— Нет, я не видел мальчишку все утро, — ответил Драго на вопрос Джерина.
— Я тоже, — сказал промокший Райвин и добавил: — Если бы он шумел, как всегда, я бы помнил о том… его крики были бы мукой.
Глаза южанина были красными. Да, прошлой ночью он явно перестарался.
Джерин нахмурился.
— Странно.
Он громко крикнул: «Дарен!», затем, сунув два пальца в рот, издал пронзительный свист, от которого Райвина и Драго перекосило.
Его сын знал, что на этот свист обязан явиться к отцу, несмотря на самые развеселые игры. Кроме того, ему не разрешалось уходить одному слишком далеко от Лисьего замка. Волки, длиннозубы и другие дикие звери наводняли леса. Иногда там встречались и дикари.
Но Дарен не появился. Теперь Джерин встревожился по-настоящему. Возможно, подумалось ему, мальчик ушел в крестьянскую деревушку. Он уже ходил туда в одиночку, раз или два, за что ему крепко попадало. Но зачастую малышу требовалась не одна взбучка, чтобы усвоить урок. Джерин помнил, что и сам был таким в детстве.
Он пошел в деревню, готовый метать громы и молнии, подобно Даяусу, когда найдет сына. Но там тоже никто не видел Дарена. Похолодев от ужаса, Джерин двинулся к Лисьему замку. Он разослал людей во всех направлениях. Они рыскали по лесу и звали Дарена. Вернулись исцарапанные колючками и покусанные осами, но без мальчика.
Дарен пропал.
II
Джерин расхаживал среди скамей главной залы, постоянно натыкаясь на Райвина, Вэна и Драго.
— Его похитил кто-то из этих троих, — сказал он. — Либо Дивисьякус, либо Тассило, либо Отис. Не думаю, чтобы Дарен сам забился куда-то, где мы его не можем найти.
— Если ты прав, капитан, тогда мы зря потратили большую часть дня, разыскивая его здесь, — сказал Вэн.
— Знаю, — горестно отозвался Джерин. — Я сам поеду его искать и еще отправлю людей на колесницах. Если Даяус и другие боги будут достаточно добры ко мне, кто-то из нас догонит наших… гостей. — На последнем слове он плюнул. Законы гостеприимства считались священными. Того, кто их нарушал, ожидали долгие мучения в следующей жизни. Однако, к сожалению, это не всегда останавливало негодяев.
— Кому нужно красть маленького мальчика? — проворчал Драго Медведь. Его большие руки совершали в воздухе такие движения, будто он кого-то душил.
Живой ум Джерина уже работал над этим вопросом.
— Это мог сделать Дивисьякус, чтобы Адиатанус получил надо мной власть, — предположил он. — Хотя не думаю, чтоб Адиатанус отдал такой приказ. Кто мог заранее предвидеть подобный шанс? Но, с другой стороны, он вряд ли отказался бы от такого подарка, если бы представился случай.
— Возможно, сейчас он и получил бы над тобой власть с помощью Дарена, но потом бы сильно об этом пожалел, — возразил Вэн.
— Йо, но раз я отказался выступить с ним против Араджиса, то он может решить, что все равно ничего хорошего от меня не увидит, — ответил Лис, думая про себя: «Возможно, он не так уж и не прав». Вслух он сказал: — Кстати об Араджисе, ведь ювелир Отис приехал из его земель. Араджис тоже не отказался бы заполучить надо мной власть.
— И в этом ты прав, — сказал Драго, продолжая душить кого-то.
— Ты забываешь о Тассило, — сказал Вэн.
— Знаю. — Джерин отбросил ногой в сторону обглоданную собаками кость. — Просто не вижу причины, по какой ему вздумалось бы вредить мне.
— А я вижу, — вмешался Райвин Лис.
— Правда? — удивился Джерин. — И что же это за причина?
Райвин кашлянул. Его гладкое красивое лицо слегка покраснело.
— Ты наверняка помнишь, лорд, что в тот вечер, когда ты впервые познакомился и со мной, и с Тассило, я как раз выкинул то, хм, за что впоследствии был лишен права жениться на прекрасной Элис. Просто, видишь ли, я давненько не пил вина…
— Правильнее было бы сказать, что ты опозорил себя, — заявил Вэн, как всегда напрямик.
Славно напившись, Райвин встал на голову на столе в замке Рыжего Рикольфа и принялся дрыгать ногами, будучи по южному обыкновению в тоге и… без каких-либо подштанников.
Райвин снова кашлянул.
— Возможно, твое определение точнее, друг Вэн, хотя и не рассчитано на улучшение моего самочувствия при воспоминании об этом досаднейшем происшествии. Как бы там ни было, вот что я думаю: поскольку Элис ты пришелся по душе не больше, чем я ее отцу, лорд Джерин, возможно, она воспользовалась услугами этого менестреля, чтобы выкрасть у тебя мальчика и растить его самой.
У Джерина был такой вид, будто он откусил яблоко и обнаружил там червяка. С тех самых пор, как Элис оставила его, он изо всех сил старался не думать о ней, это было слишком болезненным делом. Он понятия не имел, где именно она теперь находится, живет ли все с тем же коновалом, с которым сбежала, и вообще, жива ли она. Но слова Райвина были не лишены смысла, поэтому пришлось задуматься и над ними.
Медленно выговаривая слова, он ответил:
— Йо, к несчастью, ты прав. Такое вполне возможно. — Дергая себя за бороду, он взвешивал все за и против. — Я по-прежнему считаю, что, скорее всего, Дарена похитили трокмуа, поэтому мы с Вэном отправимся на юго-запад. Куда держал путь Тассило?
— На запад, в сторону поместья Крепыша Шильда. По крайней мере, так он сказал привратникам, — ответил Драго.
Джерин хмыкнул. Если Тассило действительно увез Дарена, он мог и наврать, куда едет. А может, и нет. Шильд был главным вассалом Вольфара Топора. И, хотя Крепыша и нельзя было назвать столь же смертельным врагом Джерина, каким являлся сам Вольфар, большим своим другом он тоже его не считал. Правда, Шильд признал лорда Лисьего замка своим сюзереном после того, как тот убил Вольфара, но предпочитал забывать об этом при каждом удобном случае. Он вполне мог приютить у себя Тассило или спокойно пропустить его дальше.
— Хорошо, Райвин, — сказал Джерин. — Ты поедешь на запад. До границы с владениями Шильда и дальше… если тебе позволят стражники. Если же нет… — Он помолчал. — Тогда скажешь им, что и они, и их господин очень скоро об этом пожалеют.
Райвин кивнул.
— Как скажешь.
— Теперь Отис, — продолжал Джерин. И снова вмешался Драго.
— Он сказал, что поедет на восток вдоль императорского пути, чтобы узнать, не найдется ли у Хагопа, сына Хована, какой-либо лудильной работы. Продать ему драгоценности он не надеялся. Этому сквалыге, так, кажется, он его назвал.
— Это еще ласково по отношению к Хагопу, — рассудительно заметил Джерин. — Ладно, значит, ты отправишься по его следу.
— Хорошо, господин, — ответил Драго и вышел из главной залы. Джерин словно собственными глазами видел, как Драго идет сейчас на конюшню, чтобы запрячь лошадей в колесницу и отправиться вслед за Отисом, как только он их запряжет. Для Драго мир был устроен очень просто. Сеньор отдал приказ, и его надо выполнить. Ему иногда тоже хотелось не замечать всех тех сложностей, что обступали его все тесней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
