сменился довольно пустой трассой. Вокруг раскинулись огромные луга, на горизонте величественно возвышались окутанные дымкой горы — один из видов, за которые к нам приезжают толпы туристов. Не удержавшись, я сделал пару снимков на память. Посмотрел, как они вышли, а затем, борясь с накатывающей полудремой, стал машинально пролистывать фотогалерею в смартфоне, словно отматывая свою жизнь назад.
Вот мой недавний день рождения с кучей подруг, много-много теплых поцелуев и свиданий с Даной, парочка горячих кадров у Гели дома, тайные рандеву с Владой, по-пиратски несущаяся ко мне Инна, Дашины булочки на фоне витрины «Сладкой булочки», лукавая ухмылка Алены, скромные сиськи Арины рядом с шикарными формами ее сестры… Дорога выдалась длинная, так что скоро я добрался до таких глубин, о которых и сам забыл. На экране вдруг появилась Катерина в купальнике, коптившаяся под жарким испанским солнышком — правда, смазанная и нечеткая, потому что «следи за глазами, пожалуйста».
Я рассеянно скользнул глазами на сидящий рядом оригинал, чьи не самые сладкие, не самые нежные губы одним испанским вечером чуть не свели меня с ума. Все-таки я был младше и неопытнее, и по сути она тогда сама меня спровоцировала, чтобы я тайком пошел за ней. Пошел, увидел, как жарко это величество сосалось с другим, пока на моих губах все еще горел ее поцелуй. Наверное, с ее стороны было даже свинством украсть мой первый поцелуй, чтобы потом показать мне такое. Фу, Императрица!
Но это сейчас я мог думать спокойно, тогда же меня просто взорвало.
— Какая же ты все-таки лицемерка! — вывалил я, когда она, насосавшись где-то вволю, вернулась в наш отель.
— Это ты мне? — Катерина на миг даже растерялась.
— А кому еще? Я думал, ты не такая, как все! А ты — как все!.. Нет, ты хуже всех! Изображаешь из себя не пойми кого! А сама… сама ведешь себя как шалав… Я видел! Тебя! С ним!..
На этом моменте ее растерянность исчезла.
— С чего ты взял, — холодно отчеканила она, — что имеешь право идти за мной, следить за мной и, главное, так со мной разговаривать?
— Имею! Потому что я думал, что ты… а ты… А еще твоя сестра сказала, что ты… — я будто задыхался от слов.
И все в таком же духе. В общем, те еще доводы. Тогда я себе казался жутко смелым и отчаянным, что смог все это высказать ей в лицо. Сейчас же понимаю, как это было глупо, наивно и даже жалко. Но позволительно — все-таки я был тогда совсем юный, совсем неопытный. А еще девушка, которая меня в тот вечер поцеловала, сразу после убежала к другому парню, чтобы обжиматься с ним у меня на глазах.
— А ты просто капризный мальчишка! — Катерина так резко шагнула ко мне, что на мгновение я даже подумал, что сейчас получу пощечину. — Больше не вздумай ходить за мной!
— Но ты сама меня поцеловала!
— Уже жалею, — отбрила она. — И пусть то, что сегодня произошло, — раздраженно вздергивая мой воротник, добавила зараза, словно показывая, что я для нее и правда просто мальчишка, — останется твоей маленькой грязной сексуальной фантазией. Надеюсь, ты не будешь доставлять этим неудобств мне… — и ушла к себе в номер, хлопнув дверью на весь коридор.
Пара сказанных сгоряча слов, из которых отнюдь не все несправедливы — и последовавшие санкции привели к тому, что я вылетел у нее из друзей и по сути потерял с ней нормальный контакт. И кто в этом виноват? Конечно, она.
Зачем меня поцеловала? Спроси у нее, и она бы сказала «бескорыстие». Но бескорыстие точно не было ее грешком. Уверен, если даже не сознательно, то неосознанно эта зараза меня поцеловала, чтобы заразить собой, чтобы заставить думать о себе — чтобы захватить власть если уж не над моим сердцем, то хотя бы над мозгом. Чтобы еще один человек был под ее контролем — мало ли когда пригодится?
Вот и я пригодился. Я усмехнулся, и Катерина повернула голову.
— Извини, — сказал я, — если тогда обидел. Ну, той ночью в Испании… Я не хотел.
— А по-моему, — отвернулся мой водитель к дороге, — именно что хотел.
Ну вообще-то было за что.
— Нет, не хотел, — уверил я.
— Нет, не обидел, — уверила она и включила музыку чуть громче.
Словно протестуя против молчания в салоне, у меня завибрировал смартфон. О, кто проснулась-то с утра пораньше.
Марианка: «Ты что, реально поехал с Катериной?»
Да, Марианка, я тебя спас — иначе бы это тебе пришлось так рано вставать.
Я: «Да, поехал.»
Марианка: «Так хочешь занять его место?..»
Следом прискакала толпа гогочущих смайликов, будто веселившихся над самой смешной в мире шуткой. Вот только смотрелись они как-то даже… ревниво? Не давая ответить, смартфон переключил меня в другую ветку, где обсуждали ту же тему.
Инна: «И все-таки ты офигенно Катерине подходишь! Гораздо лучше этого козла!.. Так что давай, я буду за тебя болеть! Займи его место!!»
Тянуло прям на слоган дня. Да с чего вы все взяли, что я хочу занять его место? И с чего вы вообще взяли, что это место его? Я, например, просто решил потусить со старой подругой, которая в кои-то веки вспомнила, что мы друзья. И то, что этого мудака нет рядом, только освежало ее память.
Если подумать, главным преимуществом его передо мной всегда было то, что он ближе. Даже в детстве частенько оставался на ночь у добрых соседей, когда его мамочка отправлялась в очередную командировку. Помню, как клоун хвастался, что меня-то вечером забирают, а вот он будет играть с девчонками всю ночь. Всю ночь, конечно, с девчонками никто не играл — по крайней мере, в том возрасте, — но я тогда очень завидовал. Теперь же все изменилось: далеко был он, а близко я.
Пусть теперь он хочет занять мое место.
Ep. 93. Общество добровольных любителей природы
«Глэмпинг „Зеленые холмы“. Чудесный отдых начинается здесь…»
Такая табличка встретила нас на въезде, и правда, чудеса начались почти сразу. Несмотря на слово «глэмпинг», как бы обещавшее гламурный отдых, сеть пропадала и появлялась чудесным образом, когда ей вздумается, а единственный туалет обнаружился в паре десятков метров от раскиданных среди зелени деревянных домиков. Но главным чудом оказалось, что эти домики
