Винченцо скользил по ней затуманенным чувственным взглядом:
– Отказ не принимается. Ты хочешь, чтобы я… начал тебя переубеждать?
Зная, какие методы переубеждения пойдут в ход, Глори проскользнула мимо него, подошла, пошатываясь, к бюро, стоящему в холле, и взяла брачный контракт. Повернувшись, она дрожащими руками протянула контракт Винченцо.
Он взял его только тогда, когда она ткнула бумаги ему в грудь. Он даже не взглянул на документ, продолжая пристально смотреть на Глори непроницаемым взглядом.
– Я подписала, – задыхаясь, произнесла она.
– Я дал тебе копию для изучения. Мы подпишем контракт в присутствии юрисконсультов.
Она пожала плечами, испытывая то ли злобу, то ли разочарование:
– Пришли мне оригинал на подпись. Он смерил ее тяжелым взглядом:
– Как я понимаю, ты не сочла контракт чрезмерно подробным?
Она с горечью фыркнула:
– Тебе остается только потребовать, чтобы по истечении срока действия контракта я вернула загар, который приобрету в Касталдини.
– Тогда почему ты его подписала? Отчего не требуешь внести изменения?
– Ты заявил, что контракт не обсуждается.
– Я думал, твой адвокат прочтет контракт и заверит тебя, что в этом мире нет ничего, что нельзя изменить. Я ожидал получить перечень изменений и сокращений в алфавитном порядке.
– Я ничего не хочу. Мне ничего от тебя не нужно. Мне никогда ничего от тебя не было нужно. Если ты полагал, что я стану торговаться с тобой из-за параноидальных условий контракта, то ты меня совсем не знаешь. По-твоему, я была недостойна того, чтобы что-то обо мне узнавать. Я не жду, что ты будешь относиться ко мне внимательно сейчас, поскольку мне уготована всего лишь роль дымовой завесы. Так что я не возражаю против перестраховки. Ведь тогда я смогу расстаться с тобой навсегда, как только истечет срок контракта.
За ее рассерженными словами последовало молчание.
Затем Винченцо мрачно протянул:
– Год – немалый срок. Глори вздохнула:
– А то я не знаю. Я просто начинаю отбывать свое наказание практически без сопротивления, чтобы ущерб для меня был предельно минимальным.
На этот раз Винченцо уставился на нее прожигающим взглядом, словно желал прочитать ее мысли. Он положил брачный контракт на бюро и повернулся к Глори с выражением благодати и спокойствия на лице:
– Я подожду, пока ты переодеваешься. Иначе я переодену тебя сам. Причем с удовольствием. Еще я могу раздеть тебя, чтобы мы оба получили удовольствие. Я в ярких деталях помню, как тебе нравилось, когда я тебя раздевал.
Сердитый взгляд Глори сказал ему, что сейчас ей больше всего хочется расквасить ему нос. Бормоча проклятия, она бросилась в спальню, слыша, как Винченцо смеется ей вслед.
Через полчаса доведенная до белого каления Глори вышла из спальни. Винченцо метался по гостиной, словно пантера в клетке.
Он замер, разглядывая ее новый наряд. Вернее, давнишний. Кремовая юбка от костюма и атласная бирюзовая блузка были вполне сносными. Но даже в туфлях на высоких каблуках и с сумочкой под цвет блузки Глори не выглядела гламурно. Однако она надела единственный наряд, который был у нее для выхода в свет. Теперь в ее гардеробе был минимум одежды, притом исключительно практичной. Именно в этом кремовом костюме Глори пришла на собеседование к Винченцо шесть лет назад. Именно в нем она приезжала в пентхаус, когда он настаивал, чтобы она не тратила время на переодевание.
Глори не знала, помнит ли он этот костюм. Прежде чем он успел что-то сказать, она заметила:
– Если ты считаешь, что я оделась неподобающе, знай, что ничего другого у меня нет. Можешь сам проверить.
– Ты оделась подходяще. Твой костюм пробуждает воспоминания. Но нужно купить тебе новую одежду. Твое роскошное тело достойно прекрасных нарядов. Лучшие кутюрье мира будут бороться за право шить одежду для такой неповторимой красавицы, как ты.
Она фыркнула:
– У тебя раздвоение личности? Роскошное тело? Неповторимая красавица? Что с тобой происходит?
Винченцо решительно сократил разделявшее их расстояние:
– Меня следует наказать, если я никогда не говорил тебе, как ты прекрасна. Можешь наказать меня сама. В свое оправдание скажу, что был занят, хвастаясь тобой перед всеми.
– Да, а потом указал мне на дверь и заявил, что я для тебя всего лишь очередная игрушка, которую ты с легкостью заменишь.
– Я солгал. – Он уставился на нее в упор. Глори опешила:
– С-солгал?
Винченцо отрывисто кивнул:
– С большим трудом.
– Зачем?
Он на миг зажмурился, потом произнес:
– Я не хочу вдаваться в подробности. Но я не сказал тебе тогда ни слова правды. Давай забудем об этом.
– Тебе снова наплевать, чего хочу я! Ты продолжаешь получать свое, не задумываясь о моих желаниях или о том, чего мне это стоит. Хотя почему я удивляюсь? Мне нужно было привыкнуть.
Мрачно глядя на Глори, он вырвал пальто из ее судорожно сжатых рук.
– Сначала мы поужинаем.
Угрюмая Глори позволила ему надеть на нее пальто и отошла в сторону, почувствовав, что он хочет ее обнять.
– Не боишься, что у меня под рукой будут вилка и нож?
Его снисходительный взгляд ранил и смущал молодую женщину.
– Я рискну.
– Ты уверен, что я не потеряла аппетит после всего, что произошло?
– Ужин подадут, когда ты сильно проголодаешься. И я надеюсь, что к тому времени твой аппетит пересилит желание ткнуть мне вилкой в глаз.
Глори, выходя из квартиры первой, одарила Винченцо недобрым взглядом: мол, не надейся, что я тебя не покалечу.
Она проигнорировала его попытку усадить ее на переднее сиденье бордового «ягуара», припаркованного в подземном гараже. Винченцо сел за руль.
Во время поездки Глори старалась не дышать и не двигаться, чтобы запах и присутствие Винченцо окончательно не вывели ее из равновесия. Слишком поздно она поняла, что они уезжают из города.
Догадавшись, что окольными путями они не доберутся ни до ресторана, ни до ювелира, она заставила себя повернуться к Винченцо:
– Куда мы едем? Он усмехнулся:
– В аэропорт.
Глава 5
– Аэропорт?
Услышав надломленный голос Глори, Винченцо растянул губы в улыбке:
– Мы поужинаем в самолете. Мы полетим туда, где представлена эксклюзивная коллекция ювелирных изделий. Там ты выберешь кольцо и все, что тебе понравится.
Винченцо был ужасно доволен тем, что снова шокировал ее.
– А тебе не приходило в голову, что я могу не согласиться с твоей идиотской затеей? – поинтересовалась она.
