В течение трех дней он не мог ни о чем думать. Глухой звук, издаваемый его компьютером, в котором он когда-то находил покой и утешение, уносил его в страну бессмысленных мечтаний и когда ее губы касались его губ, об ощущении ее нежной кожи, о желаниях своего собственного тела, которые выходили из-под контроля.
Такое состояние было для него сейчас чуждым и неуместным. И он вовсе не собирался рассматривать его как неразрешимую проблему. Любую проблему можно решить.
Тео смирился с потерей Елены, и он был уверен, что справится с этой неожиданно разгоревшейся войной между его желаниями и разумом без особого труда. Тео относился к данной ситуации с холодным рационализмом человека, нацеленного на анализ и разрешение возникшей проблемы.
Он не смог устоять перед этой женщиной. Но Тео прекрасно понимал, почему так случилось. Он оказался вырванным из своей привычной среды, из устоявшегося уклада жизни, где привык вести себя в манере, подразумевающей жесткий контроль над своими чувствами. Сейчас же, находясь вдали от множества устремленных на него глаз, оп нарушил типичный для себя способ жизни.
Но даже осознание глубинных мотивов такого поведения не помогло остановить волну неуместной страсти и желания, накатывавшую на него всякий раз, когда он думал о Софи.
Одного он никак не мог объяснить. Почему именно она? Вокруг было много более привлекательных и соблазнительных женщин, и он не обращал на них никакого внимания. Более того, зацепить в этой квартирной хозяйке? Женщине с несносным характером, чье поведение раздражало его и которой не было дела до того, что о ней думают.
И снова Тео решил, что причиной всему те обстоятельства, в которых он оказался, — вдали от привычной лондонской жизни, от друзей и знакомых. Свобода вести себя как вздумается под надежным прикрытием того, что его здесь никто не знает.
Впервые за эти долгие полтора года Тео мог что-то чувствовать. Он беспристрастно отдавал себе в этом отчет, относясь к непредвиденной ситуации в той же манере, в какой он справлялся с трагедией неожиданной смерти Елены. Тео был человеком действия, и сейчас он тоже не собирался бездействовать. Если тело подает сигнал о том, что он постепенно возвращается к жизни, то тогда стоит прислушаться к потребностям собственного организма. Осознание того, что объектом его пробуждения стала женщина, на которую раньше он и не взглянул бы, отчасти его успокаивала. Не было никакой опасности запутаться в отношениях.
Мысль о том, что он ей противен, была ему неприятна. Он предпочел не думать об этом сейчас, а сосредоточиться на сиюминутной перспективе соблазнения, не задаваясь вопросом о будущем их отношений.
Тео открыл дверь и увидел натянуто улыбающуюся Софи. Его сердце радостно подпрыгнуло, прикрыв дверь, и заметил, что она не снимает пальто.
— Не хочешь немного выпить?
— Нет, спасибо. Я зашла, чтобы только сказать тебе, что завтра отключат электричество на несколько часов. Боюсь, тебе придется обойтись без своего компьютера. — Софи нервно улыбнулась, заметив дружелюбный взгляд Тео. Она хотела пойти к двери, но он преградил ей путь. — Может, тебе стоит продолжить писать книгу, — посоветовала она.
— Хорошая идея, спасибо.
Теперь, когда Тео не испытывал угрызений совести, ему не хотелось ее отпускать. Он подошел к Софи и заметил, что она вздрогнула как беззащитный котенок. Интересно, чего она боится? Ответ был очевиден: Софи опасается, что он прикоснется к ней. Он спросил себя, что пугает ее больше — мысль о его прикосновении или ее собственная реакция?
Тео почувствовал всплеск адреналина, глядя на объект соблазнения. Если бы кто-то сказал ему две недели назад, что он будет вожделеть другую женщину, он бы затеял драку с тем, кто попытался оскорбить память его невесты.
Теперь его глаза лениво дрейфовали по лицу Софи, наблюдая, как она медленно краснеет.
— Я тебя возбуждаю? — спросил Тео.
— Нет! А почему ты должен меня возбуждать?
— Потому что в прошлый раз, когда я поцеловал тебя… Никто из нас не предполагал, что так случится.
Теперь Тео стоял поодаль от нее, и путь к двери был свободен. Но почему, черт возьми, она не уходит?
— Слушай, давай выпьем по чашечке кофе. Я тебя не трону, если ты, конечно, сама не попросишь.
Софи вздохнула, поняв, что Тео шутит. Она уже поняла, что Тео считает ее неловкой и неопытной. И он забавляется, возбуждая ее. Он похож на хищника, а хищники любят играть со своими жертвами. Софи улыбнулась своим причудливым мыслям. Но когда посмотрела в его глаза, ее кожа покрылась мурашками.
— Очень смешно, — сказала она сдавленным голосом.
— Да ладно. Ты нервничаешь и заставляешь нервничать меня, — его улыбка была обольстительной. — Снимай пальто. У тебя же был тяжелый день.
Внезапно Тео показалось жизненно важным не спугнуть ее. Софи может стать его временным спасением, тонкой соломинкой, которая неожиданно появилась в его жизни. Он не хотел разбить ей сердце, это был не его стиль. И если бы Софи была более осторожной и держала его на расстоянии, то Тео смирился бы.
Вскоре он снова уедет в Лондон, но сможет ли вернуться там к нормальной жизни или опять погрузится свою меланхолию? Здесь мысли о Елене посещали его не так часто…
Тео пошел в гостиную, надеясь, что Софи последует за ним. Но она осталась стоять, словно прикованная к полу.
— Ну что же ты? — с сомнением спросил Тео, глядя на каменное лицо Софи. — Входи. Давай поговорим.
Но Софи не сдвинулась с места. Смущенная и взволнованная, она отказывалась отступать. Тео начал чувствовать свое бессилие перед ее упрямством.
— Зачем? — спросила Софи.
— Потому что, — терпеливо объяснил Тео, — ты владелица этого дома. Нам все равно придется общаться. Так что давай все выясним.
— А я предлагаю забыть, что произошло между нами, — заявила Софи.
У нее возникла мысль, что она никогда не хотела ни одного мужчину так, как Тео. Его сексуальная привлекательность ошеломляюще действовала на нее. Поэтому идея пообщаться с ним была достаточно плохой.
— Но это же произошло! — возразил Тео.
— Давай притворимся, что этого никогда не было.
Это предложение Софи повергло Тео в шок. В его мире, по крайней мере, в те беззаботные дни, пока он не встретил Елену, Тео играл с женщинами с изяществом музыканта. И легкие разговоры о сексе были само собой разумеющимися.
— Я думаю, — продолжила Софи, — что обсуждение этой темы ничего не изменит. И мы должны Договориться, что ничего подобного не произойдет больше. Еще я была бы признательна, если бы ты не возвращался к этой теме.
