Читаем без скачивания Депутат в законе - Илья Деревянко

Тем временем чертов Колдун, отвлекшись от висящего на стене тела, подобрал мой пистолет и вновь разразился омерзительным смехом.

– Получится не одна, а две жертвы за раз! – злорадно верещал он. – Неужели ты, болван, вообразил, будто угробил всех моих людей?! Не-е-ет, Дима! В запасе остался верный слуга Ромик, мастер спорта по дзюдо, который подоспел очень кстати! Ща-а-ас, капитан, тебя скрутят, как щенка, да вздернут на крюк рядом с коллегой! Хи-хи!!! Хи– хи!!! Хи-хи!!!

«Ну, это мы еще поглядим!» – яростно подумал я, вместе с вцепившимся в глотку дзюдоистом опрокинулся на спину, ухватил Ромика обеими руками за рукава и при помощи ног провел полузабытый современными борцами, но весьма эффектный контрприем под названием «ущемление икрокожной мышцы против двойного удушения в партере сзади».

Взвывший от боли мастер спорта моментально очутился подо мной и, получив локтем сверху в переносицу, погрузился в глубокий нокаут. Добавив ему для верности кулаком по виску, я вытащил из-за пазухи трофейный «макаров», хрипло дыша, поднялся на ноги, прицелился в расплывающуюся перед глазами длинную фигуру в плаще до пят и вялым пальцем трижды нажал спусковой крючок. По причине моего паршивого самочувствия цели достигла лишь одна из трех пуль, а Семен Заграев, прежде чем подохнуть, успел огрызнуться короткой очередью из «стечкина», попавшей, впрочем, не в вашего покорного слугу, а в распростертые на террасе тела Одеждина и Ромика.

– Прекратить стрельбу! Бросай оружие! – вдруг закричали с лестницы грозные голоса.

Медленно обернувшись, я увидел двух бойцов спецназа в соответствующем прикиде, целящихся в меня из «валов». Позади них вырисовывалось из полумрака озабоченное лицо полковника Рябова.

– Хамят, салабоны. Над больным человеком куражатся, – игнорируя спецназовцев, пожаловался я шефу.

– Опустить стволы. Он наш сотрудник! – властно распорядился Владимир Анатольевич.

– Так-то лучше, а то могу в репу зарядить. Запросто, – пробормотал я, пошатнулся и… провалился в бездонную, черную пропасть…

ЭПИЛОГ

Две недели спустя

За окном светило полуденное солнце. Палата пахла лекарствами и апельсинами, а белый халат Рябова – чуть-чуть крахмалом. Уже в который раз после удачно проведенной операции я предавался заслуженному отдыху на больничной койке.

– Ребята говорили, будто дело Одеждина проходило под кодовым названием «Депутат в законе». Это правда? – лениво покосившись на огромный букет роз (очередное подношение жены Васильева), спросил я.

– Ага, правда, – утвердительно кивнул полковник.

– Тоже мне, «в законе»! – насмешливо фыркнул я. – Внешнего понту, конечно, навалом, а на практике – марионетка, зомби!

– Кто же знал, – пожал плечами шеф, – а впрочем… подобное встречается сплошь и рядом! Многие «сильные мира сего» при ближайшем рассмотрении оказываются обыкновенными куклами, которых закулисный хозяин умело дергает за невидимые нити. – Рябов вынул из кармана распечатанную пачку сигарет, предложил одну мне, другую закурил сам и неожиданно брякнул: – Сегодня утром генерал Марков подписал все необходимые бумаги о представлении тебя к званию «Герой России».

– Че-е-е-е-го-о-о?! – ошалело вытаращился я. – С какой стати?!

– Ну-ну, Дима, не скромничай! – улыбнулся полковник. – Сам знаешь, с какой! Обычно ты оставляешь за собой только штабеля трупов, а на сей раз сберег для нас живого свидетеля! Случай, прямо скажу, уникальный, заслуживающий особого поощрения!

– Понятно. Издеваетесь, – насупился я.

– Есть немного, – сознался полковник. – Однако насчет награды – истинная правда! Упакованный тобой в кладовку Герман Приходько являлся правой рукой Заграева и знал абсолютно все о делах своего босса. Свидетель он исключительно ценный, а главное – покладистый. Колется, сволочь, как гнилой орех! Благодаря его откровениям нам удалось в считаные дни полностью разобраться с коммерческой деятельностью Одеждина – Заграева по торговле наркотиками, малолетними детьми, человеческими органами… А также задержать несколько десятков поставщиков, исполнителей, курьеров и конечных получателей «товара». Те в основной массе решили не запираться и тоже дают исчерпывающие показания. В общем – с доказательствами у суда проблем не возникнет!

– А что по поводу «Черной мессы»? – поинтересовался я.

– На редкость грязная история, – разом помрачнел Рябов. – С начала девяностых годов в среде «новых русских» распространилось поверье, будто бы умывание в крови новорожденного ребенка возвращает молодость. И Заграев решил на этом подзаработать. В течение трех лет его подручные похищали грудных младенцев и сцеживали с них кровь для желающих «омолодиться» богатых мерзавцев. Из обескровленных тел детишек Семен Израилевич вырезал сердечки, печенки и употреблял в пищу. На спинках выжигал паяльной лампой пятиконечные звезды как символ поклонения сатане. Потом трупики выбрасывались на свалку. Кроме того, данная преступная группировка имела на вооружении пси-генератор, при помощи которого Заграев якобы лечил людей от алкоголизма и наркозависимости, а на самом деле – зомбировал, превращал в своих послушных рабов. Расследование началось после обнаружения на помойках множества детских тел с одними и теми же характерными признаками, но далеко продвинуться не смогло. Милиция просто-напросто с делом не справилась по причине низкой квалификации кадров. В конце концов к расследованию подключилась ФСБ, но едва она арестовала нескольких рядовых участников группы, как сверху обрушился беспрецедентный по масштабам прессинг. Не последнюю роль в нем сыграли находившиеся тогда у вершин власти представители Союза прозападных сил. Короче, дело забуксовало, двое следователей бесследно исчезли, троих сместили с должностей… В итоге – основным фигурантам удалось благополучно скрыться, а задержанные «шестерки»-свидетели погибли в тюремных камерах при загадочных обстоятельствах… Вскоре трупики обескровленных младенцев стали находить в других городах России. Как говорится, спрос рождает предложение. – Тут полковник гадливо передернулся. – Твой Приходько, оказывается, тесно сотрудничал с Заграевым еще в ту пору, – недобро сузив глаза, продолжил он. – Герман сообщил много новых подробностей, в деталях рассказал о дьявольских шабашах, регулярно устраиваемых верхушкой группировки, назвал имена постоянных клиентов и некоторых высоких покровителей. Большинство из них, правда, уже в могиле, но оставшихся мы взяли в оборот. – Шеф замолчал, стряхивая пепел в пустую тарелку на тумбочке.

– Исключительно ценный свидетель! – выдержав продолжительную паузу, с чувством повторил Владимир Анатольевич. – Но… боюсь, Приходько не доживет до отправки на зону. Либо повесится в одиночной камере, либо вены себе вскроет…

– Лучше бы он там самовоспламенился да сгорел заживо, – угрюмо пробормотал я. – Таким ублюдкам самое место на костре!

– Твой намек понятен, – серьезно сказал полковник. – Но не будь садистом, Дима! И не забывай – вечный, гееннский огонь в миллион раз страшнее земного!

– Да, действительно, – согласился я. – В преисподней ему мало не покажется!

– Ну ладно, пойду, пожалуй, – грузно поднялся со стула Рябов. – В коридоре молодая красивая посетительница очереди к тебе дожидается. Не смею долго задерживать даму!

– Какая такая посетительница?! – насторожился я.

– Да жена капитана Васильева, – усмехнулся Владимир Анатольевич. – Хочет снова поблагодарить за спасение супруга.

– Господи! Ну, сколько же можно?! – в отчаянии простонал я. – Приходит два раза на дню, говорит одно и то же, сидит часами… Лучше бы о муже позаботилась!!! Шеф, а шеф, скажите ей, что я умер!!!

Примечания

1

В данном контексте – смотрит с подозрением.

2

В переводе с чеченского – ничтожество, раб.

3

Внутренности (жарг.).

4

У пентонала натрия отвратительные постэффекты, сродни жесточайшему похмелью.

5

По действующему законодательству частные охранники имеют право только на гладкоствольное оружие или на пистолет «ИЖ» (штука так себе, не фонтан!).

6

В этом месте большой нерв расположен близко к кожному покрову. Удар, нанесенный сюда, вызывает сильную боль и временно парализует противника.

7

Алкоголь нейтрализует действие этого яда.

8

Это делается для того, чтобы противник не смог ударить вас ногой в живот или промежность.

9

Жаргонное наименование «Мерседеса».

10

Пентаграмма – пятиконечная звезда. Древний символ сатаны.

11