вниз.
— Потому что… я очень люблю тебя, и мне важно, чтобы ты поняла всю серьезность моих чувств, — спокойно ответил мой муж.
— Но я это и так знаю, — все еще хмуро сказала я, не удовлетворившись услышанным.
Мы были женаты уже полгода. Ни разу не заходил разговор о венчании. Ни разу. И вот сейчас ни с того ни с сего Денис решил, что именно так он сможет показать мне силу своей любви? В этом всем я чувствовала какую-то недосказанность.
— Саш, — голос мужа перестал быть мягким, а стал настойчивым, — для меня это важно.
Эта его фраза ровным счетом ничего не проясняла, но я решила не портить этот вечер, который обещал быть изначально крайне восхитительным.
— Хорошо, — согласно кивнула я, решив, что пора прекратить расспросы.
В конце концов, какая мне разница, почему Денис захотел венчаться именно сейчас? Если для него это важно, я могу пойти на уступку. Я не была глубоко верующей, хотя и была крещенной.
Денис широко улыбнулся, поднялся с колен и наклонившись порывисто поцеловал. Про ужин мы успешно забыли, потому что уже через секунду Денис потянул меня к себе, заставив встать, и начал все более жадно целовать, пока все мысли не исчезли из моей головы.
Лежа в кровати глубокой ночью, я разглядывала потолок, на котором танцевали следы от фитилей свечей. Денис спал, закинув на меня одну руку и прижав к себе ближе. Он всегда так делал, будто ему было важно чувствовать меня во время сна.
Я вдруг вспомнила тот момент, когда поняла, что люблю своего мужа. Это произошло далеко не сразу. Это случилось даже после того, как он предложил мне пожениться, а я согласилась. Был похожий на этот момент. Только тогда Денис привез меня на выходные в Париж. Просто так. Просто, потому что захотел увидеть улыбку на моих губах и радость в глазах. Так он сказал.
Мы целый день гуляли по городу, держась за руки. Улыбка не покидала моего лица. Я с интересом вертела головой, оглядываясь вокруг. Потом мы танцевали танго около Эйфелевой башни под живую музыку какой-то музыкальной группы. Я никогда не танцевала танго, не умела, но Денис так уверенно меня вел, что, по ощущениям, наш танец выглядел очень даже достойно.
— Расслабься и просто доверься мне, — тихо сказал он мне на ухо, и я сделала, как он просил.
Я никогда не думала, что отношения с кем-то могут быть такими. Что какой-то человек будет так много делать ради твоей улыбки, ради твоего счастья. Я вспоминала все свои прошлые отношения и удивлялась тому джекпоту, который сорвала.
Помню в университете я встречалась с баскетболистом целых полгода. Это была моя первая серьезная влюбленность, если не считать подростковый возраст. Его звали Дима. Он был высоким, широкоплечим, но при этом очень подтянутым и стройным. Несмотря на твердые мышцы, которые были результатом бесконечных тренировок, он был достаточно худосочным.
Помню, что Дима вообще мало знал, что такое ухаживания за девушкой. Его максимум был — проводить меня до дома, а около двери зажать где-то в тени, чтобы поцеловать и полапать. Нет, он был хорошим парнем, и даже несколько раз дарил небольшие букеты. Но он не пытался узнать меня лучше или “построить” отношения, как это делал Денис. Оглядываясь назад, я думаю, что его просто привлекла моя внешность. Да и были мы тогда слишком молоды, чтобы понимать, что такое “строить” отношения.
Майк… он говорил, что любит меня. И наверное, он был один из тех, от кого я действительно эту любовь чувствовала. Но я всегда держала с ним дистанцию, так уж начались наши отношения. Мы обычно просто зависали вместе и нам было хорошо, вот и все.
Тим… тут даже и думать было не о чем. Этот человек никогда не говорил о своей любви. Да и я была уверена, что не любил меня вовсе.
У меня было еще несколько романов, но все они были похожи — нам просто было комфортно проводить время вместе.
С Денисом же все было иначе. Он знал обо мне все. Наблюдал, спрашивал. Он знал обо мне, кажется, больше, чем я сама знала о себе. Какой кофе я люблю, цветы, время года, фасон платья, какой у меня любимый фильм, музыкальная группа. Он знал абсолютно все. Без шуток.
Он учил меня мечтать. Вдохновлял. Помню как однажды пришла на работу, а на столе лежал билет на мастер-класс одного из известных итальянских художников, который проездом был в Питере. Я даже не интересовалась подобным! Не думала о таком. Но после мастер-класса я расцеловала мужа и еще несколько дней вспоминала, как это было незабываемо.
Он знал, что мне нужно, даже лучше, чем я сама. Как меня порадовать. Как заставить улыбнуться. Как сделать счастливой.
— Знаешь, мне иногда страшно, что я не могу дате тебе столько же, сколько ты даешь мне, — сказала я ему тогда в Париже.
Мне правда было страшно. Я принимала. Принимала все, что он давал с благодарностью, радостью, но не могла дать столько же в ответ. Я не была так романтична как он. В моем программном обеспечении будто не было даже настроек, которые смогли бы сделать из меня такого же внимательного и заботливого человека. А еще я была эгоисткой. Не способной отказаться от того, что предлагал мне Денис. Даже если я не могла отдать ему столько же взамен.
— Это неважно. Главное, чтобы ты была рядом, — ответил мне он.
И тогда я подумала, что, может, это и есть любовь? Здоровая, правильная, настоящая? Когда кто-то так много готов сделать для тебя, твоего счастья? Когда ты — на первом месте?
Я смотрела в глаза человека, за которого обещала выйти замуж. Согласилась, потому что не могла, не хотела его разочаровать, но и не чувствовала в себе какого-то желания стать женой. Я принимала, соглашалась, шла, куда вели, безропотно. Ведь кто-то взял управление в свои руки и делал все, чтобы сделать меня счастливой, так почему я должна отказываться от этого?
И тогда в Париже я захотела сделать для Дениса больше. Я поняла, что выйти за него — самое правильное мое жизненное решение. Я наполнилась такой благодарностью к этому невероятному человеку, который исцелил меня и так сильно полюбил. И этой благодарности было так много, что защемило сердце.
— Я люблю тебя, — впервые в Париже сказала ему, даже не осознавая, что именно говорю.
Он широко улыбнулся, схватил меня в охапку и закружил. Я звонко смеялась, чувствуя его неподдельную радость. Этот взрослый, сильный мужчина был как ребенок рад простым словам, которые я ему сказала. И этот невероятный мужчина выбрал меня, именно меня, и это делало меня очень счастливой.
