может быть более благосклонным… или очень злым. При этом еда будет ему нравится, она будет вкусной и в том, и в другом случае, но вот воздействие ингредиентов… будь я Императором, я бы готовила себе сама. Столько простору для манипуляций! Запомните, детки — человек есть то, что он ест! Именно поэтому я не советую вам есть разбойников.
— Госпожа опять про это!
— Извини, Минмин. В общем понятно, да? Все кто у меня на кухне — хотят стать лучшими поварами в мире. И станут, если будут меня слушаться. Те, кто не хочет — скатертью дорога, никого не держим. Кухня — это место страсти! Место для чувственных желаний! Что эти ваши любовные утехи по сравнению с желанием человека вкусно поесть! Любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда! — Старшая Седьмая Сестра Сяо Тай развела руками, словно бы окидывая все окружающее, луч солнца проник через небольшое вентиляционное окошко и на секунду Минмин показалось, что она видит святую — в лучах солнечного света, посреди кухни стояла Золотая Дева, Богиня Кухни.
— Кхм. — раздался короткий сухой кашель, нарушая торжественность момента. Минмин оглянулась и увидела в дверях кухни Второго Брата, господина Гуань Се. Он стоял, привалившись к двери и скрестив руки на груди. На его губах играла легкая улыбка.
— Ээ… Второй Брат? — спрашивает Сяо Тай, увидев его: — что-то случилось?
— Я просто пришел попросить приготовить что-то такое, что поможет с моей язвой. — отвечает тот: — проходил мимо и вот…
— Не беспокойся, Второй Брат, я уже приготовила для тебя лечебную кашу. Минми!
— Сию секунду, госпожа! — Минмин метнулась к крайнему очагу, где на краешке, на том местечке, которое не остывает и которое госпожа называла странным словом «мармит» — стояла небольшая кастрюлька с кашей для Второго Брата.
— Не называй меня госпожой! — хмурится госпожа и Минмин кивает. Конечно же.
— Как скажете, госпожа! — отзывается она и поспешно ставит кастрюльку на небольшой столик, тут же кладет ложку и чашу, ставит чайник.
— К сожалению у нас сейчас свободных рук нет, готовим обед, — говорит Сяо Тай: — если вам не трудно, заварите себе чай самостоятельно, Второй Брат.
— Не трудно. Я не буду отвлекать вас от готовки, — говорит Второй Брат и одергивает свое одеяние, перед тем как сесть: — я застал самый конец твоей пламенной речи, Седьмая. И ты права, каждый ремесленник должен стремиться в своем деле к абсолюту. Однако я слышал, что в своей речи ты упоминала о том, что хороший повар может управлять настроением своего господина… а то и оказать влияние на настроение целого войска.
— Ээ… я пока не считаю себя настолько хорошим поваром, Второй Брат. Это просто мотивационная речь, не более.
— Мотивационная речь, а? — Второй Брат неторопливо облил кипятком чашу и чайник, выбрал заварку из нескольких предложенных. Слил горячую воду.
— Да. Просто речь. Эта Седьмая пока слишком ничтожна и не достигла уровня Божественного Повара, но будет стремиться к этому.
— Вот как. А что это за красивая девушка у вас на кухне? — Второй Брат повернул голову и Гу Тин сразу же съежилась и постаралась прикинуться незаметной.
— Это Гу Тин и она отныне — моя названная сестра. И если кто-то еще потянет к ней свои руки — оторву с корнем. — сказала Седьмая.
— Даже так. Знаешь, Седьмая, когда ты говоришь вот так — вроде вежливо, но в то же время серьезно… у меня мурашки по коже. Пожалуй, я не буду лезть не в свои дела, а просто поем твоей чудесной лечебной каши. В конце концов я тут для того, чтобы излечиться, а не для того, чтобы получить новые травмы. Тем более что я воин и мастер фехтования, для меня будет затруднительно фехтовать, если мне оторвут руки. — улыбается Второй Брат, накладывая заварку в чайник.
— Ээ… да я в общем не это имела в виду… не то, что вы подумали!
— Что я думаю? Я думаю, — хорошо, что ты взяла шефство над кухней. Давно надо было порядок тут навести. — Второй Брат обвел рукой все вокруг и было непонятно, то ли он имеет в виду эту кухню, то ли что-то большее.
Глава 5
Эта Старшая Седьмая Сестра Сяо Тай сидела на скамейке рядом с кухней и щурилась на солнышко. Несмотря на начало осени, солнышко днем грело, не жалея лучей и на южной стороне здания было очень тепло. Она сидела на скамейке и была вполне довольна собой, наверное, впервые за долгое время.
Не сразу, но дела на кухне и в столовой пошли как надо, пришлось преодолевать косное мышление командиров подразделений или скорее — атаманов ватаг, которые ни в какую не желали идти навстречу. Ровно до того момента как не появлялся Третий Брат Чжан Хэй со своей бородой и алебардой. После этого все разногласия сразу же исчезали, однако атаманы продолжали втихую саботировать приказания Сяо Тай, то дежурных по столовой не пришлют, то припасы спрячут, то драку в столовой устроят, да не просто драку, а вот прямо поножовщину… если конечно можно назвать эти здоровенные тесаки ножами. Вот чего она не учла — так это постоянного антагонизма между ватагами, так что от идеи общей столовой все же пришлось отказаться. Какие-то ватаги разнесли по времени, кто-то ел раньше, кто-то позже, а в какие-то еды в котлах доставляли бегунки из ватаг. А все почему? Да потому что «Горные Барсы» рядом с «Манговыми Змеями» оказываются даже срать на одном гектаре не сядут. Потому как ненавидят друг друга люто и ежели кто из «Барсов» на территории «Змей» окажется и его просто побьют — то такой счастливчик считай заново родился. Как в Летнем Лагере оказались разношёрстные, да еще и конкурирующие подразделения — надо спрашивать у начальства. А начальство по этому поводу вообще не чесалось, ему, начальству, даже нравилось, что ватаги между собой конкурируют и периодически драки устраивают, стенка на стенку. Единственно что — стараются без оружия обходится, просто кулаками, однако же и кулачища у некоторых тут — ого-го.
И хотя Сяо Тай расстраивало что идея о централизованной столовой пока не реализовалась в силу этого антагонизма между ватагами — все остальное получилось как нельзя лучше. Правда немного беспокоило что запасы продовольствия таяли
