службы безопасности, то и позвал его. Думаю, ему интересно будет, чего вы такого предложить мне хотите…
— Вот именно, — я кивнул. — Так и что здесь нужно Платонову?
— Я бы не стал упоминать его имя в нашем деле…
Ахмед положил руки на стол. В правой он держал новенький Сименс, достаточно небольшой на фоне здоровенных мобил, которые все таскали в это время. На левой руке у него были часы с браслетом золотого цвета, хотя это, скорее всего, и есть золото, как и запонки на рубашке.
Повезло ему, что он выбрал эту точку, а то на другой бы такая роскошь кому-нибудь приглянулась. Тогда не помогла бы и его охрана, и их оружие, и даже знакомство с Платоновым. Платонова в городе не знают.
— … Иван Сергеевич — человек занятой, у него много работы и много встреч с самыми влиятельными людьми страны. Поэтому по местам езжу я.
— Ну так что здесь нужно? На нашем месте?
— Скажем так, хочу помочь с одной возможной в ближайшем будущем проблемой, — он посмотрел на экран телефона и убрал его в карман. — Я в курсе того, сколько людей пытались отобрать комбинат, и ещё даже до того, как он открылся. И с этим…
— И вы в курсе, что стало с этими людьми?
— Знаю, что никто из них не отделался легко. Но время идёт, ставки растут, и рано или поздно комбинатом заинтересуется кто-то из серьёзных политиков или бизнесменов. Или ещё кое-кто, один очень неприятный в общении человек. И очень опасный.
— И кто это?
— Генерал Кравцов. Он временно исполняет обязанности руководителя экономической контрразведки ФСБ, пока его руководитель пытается стать новым директором этой службы. И вот с Кравцовым мы могли бы помочь.
— Ещё один генерал. Сейчас 90-е, — я наклонился вперёд. — Никто не застрахован, рискуют все. И чем больший кусок кто-то хочет откусить, тем раньше у него начинаются проблемы. Исключений нет, достаться может любому. Да и уверен, что директором будет другой человек. Так зачем мне ваша крыша?
— Это не крыша, это партнёрство, — ответил Ахмед. — Я сегодня хотел обсудить партнёрство на местах с господином Антоновым, партнёрство в области безопасности с вами, и деловое партнёрство с Вишневскими, когда бы решил все остальные вопросы.
— То есть, купил бы нас, а потом бы поставил Вишневских перед фактом?
— Нет, всё не так. Давайте мы встретимся с вами завтра, Максим Михайлович. У меня будет кое-что, что вас убедит, потому что я вижу, что вы для комбината — ключевой сотрудник, и ваше мнение учитывается.
— А я чё? — Антонов хмыкнул. — Не директор, а какой-то *** с горы? Со мной-то чего хотел поговорить?
— Посмотри контракты, которые я принёс, — с неохотой произнёс Ахмед. — Сырьё добывается в карьере, у вас есть планы открыть цементный завод на этой базе, вот мы бы и хотели заранее всё это обговорить. Вот наше предложение, — он протянул руку, и охранник передал ему кожаную папочку. — Завтра позвоню. До свидания.
Он поднялся и пошёл к выходу. Значит, решили подойти с этой стороны, запугивают меня высокопоставленным чекистом, говоря, что справятся с ним сами. Это не значит, что чекист не полезет, но и эти не подарок.
В таких случаях могли предложить защиту, предложить подкупить или попробовать завалить. Но меня подкупить никто не пытался, сразу угрожали или посылали киллеров, думая, что так дешевле.
Но всё равно надо обдумать ситуацию, потому что риски возрастают. Со своей властью и деньгами Платонов легко может нас раздавить, если займётся делом всерьёз. Значит, эту задачу ему облегчать нельзя.
— Странно, — сказал Антонов, листая бумаги прямо в зале, не обращая внимания на музыку. — Такое могли и факсом прислать, обычный контракт.
— Значит, он хотел тебе что-то предложить наедине, но раз я пришёл, то он решил не рисковать.
— Угу. Почву пробивает, стоит связываться или нет.
— Прощупывает. Но раз уж так далеко явился, то решил, что стоит. И сразу предложил отвадить от нас генерала. А этого генерала простым компроматом не взять…
Это наша территория, но случиться может всякое. Я приставил дополнительную охрану Антонову на всякий случай. Больше для того, чтобы следили, если Ахмед вдруг решит подойти к директору ещё раз.
Сам тоже буду брать с собой кого-нибудь, а то такие люди отказов не принимают. Выслушают вежливо, а потом ещё отправят спеца, чтобы окончательно закрыть вопрос. Сам-то Ахмед — посланник, но тот, кто его послал, способен на многое.
Не факт, что так и будет, потому что со мной хотят поговорить и завтра, но я уже давно понял, что лучше перебдеть. Поэтому занимаюсь своей работой и всё ещё живой, с тех самых пор, как снова оказался в эти времена.
Уже в машине, когда мы высадили Антонова у его дома, я позвонил и отправил людей проследить за Белоглазовым, а то пока он в городе, Ахмед может приехать к нему с каким-нибудь щедрым предложением. И кто знает, вдруг договорятся?
Но Белоглазов позвонил мне сам уже через несколько минут.
— Максим, — услышал я его усталый голос. — Ко мне приезжал некий Дженготов, хотел что-то предложить.
— Встречался с ним?
— Нет, договорились на завтра. Какой-то он мутный. А это тот самый, про которого Паха тогда пробивал? Подручный Платонова?
— Возможно. Надо будет обсудить, — я посмотрел на часы. — С утра заеду в Краснозаводск, поговорим там. И с Вишневскими тоже.
Павла Андреевича в Новозаводске не было, он остался в Питере. Зато Белоглазов заподозрил неладное и предупредил. Это хорошо, не хватало нам ещё предателя на самом верху.
Раздался ещё звонок, определился номер служебной мобилы, которая всегда была на пульте охраны.
— Макс, — я едва узнал голос Васи Рудского, было много помех. — Подъедь, пожалуйста, на стрельбище к нам. Тут гости к тебе заявились.
—
