— Девять лет назад началась наша совместная жизнь. И теперь обстоятельства вынуждают нас возобновить ее. Единственное, что стоит обсудить, — какой выбрать дом? Эндерби в шести милях от Лондона, что менее удобно, но мой городской дом скорее подходит для холостяка, и обстановку там вполне можно назвать спартанской, поэтому…
— Я больше знать вас не хочу, — покачала головой Виола, в ужасе глядя на мужа. — И фактически никогда не знала. Я не могу быть вам настоящей женой после всего, что между нами произошло.
— Ничего такого между нами не произошло. По-моему, это очевидно.
— И вы ожидаете, что я соглашусь?
Он спокойно встретил ее возмущенный, рассерженный взгляд.
— Не только ожидаю, но и требую. Завтра воскресенье. Прикажите приготовить вещи к понедельнику. Я приеду за вами к двум часам.
С этими словами он повернулся и направился к выходу, но не успел сделать и нескольких шагов, как услышал:
— Неужели вы не понимаете, что ничего не выйдет? Неужели не помните, как все было? Наша супружеская жизнь оказалась адом для нас обоих.
— Разве?
Джон резко обернулся. Первые шесть месяцев их жизнь вовсе не была похожа на ад. Не то что последние несколько лет, когда они, желая соблюсти внешние приличия, проводили вместе сезон, но при этом никогда не разговаривали и почти никогда не виделись.
Нет, сейчас ему на ум пришли первые недели брака, когда они скандалили и ссорились, как все новобрачные с сильными характерами и собственными мнениями. Но их жизнь вовсе не была кошмарной, пока Виола не отлучила его от постели.
Джон скользнул взглядом по фигуре жены и под угрозой расстрела не смог припомнить ничего дурного. Только сладостные, трогательные моменты.
Ее миниатюрная, прекрасно сложенная фигура с мягкими, женственными изгибами… Пусть сейчас все это скрыто под слоями шелка и муслина, но он по-прежнему помнил, какова она без одежды. Пусть прошло более восьми лет с тех пор, как он видел ее нагой, но есть моменты, которые мужчине не забыть никогда.
Он вспоминал идеальную форму ее груди и выпуклости бедер, глубокую ямку пупка… и еще две повыше ягодиц. Звенящий смех, свет улыбки, тихие крики наслаждения. Родинка в виде скрипки на бедре. И эти воспоминания вызывали в нем прилив жара.
— В то время это не было адом, — пробормотал Джон, — и я еще способен припомнить некоторые божественные мгновения. — Но он взял себя в руки и твердо сказал: — В понедельник, Виола. В два часа. У тебя хватит времени решить, где мы будем жить до конца сезона, в Эндерби или на Блумсбери-сквер.
— Нигде! — успела она крикнуть, прежде чем дверь за ним захлопнулась.
Глава 4
Он просто спятил!
Взбешенная Виола уставилась на закрытую дверь, не в силах поверить услышанному. Божественные мгновения? После всех его романов, после причиненной ей боли? Только Джон способен сказать нечто подобное. Да еще и с понимающим взглядом и с подобием улыбки на лице!
Божественные мгновения, это уж точно!
Она подумала о его любовницах и, всадив кулак в ладонь левой руки, стиснула зубы. Божественные? Для него — вероятно! Еще бы! После того как он столько лет вел разгульный образ жизни!
Даже ухаживая за ней, он развлекался с любовницей! Пока она наслаждалась их встречами на балах и приемах и изнемогала от любви, он спал с Элси.
О, как же больно было узнать о той женщине!
Виола смотрела на белую дверь, закрывшуюся за мужем, но перед глазами стояли светло-голубые стены дамской комнаты дома леди Чатни в Нортумберленде. Она снова ощущала сладостное благоухание вина с пряностями и сахаром, пропитавшее загородный дом Чатни в то Рождество. Музыканты играли вальс, но даже музыка не заглушала визгливые голоса дочерей леди Чатни и их приятельниц.
— … жаль что Хэммонд сейчас в Лондоне. Сегодня нам не хватает партнеров, а он изумительно танцует.
— Да, вы правы. Вот и сейчас вальсирует по постели Элси Галлант. Прямо в этот момент, в чем я не сомневаюсь. В конце концов, она известная танцовщица.
— Нет-нет, он оставил эту Галлант после женитьбы на леди Виоле.
— Неправда! Он по-прежнему встречается с ней, когда ездит в Лондон. Я слышала, что всего несколько месяцев назад он подарил ей сапфировое колье.
— За которое заплатил деньгами жены, полученными от ее брата. Все знают, что сам он полностью разорен…
Она, разумеется, не поверила и попыталась отмахнуться от этих слов, как от злобных сплетен, но семя сомнения уже укрепилось в сердце. Возможно, если бы она не пожелала просмотреть расходную книгу управителя, никогда бы не обнаружила записи о покупке сапфирового колье. Но запись она нашла. По сей день перед ее глазами всплывают строчки, написанные мелким почерком управителя. По сей день она слышит звон осколков своего глупого, доверчивого сердца. Тогда, восемь с половиной лет назад, наивная, обожающая мужа девочка стала взрослой и поняла, насколько двуличны могут быть люди.
«Ты любишь меня?»
«Конечно. Обожаю…»
По возвращении Джон попытался все объяснить. Да, Элси была у него на содержании, но он разорвал отношения еще до свадьбы. Да, в сентябре он подарил Элси колье, но только для того, чтобы выплатить полагавшуюся ей неустойку и выполнить условия контракта, который заключил с дамой еще до знакомства с будущей женой. Он отрицал, что спал с Элси после свадьбы, клялся, что был Виоле верным мужем. Даже будь это правдой, легче ей от этого не стало: Джон не отрицал, что был с Элси до того дня, когда произнес брачные обеты.
Сердце и сейчас сжималось при мысли о его лицемерии. Он твердил, что любит ее, обожает, желает… и одновременно содержал эту женщину. Интересно, что, будучи разоренным, он ухитрялся платить Элси. Все-таки есть вещи, которые для мужчины важнее всего.
Слезы и обиды были встречены непониманием. Мало того, ей пришлось испытать на себе силу его жалящего остроумия. Запертая дверь спальни не побудила его осознать свои ошибки. Не было ни признаний вины, ни слов любви, ни извинений. Он лишь подождал месяц в полной уверенности, что за это время она опомнится, но, не дождавшись, ушел и даже не оглянулся.
Виола снова сжала кулаки. Она, разумеется, знала, что многие мужчины содержат любовниц, но до Элси Галлант понятия не имела, что мужчина может одновременно ухаживать за одной женщиной и спать с другой. Понятия не имела, что содержанки заключают контракты с покровителями и что долги по этим контрактам должны быть оплачены, даже если мужчина порвал с любовницей, потому что женился. До Элси она никогда не ведала болезненной ревности или мучительной боли оскорбленного сердца.
