делать.
Так что, поручив Киту очищать полы в птичнике и загон, я отправилась дальше изучать территорию. Воспоминания Астры тут мало чем могли помочь, хотя бы потому что было это давно, да и Астра была маленькой. Ощущения в воспоминаниях не те.
Например, огород. Астра помнила его как огромное поле с бесконечными грядками. Но я смотрела на огородик из десяти грядок и улыбалась. Да уж, прям таки огромное поле! А там, в конце участка, небольшой пруд. Совсем крошечный, но если его очистить и завести уток, то можно им там сделать загон. Будет ещё и утиное мясо. С крупным скотом я не хотела связываться. С ними больше хлопот, лучше ту же говядину и свинину покупать.
Многолетние лекарственные растения уже превратились в сорняк и заполонили почти весь огород. Поэтому, взяв секатор, срезала под корень всё, что было и села перебирать, отделяя нужные травки от мусора.
А через минут сорок прибежал Кит, отчитаться, что всё готово.
— Пойдёшь проверять? — блеснул хитрым взглядом мальчишка.
— Идём, — рассмеялась я, отряхивая подол платья и беря корзину. — А потом, затопим баньку, искупаемся, поужинаем. Да и можно спать ложиться.
— А мы не сожжем так все-все дрова? — занервничал мальчишка. — Чем же зимой топиться будем? Помрём от холода.
— А к зиме ещё заготовим. Вон, попросим Рорика и Дилана нам дров заготовить, а взамен мазь им сварим. Кстати, нам же ещё отвар надо приготовить.
Мы подошли к курятнику. Кит действительно постарался. Кормушки и поильник стояли чистые, жердочки светлые, без слоя грязи и помёта. А в загончике на чистом песке лежала трава.
— Ты большой молодец, сын, — похвалила мальчишку ни капли не солгав. — Теперь я точно знаю, что могу положиться на тебя во всём.
По пути домой, зашли в баньку и растопили печь. Показав Киту, как делать, наказала ему подкладывать дрова, а сама пошла в дом. Убрав в погреб похлёбку, как в холодильник, растопила печь и принялась готовить ужин.
Но так и не успела даже крупу закинуть, отвлёк стук в дверь.
— Эй, травница! Помощь твоя нужна, ей! — кричали из-за двери.
— Кого там принесло на ночь глядя? — рыкнула я, распахивая дверь. — Ну?
— Хозяйка, там это, мать у Фрола помирает, помоги, а! — хрипло и с одышкой ответил Дарк. — Сутки уже разродиться не может.
— Так а я чем помогу? — ошалев, спросила я. — Не умею роды-то принимать! Повитуху бы, или лекаря.
— Так где взять? Астра, выручай, помрёт же! — из-за плеча Дарка высунулся Адам.
— Чёрт с вами, идёмте, — букркнула. — Сейчас, только сына предупрежу.
Я вернулась в дом и оторвала листик у рафки. Да. это не волшебный цветок, но кое-что может. Также набрала ещё травок, которые могут пригодиться. Та же ромашка прекрасно обеззараживает.
Но сутки в родах… Я не уверена, что мать с младенцем выживут. Особенно без медицинской помощи.
Забежав в баню, попросила Кита самостоятельно помыться в бане, а потом идти домой. И, скорее всего, сегодня меня не ждать. Мальчишка было дёрнулся идти со мной, но пришлось строго отказать. Видеть такое ему рановато. Да и непонятно, на сколько застряну там, с роженицей. А ребёнку ночью спать полагается.
Сев в телегу, крепко схватилась за корзину с травами. И не зря.
Адам, сидевший рядом, так поддал кобыле, что она рванула с места словно за ней волки гнались. Взвизгнув, ухватилась за борт телеги. Боги, не перевернуться бы нам, а то и до роженицы не доедем, и сами пострадаем.
А спустя минут пять, мы остановились у дома, возле которого ходил народ. Понурый такой, словно…
— Боги, неужели мы не успели, — прошептала я, прижимая ладонь ко рту.
— Зря привезли, — криво усмехнулась старуха, выходя из дома. — Лекаря бы сюда, а травница… Что она сделает, да ещё такая юная?
— Уйди, мать, уйди, — отмахнулся мужчина лет сорока.
— Эх ты, говорила, женись на Марьке, у той здоровья на десятерых хватит. Нет же, выбрал дохлую, помрёт теперь, дитя без мамки оставит, — продолжила ворчать старуха.
Но её уже никто не слушал. Я зашла в дом и скривилась от запахов. Да тут не рожая умереть можно, задохнувшись от спёртого воздуха.
— Окна распахните, — попросила я, проходя вглубь дома. Туда, где слышались стоны.
Приоткрыв дверь в тёмную коморку, в нерешительности застыла. Молодая женщина тихо стонала, иногда срываясь на крик. В у глу плакал ребёнок, мальчишка. Наверное и есть тот самый Фрол. Возле роженицы девушка причитает.
— Уберите тряпку с окна и уведите ребёнка, — потребовала, делая шаг вперёд. Раз уж пришла, надо что-то делать. — Нагрейте воды, много. И живее. И чугунок кипятка нужен, с чистой водой. Также нужны чистые тряпки и простыни.
Девушка сдёрнула шторы и приоткрыла окно, запуская в дом свежий воздух. А я наконец смогла посмотреть на роженицу.
Устала… В глазах такая безнадёжность и, наверное, желание отмучиться уже.
— Ты меня слышишь? — тихо позвала женщину и дождавшись кивка, продолжила. — Хорошо, тогда я сейчас буду спрашивать, а ты отвечай. Как давно живот схватывать начало?
— Вчера вечером, — простонала роженица. — А сегодня утром потекло. Но не рожается, никак.
Я взяла женщину за руку, нащупывая пульс. Прикрыв глаза отсчитала минуту. Слабенький. Сейчас дам травок, может получше будет.
Итак, мне просто надо вспомнить. Бабушка брала Астру с собой на роды. Астра хоть и была малышкой, но всё видела и знала. Надо только вспомнить. Плюс, знания из своей жизни. Да, роды я не принимала, но в век интернета и технологий, у нас слишком много разнообразной информации.
Вымыв руки, я дождалась пока мне принесут кипяток и заварила в ней рафку. Оставив остывать, я откинула покрывало и на секунду прикрыла глаза, вспоминая, что делала бабушка.
" — Астра, не вертись, а смотри внимательно, такое не часто бывает.
— Бабушка, а почему ребёночек не хочет в наш мир?
— Он хочет, но в животике неправильно лежит, ему помочь надо.
— Как помочь? Ты расскажешь ему, как правильно повернуться?
— Нет, я сама его переверну. А ты смотри внимательно. И запоминай. Возможно, ты однажды спасёшь жизнь мамы и ребёнка.'
А что, если и в этот раз неправильное предлежание плода? В любом случае, проверить надо. Если не поможет… Нет, о таком я
