— Хм, — Ремезов задумался. — Смысл есть. Но всё же, для чего Григорьев раньше помог?
— Может, так хотели избавиться от Шелехова? Он же крышевал эту перевозку. И он тот банк крышевал, с которым Платонов связан, и на комбинат зарился. А так, никаких подозрений, зато полковник ФСБ устранён.
— Как-то уж слишком всё хитро. Да и Шелехов подчинённый Кравцова. А то так ещё додумаешься, будто Платонов ещё год назад всё это задумал. Вряд ли. Ладно, поеду, обдумаю, как лучше. Задал ты мне задачек, Макс.
— Ещё не всё, — я усмехнулся. — Мы тут Дениса Машукова хотим в кандидаты Госдумы зарегистрировать, нужна помощь от тебя.
— Ты чё, смеёшься надо мной? — возмутился он ещё сильнее. — Как я тебе здесь помогу-то?
— Поможешь. А то когда в политику пойдёшь, сразу и подставы начнутся, и всё остальное. Так что прикрытие потребуется, любое. Увидимся, короче, Серёга, я девушке обещал заехать.
* * *
Ремезов приехал с одними вводными, уехал с другими. Да и у меня тоже голова пухла. Надо понять, есть ли угроза, и если есть, что с ней делать. То, что Платонов и генерал Кравцов знакомы, ничего не меняет, ведь даже несмотря на мнимую дружбу, один может легко подставить или обмануть другого.
Но какие-то ответы может дать вторая встреча с Ахмедом, и на неё я отправился с самого утра, в гостиницу, в которой он остановился. Я о визите не предупреждал, но администратор на стойке будто ждала, когда я появлюсь.
— Двенадцатый номер, — сказала рыжая девушка в белой рубашке и поправила волосы. — Вас ожидают.
Взял я с собой Женю и Славу, передав им, чтобы захватили оружие и броники, мало ли. Но в одноместном номере был только Ахмед, без охраны. Он сидел напротив входа, наряженный в костюм, держа в одной руке кружку с кофе, в другой сигареты.
— Хотелось бы поговорить наедине, — произнёс он, ставя на стол кружку. — Разговор очень конфиденциальный.
— Можно при них, — сказал я.
— Хорошо.
Он поднялся, отошёл к шкафу и достал оттуда синюю спортивную сумку. Очень тяжёлую, судя по тому, как натянулись ручки. Эту тяжёлую сумку он забросил на кровать, и пружины на матрасе скрипнули.
— Чё там? — шёпотом спросил Женя.
Ахмед открыл её и показал нам содержимое.
Сумка была заполнена толстыми пачками купюр по 100 долларов, перемотанными банковскими лентами. Их там было очень много. Женя замер, Слава издал охающий звук, но быстро взял себя в руки.
— Миллион долларов, — произнёс Ахмед и достал оттуда одну пачку. — Можете проверить. Это наш взнос, чтобы вы, Максим Михайлович, вышли из этого безнадёжного дела и больше нам не мешали.
Глава 5
Синяя спортивная сумка с миллионом долларов лежала на кровати. Замок открытый, купюры видны внутри. Подумать только, а ведь это десять килограмм денег, и всё это привезли мне.
Но не просто же так всё это устроили. Ахмед приехал сюда с огромной для наших краёв суммой, даже не опасаясь, что кто-то её отберёт. Так что его явно кто-то должен был прикрывать.
— И не страшно было сюда ехать? — спросил я, усаживаясь на стул у стены. — С такой суммой наличными? У нас регион криминальный.
— Есть способы себя обезопасить, — ответил Ахмед, нагло глядя на меня.
Наверняка хотел понять, впечатлён я или нет, попал я на крючок или ещё рано подсекать.
Будь мы обычной братвой, засевшей на комбинате, перед нами стоял бы выбор из двух вариантов: пойти на их условия, тем более такого дохода наличными с комбината не будет ещё долго, или просто-напросто отобрать деньги, а Ахмеда вывезти в лесопосадки.
Ну а потом начались бы последствия, потому что Платонов не простил бы того, что его кинули, и сделал бы всё возможное в качестве ответки. Это вопрос его престижа и авторитета, даже нечего думать, что он про это забудет.
Будь я честным бессребреником, я бы гневно отверг эти деньги и ушёл. А потом эта сумка перешла бы какому-нибудь киллеру, которого отправили бы по мою душу. Да и таких за миллион найдётся сколько угодно, хоть целую армию с бронетехникой нанимай.
Будь я жадным, уже бы считал пачки денег, проверяя, фальшивки или нет, и в итоге попал бы к ним на крючок. Потом бы на своей шкуре понял, что это сейчас дают деньги, пока нужен. Когда не нужен, вместо денег будет свинец и два метра земли надо мной.
Ну и сейчас это не просто большая сумма денег. Они практически расписались в том, что надеются заработать на всём этом намного больше, чем этот миллион. А ещё это дешевле и быстрее других способов от меня избавиться, те более затратные и более проблемные.
Они решили, что получат намного больше, а раз они смогут, то и я тоже. Но сначала надо решить этот вопрос.
В любом случае, чтобы я не сделал сейчас, Платонов будет знать обо мне больше. А мне так не хотелось, мне нужно, чтобы они так ничего и не поняли обо мне, а я бы узнал о них как можно больше. Причём так, чтобы за это заплатили они сами.
Так что сейчас у меня на самом деле не так много вариантов, причём выбирать надо быстро, пока Ахмед не понял подвоха. И тогда это ему придётся быстро принимать решение, а я хочу знать как можно раньше, что он выберет и как будет действовать. Придётся его подтолкнуть, чтобы поторопился.
Я оглядел парней. Многое сейчас будет зависеть от того, насколько доверяю им я, а они мне. Но пожалуй, более надёжных людей рядом со мной не было ни в той жизни, и не в этой.
Женя обалдел при виде денег, но держался, ожидая, что скажу я, а Слава поглядывал на меня с обычной невозмутимостью. К нему уже вернулось его
