от всего это отказалась! Ты классный! — жаркий поцелуй. — Офигенный! — сочный стон. — Ты просто офигенно тра-а-а-а…
В общем, не хочется этого говорить, но перерыв моей пиратке пошел на пользу. Хотя спасибо Катерине я все равно за это не скажу. Однако, как оказалось, Инна сейчас сердилась на нее гораздо больше меня.
— Она мне даже не сказала, что собралась в этот долбаный Лондон, представляешь? Просто уехала вчера и телефон отрубила. Я весь день пыталась до нее дозвониться, а потом Руслана такая вечером говорит: «а она там, а ты что не знала?» Руслане сказала, блин, а мне нет! Ну я ей сегодня утром дозвонилась и говорю: «зачем вообще ехать к этому козлу?» А она такая: «не лезь не в свое дело». Как в мое дело так лезет, — проворчала капитанша, поближе придвигаясь ко мне, — а как к ней так «не лезь»! А я ж ей как лучше хочу…
Я прям с умилением наблюдал, как Инна развенчивала себе кумира. Правильно, критикуй, критикуй ее почаще и побольше — тебе это полезно.
Вот так, чередуя критику подруги и ласки меня, мы и дожили до большой перемены. Словно решив бунтовать до конца, капитанша покинула стол своего отсутствующего величества и демонстративно уселась со мной. Правда, никто из обычно сидевших со мной подруг к нам не присоединился: Даша не подошла по старой памяти, а Алена из солидарности с Дашей, хотя я по глазам видел, что чертовке бы очень хотелось. Зато к нам плюхнулась Валентина — абсолютно трезвая и очень-очень злая. Но тут я уже точно ни при чем.
В школу сегодня будто пустили некий вирус недовольства, который распространялся со скоростью чумы. Началось все с того, что утром пошел слух, что Императрица в Англии. Однако к обеду об этом все знали уже наверняка — ибо Мишель, не иначе как вдохновившись утренним видео, решил попрактиковаться и в фотографии, выкладывая одним за другим снимки в свой аккаунт. На первом, подписанном «королева приехала к королеве», Катерина любовалась на Букингемский дворец. На втором, сообщавшем «похоже, кто-то нашел любимое место и здесь», она с задумчивым видом изучала вывеску музея какой-то тюрьмы. На следующем фото маленькая девушка стояла на фоне огромных часов Биг-Бена — с припиской «Катерина восхищается размером». Причем она еще успевала и грозить кому-то за кадром кулаком — судя по всему, это было озвучено вслух.
Что характерно, модель на этих снимках не позировала — они все были сделаны как будто исподтишка, как папарацци из кустов, ловя момент. Их теперь можно продавать карповским таблоидам под названием «британские каникулы одной Императрицы» — поскольку где, с кем и чем занимается ее величество уже ни для кого не было секретом.
На одном из последних фото — «Катерина и ее гид» — в кадр влез и ее экскурсовод, запечатлев свою довольную рожу рядом со своей музой. А последний снимок — «Катерина и ее гид, часть вторая» — и вовсе был весь в блюре. Интересно, и что же Катерина делает там со своим гидом? Видимо, чаевые дает.
Надо ли говорить, какой эффект произвела в Восточной Старшей эта фотосессия. Для девчонок, которые остались в Карпове, которых никто не звал ни в какой Лондон, эти снимки стали пыткой.
— На фига нам-то, всему Карпову, отдых с его гостьей? — Валентина привычно бомбилась громче всех. — Они что думают, что мы все хотим на это смотреть?
Так не смотрите, чего проще-то. Отпишитесь, добавьте в банлист и забудьте.
— Ну а что ты возмущаешься? — неожиданно подсела к нам Марианка, еще одна беженка с царского стола. — Просто Катерина задумалась об образовании в Европе…
— Лешу жалко, — вздохнула Инна.
— Кого? — не понял я.
Она показала на наконец-то понурого Принца, который сейчас за заметно опустевшим столом отыгрывал Пьеро — правда, габаритами не подходил под роль. Ничего себе, у него, оказывается, и имя есть. Я-то думал, у таких крепышей только клички, как на реслинг-арене. В любом случае он сидел на своем месте грустной скалой и ничего не делал. Открытость их отношений просто поражала своей кхм… открытостью. Так открыто носить рога — это надо уметь.
— А что, — проворчала оторва, — он не может, что ли, ей позвонить, скандал какой устроить? Чтоб жизнь там медом не казалась.
— Ой, — отмахнулась капитанша, — подруг-то не слушает, а бывшего точно не будет…
— Чего? — спросила Валентина.
— Чего? — не понял я.
Собственно, это и была главная новость дня.
— А вы что не знали? — с невинным видом проворковала Марианка. — Уже больше года как…
Чего⁈.. Хотя за жизнью Катерины я и не особо следил — во всяком случае куда меньше, чем она за моей. По крайней мере, когда это касалось Инны.
— Ну разошлись и разошлись, — пожала плечами Инна. — Что они всем должны сообщать? Общаются как нормальные люди…
— Но ты сама говорила, что у них открытые отношения, — повернулся я к одной голубоглазой демонице, зачем-то пудрившей мне мозги.
— Знаешь, как иногда бывает, — невозмутимо отозвалась она, — вот залетит светлячок в комнату, и ты вроде откроешь окно, а он, глупый, все летает вокруг источника света и не может вылететь. Вот это и есть открытые отношения. Когда один их уже закончил, а второй на что-то еще надеется…
— Да уже бы взял себя в руки и вернул ее, — проворчала капитанша. — А то мы ее так с концами потеряем…
Смотрю, Императрица-то — страшная девушка. Это ведь даже не френдзона. По крайней мере, никого френд здесь не предполагалось. Просто зона. Ну или пэтзона. А что, большой удобный лабрадор, который всегда рядом, пугает габаритами, время от времени отгоняет неугодных (меня, например) и, главное, ничего себе не просит. Похоже, тут проблема была не в наличии рогов, а в отсутствии яиц.
За разговором к нашему столу как-то незаметно подошел парень Влады, чьи рога, в отличие от Принца, были настоящими.
— Можно с тобой поговорить? — сухо спросил он у меня.
Неужели и этому я записал какой-то войс? Я трахаю твою девушку лучше тебя? А что, я вполне мог.
Ep. 70. Похмелье по-английски
— Можно с тобой поговорить? — повторил поразительно вежливый бойфренд Влады, когда мы вышли из столовой в школьный
