что улыбаюсь ему в ответ. — Мне очень нравится. Она висит в моей спальне дома в Греции, мастерски воплощенный в жизнь блюз тумана над океаном. Я действительно большой фанат.
Удовольствие развернулось в моем желудке и разлилось по венам, как наркотик. Это был не первый раз, когда кто-то обращался ко мне по поводу моей работы, но это был первый раз за пределами Франции, и это дало мне проблеск надежды на мое творческое будущее в Америке. Я позволила ему держать мою руку и сияла ему в лицо, начиная свой любимый разговор: о мире искусства.
Пятнадцать минут и три коктейля «Секс на пляже» спустя, острое покалывание дурного предчувствия защекотало основание моего позвоночника. Я повела плечами, чтобы избавиться от опасения, скрежещущего зубами, но оно сохранялось в течение следующих пяти минут, пока Стефан заставил меня выть от смеха из-за выходок общего друга.
— Прекрати, — выдохнула я, вытирая слёзы, катящиеся по моим щекам. — Правда, Стефан, ты должен остановиться, иначе я умру.
— Ну, мы не можем этого позволить. — Он усмехнулся, но нахмурился, глядя на что-то через мое плечо, щурясь на высокое солнце, чтобы различить незваного гостя. — Я могу вам помочь?
— Нет, — я на мгновение закрыла глаза, услышав мягкий французский мятный тон Синклера. — Но я верю, что Эль сможет.
Стефан нахмурился, уловив мою усталость и очевидную враждебность Синклера.
— Я не уверен, сможет ли она. На самом деле мы как раз собирались выпить.
— Похоже, ещё один, — хладнокровно возразил он.
Я покраснела от скопления стаканов на пластиковом столике, хотя я была более чем способна удержать спиртное.
— Слушай. — Стефан начинал раздражаться, хотя он только опирался на руки, обнажая огромную грудь, как горилла, схватившая соперника. — Я не знаю, кем ты себя возомнил…
— Прекрати, — сказала я, вставая лицом к Синклеру.
Я сильно заморгала, увидев его. Хотя с тех пор, как я видела его в последний раз, прошло всего несколько часов, от его удивительной красоты у меня перехватило дыхание. На нем была белая льняная рубашка и светло-серые шорты для плавания, обнажавшие его мускулистые икры, а пара авиаторов Ray Ban небрежно упиралась в его гриву темно-рыжих каштановых волос.
— Прекрати, — повторила я. — Синклер, перестань быть таким грубияном.
— Грубияном? — Его брови почти комично поднялись до линии волос.
— Да. — Я непреклонно кивнула. — Я прекрасно проводила время со Стефаном до того, как ты вмешался, и мне хотелось бы вернуться к этому.
Он мгновение смотрел на меня опасно неподвижными голубыми глазами, прежде чем обратить свой взгляд на Стефана.
— Я думаю, будет лучше, если ты уйдешь.
Стефан провел рукой по моей руке, но это было скорее дружелюбно, чем сексуально, я знала, что он хотел только успокоить меня. Он бы остался, если бы я этого захотела, и, возможно, даже зашел бы так далеко, что отчитал Синклера. После получасового разговора у меня возникло отчетливое ощущение, что я приобрела друга.
— Ты знаешь номер моей комнаты, — сказал он тихо, интимно, и я знала, что это было ради Синклера. — Позвони мне, если захочешь выпить.
Я кивнула, хотя, на самом деле, мне не хотелось оставаться наедине с Синклером. Совет Козимы дал новую жизнь идее курортного романа, но я все еще не была уверена, смогу ли я выдержать секс без эмоциональной близости. Даже с таким человеком, как Синклер.
Когда я несколько мгновений стояла отвернувшись от него, а он молчал, я задавалась вопросом, ушел ли он. Но костяшки его пальцев провели тонкие линии по голой коже моей спины, и через секунду его передняя часть прижалась ко мне. Одна рука прижалась к моему бедру, нежно прижимая нас друг к другу, и он оставил душераздирающий поцелуй там, где моя шея соприкасалась с плечом.
— Я принял решение. — Я чувствовала его, уже твердого, на пояснице, и сильная дрожь сотрясла мое тело. — Хочешь знать, какое?
Его рука переместилась от моего бедра вверх по изгибу моей талии между грудями к моей шее, где он одним за другим обхватил моё горло пальцами, чтобы наклонить его для лучшего доступа губ.
— Да.
Я была слишком восхищена им, чтобы осознавать свое положение, но смутно осознавала тот факт, что мы стояли на публике возле очень переполненного бассейна. Когда я попыталась отстраниться, его рука слегка стиснула мою шею.
— Я решил, что у нас будет роман. — Он провел носом по моей шее и нежно укусил меня за ухо. — Я знаю, что ты хочешь меня, Эль, я чувствую это. Я знаю, ты боишься, что я испорчу тебя для других мужчин. — Другая его рука обвила мою спину и пощекотала внутреннюю часть бедра. — Это будет того стоить.
О, я не сомневалась в этом. Я уже была влажной от возбуждения и дрожала от желания. Моя голова кружилась от мыслей о его тонких пальцах на мне, во мне, о том, как он будет чувствоваться на вкус у меня во рту и ощущаться внутри меня.
— Ты веришь мне? — проговорил он.
Я слегка кивнула и опустила голову ему на плечо. При этом я поймала взгляд высокой, стройной женщины, идущей в одиночестве к бару. Она была хорошенькая, но выражение ее суровых черт окатило меня, как ведро ледяной воды. Осуждение. Конечно, она ничего не могла знать о нашей ситуации, о том, кто такие Синклер или я, но ее выражение отвращения все же успокоило мою похоть, и я резко оттолкнулась от Синклера.
Он ожидающе посмотрел на меня, когда я повернулась к нему лицом, а когда я посмотрела на него, он поднял ладони вверх, как невинный. Я почти рассмеялась.
— Я знаю, что секс будет великолепным, — сказала я, удивленная собственной смелостью. Он наградил меня легкой улыбкой. — Но я говорила тебе вчера вечером, что мне просто некомфортно спать с человеком, о котором я ничего не знаю.
Он сунул руки в карманы и тяжело вздохнул.
— Что ты хочешь узнать?
У меня было так много вопросов, что мне потребовалось время, чтобы осознать свои мысли. Я жестом предложила ему занять место рядом со мной, а когда он заколебался, прищурилась. Раздраженно покачав головой, он сел, положив предплечья на колени так, что он все еще был слишком близко, чтобы я могла ясно мыслить.
— Мне не нужно знать подробности, более того, я даже не хочу. — Его брови недоверчиво изогнулись, но я проигнорировала его. — Я не очень хочу, чтобы тебя волновало, знаю ли я твою фамилию или место, где ты живешь. Но мне некомфортно, будто если я задам тебе неправильный вопрос, ты на меня
