промокли, – согласилась Мари.
Они подождали некоторое время, а когда трамвай так и не появился, решили воспользоваться одним из конных экипажей, которых в городе оставалось еще много. В конце концов, никто не выиграет от того, что они простудятся.
Аппетитный запах жареного мяса с майораном и луком наполнил прихожую виллы – на плите у Брунненмайер готовился обед. Эльзе уже несколько дней нездоровилось, и по непонятным для Китти причинам ей приходилось постоянно уходить наверх, в свою комнату. Юлиус был на месте – он взял их мокрые пальто и шляпы и подготовил сухую обувь. Промокшие уличные ботинки он отнес в прачечную, где они могли сохнуть на слое газеты. Позже он обработает их различными веществами, состав которых знал только он и которые придадут коже эластичность и свежий вид.
– Госпожа ждет вас в красной гостиной.
Он обращался к Мари, но Китти, которая уже догадывалась о причине, твердо решила принять участие в разговоре. Мама становится все более странной в старости, подумала она. Новая эпоха прошла мимо нее, что неудивительно, если учесть, что дорогой маме было уже за шестьдесят.
Алисия Мельцер ждала свою невестку, стоя у окна с видом на широкую подъездную дорожку и большую часть парка. Когда Китти вошла в комнату вместе с Мари, Алисия нахмурилась.
– Хенни только что спрашивала о тебе, Китти. Может, лучше пойдешь к ней наверх…
– О, я думаю, Ханна позаботится о ней.
Алисия раздражено вздохнула. Она не хотела проявлять настойчивость, зная упрямый характер Китти.
– Мне нужно кое-что обсудить с Мари.
Китти устроилась в кресло и улыбнулась матери, а Мари с невозмутимым выражением лица села на стул рядом с ней. Алисия выбрала диван.
– Сегодня я услышала, что Лео уже дважды побывал у Гинзбергов. Хорошая знакомая – госпожа фон Зонтхайм – видела там Ханну с мальчиком. Я спросила у Ханны, она признала, что сопровождала туда Лео. Более того – и это больше всего меня тревожит – Лео брал там уроки игры на фортепиано.
Ей пришлось сделать паузу, чтобы перевести дыхание. Видимо, этот вопрос сильно ее расстроил. В последнее время мама все чаще страдала от одышки.
– Ханна сделала это по моему указанию, мама, – тихо, но твердо произнесла Мари.
– Я не знала, что Лео учится у нее игре на фортепиано. Жаль, что мальчик делает это за нашей спиной, хотя я не вижу ничего плохого в том, что ребенок хочет уметь играть на фортепиано.
– Ты прекрасно знаешь, Мари, – нетерпеливо проговорила Алисия, – что Паулю не нравится эта склонность. Как жаль, что ты не поддерживаешь своего мужа в данном вопросе.
– Это касается Пауля и Мари, не так ли, мама? – вмешалась Китти. – И если кому-то интересно мое мнение, то чем сильнее вы пытаетесь запретить что-то мальчику, тем больше он будет сопротивляться.
Выражение лица Алисии не оставляло сомнений в том, что мнение Китти ее совершенно не интересовало. Однако поскольку Мари упорно молчала, она перешла к другому вопросу.
– Кажется, уже решено, что Ханна скоро будет работать вне дома. К сожалению, меня никто не спрашивал, и я не хочу казаться обиженной. Ханна, несмотря на начальные трудности, отлично справлялась с работой помощницы на кухне, ее можно было использовать и для других задач, особенно что касается детей. Если она теперь уйдет, мы лишимся важного работника.
– Вы абсолютно правы, мама, – быстро согласилась Мари. – Я считаю, что нам следует нанять не только кого-то на кухню, но и надежного человека, который сможет заботиться о детях…
– Очень хорошо, что мы пришли к единому мнению, Мари! – перебила ее Алисия. Все накопившееся недовольство исчезло, теперь она даже улыбалась. С тех пор как весной уволилась няня, Алисия пыталась убедить Мари, что детям нужна хорошая гувернантка, но Мари до сих пор сопротивлялась. Ни Додо, ни Лео, ни Хенни не любили строгую няню, поэтому, когда она ушла, все трое словно обрели свободу.
– Ну, для кухни я бы предложила Герти, – вмешалась Китти. – Она раньше работала у Лизы на Бисмаркштрассе, смышленая девушка. Кажется, она какое-то время служила у Кохендорфов, но ей там не понравилось.
– Хорошо, – одобрила ее идею Алисия. – Мы свяжемся с агентством, к счастью, там нет недостатка в молодых женщинах, желающих работать.
Китти кивнула и решила при первой же возможности выяснить, где сейчас Герти. Не стоит оставлять все на волю случая.
В коридоре прозвучал гонг, означавший, что Пауль пришел с фабрики, а Юлиус готов подавать на стол. Следом послышались торопливые шаги – это Ханна побежала за детьми.
– И что касается гувернантки, – продолжала Алисия, в то время как Мари уже поднималась, чтобы помочь справиться Ханне. – У меня есть на примете одна женщина из хорошей семьи, которая помимо прекрасного воспитания умеет обращаться с молодыми людьми.
У Китти было плохое предчувствие, потому что мамины представления о хорошем воспитании были совершенно устаревшими.
– И кто же эта замечательная дама?
– О, вы хорошо ее знаете, – улыбнулась Алисия. – Это Серафина фон Доберн, урожденная фон Зонтхайм. Лучшая подруга Лизы. – Алисия выглядела так, как будто только что вручила им замечательный рождественский сюрприз.
Китти была в шоке. Все подруги Лизы были ужасными интриганками, но Серафина была самой первой среди них. Когда-то она возлагала надежды на Пауля, а потом вышла замуж за майора фон Доберна, чтобы, как говорят, обеспечить себя. Бедняга фон Доберн пал под Верденом.
– Не очень хорошая идея, мама!
Алисия объяснила, что бедная Серафина испытывает проблемы с деньгами после героической смерти мужа, и, к сожалению, даже мать не может ей помочь. Лиза в одном из своих писем рассказала о печальном положении подруги.
«Лиза, конечно же», – сердито подумала Китти. Это было так похоже на нее. Навязывает нам свою обременительную подругу.
– Нет, мама! – решительно заявила она. – Ни на секунду я не доверю этой женщине свою Хенни!
Алисия молчала. Было очевидно, что у нее совершенно другое мнение.
5
Ноябрь 1923 года, Померания, район Кольберг-Кёрлин
Элизабет с дрожью втянула плечи и попыталась прижать спереди отороченный мехом воротник куртки. Если бы она только надела шубу, сидя на козлах этой старомодной кареты без защиты, то не оказалась бы во власти ледяного ветра. Она бы, конечно, предпочла устроиться в задней части фургона среди покупок, но тетя Эльвира заявила, что это сделает ее посмешищем. Невероятно, как спокойно тетя сидела рядом, болтала, смеялась и гнала лошадь по имени Йосси. Она держала поводья без перчаток, и казалось, что ее пальцы даже не окоченели.
– Посмотри туда, девочка. – Тетя Эльвира, подняв подбородок, указала Элизабет направление, куда надо
