не отказывай. Потанцуй, выпей, пообщайся с людьми — в конце концов я тебе не папа.
Парни за соседним столиком только и ждали его ухода: один из них змеей скользнул на диванчик. От парня несло дорогим парфюмов. Выглядел он уверенным в себе и видимо считал себя неотразимым. Пришлось трижды повторить, что танцевать не собираюсь, и мне не скучно. После неудачника попробовал тот самый, что встречался мне у туалета. Официант принес бутылку французского шампанского от его имени. Отослал обратно — после виски пить шампанское дурной тон.
Проскурнов задержался на полчаса: ожидая его выпил еще пару стопок, чувствуя, что меня начинает развозить.
— Можно составить компанию? — у моего столика стоял высокий брюнет, явно нерусский.
— Иди своей дорогой, в компаниях не нуждаюсь, — на мою грубость парень улыбнулся:
— Моя дорога к тебе, красавица. Ради тебя я готов на все, — меня даже передернуло от штампа.
— На все? — сосредоточил свой взгляд на красавце. Парень явно симпатичный. Но глуп как пробка.
— На все, — с готовностью подтвердил брюнет, — меня зовут Арман.
— Ты рисовать умеешь? — Мой вопрос его немного ошарашил, но какой кавказец признается, что он чего-то не умеет.
— Конечно умею, нарисовать тебя?
— Нарисуй сквозняк, вали короче нахрен отсюда, пока челюсть не сломала, — меня наконец осенило, почему так долго отсутствует генерал и что это за закрытая вечеринка. Этот старый мудак решил мне «снять» парня, решив таким образом отблагодарить за успешно сданный экзамен.
Брюнет несколько обескураженно двинулсмя от моего столика, бросив презрительное: — Сучка.
Вот пойми этих людей — раздвигаешь ноги-сучка. Не раздвигаешь — тоже сучка.
Моя правота насчет намерений генерала подтвердилась стоило мне только выйти из-за стола.
— Саша, разговор затянулся, прости что заставил ждать.
— Поехали на базу, — от выпитого спиртного кружилась голова, пришлось опереться на руку генерала. Идя к выходу, чувствовал на себе взгляды людей: гремела музыка, отдаваясь в моих висках.
Уже в машине спросил, почему он хотел, чтобы у меня непременно был секс.
— Понимаешь, Саша, разведчикам, чтобы получить информацию, часто приходится спать с объектом. Это был экзамен и его ты провалила, но не переживай, все это исправимо, — последние слова генерала я слышал сквозь пелену, наваливавшегося сна.
Глава 6
Отдел легенд
Две недели после вечера в Честерфильде, были занятия с психологами, изучения английского языка под гипнозом. Кроме этого, Виолетта, молодая женщина, учила меня этикету — что и как брать за обеденным столом, как правильно строить речь в деловом общении и обычной повседневной жизни. Какие цвета несовместимы в одежде, что не следует одевать под узкие юбки и масса еще мелочей. Эти занятия были труднее чем экзамен Раулю — запомнить столько незначительных деталей и ради чего? Чтобы твой собеседник посчитал тебя выпускницей элитного учреждения типа Пансиона благородных девиц?
Два раза за две недели, меня возили в медицинский центр, где под руководством полковника Баргузина, у меня брали анализы, делали КТ и МРТ, накладывали на голову сетку с присосками, регистрируя что-то в пищащем аппарате. Там же проводились медицинские тесты — бег на дорожке, велосипед. Я старательно потел, облепленный датчиками, показывая, что выкладываюсь на всю катушку. Но это было не так — чувствовал, что во мне еще много неиспользуемых резервов. На дорожке я умудрился показать скорость в тридцать четыре километра в час в течении двадцати секунд. Правда, после этого пришлось отдышаться — грудная клетка ходила ходуном.
— Это поразительно, — Баргузин не веря своим глазам перепроверял показания датчиков. — Самый лучший результат до этого дня был тридцать километров час в течении пятнадцати секунд. Это фантастика, я должен позвонить Виталию Ивановичу. Пока Баргузин отсутствовал, отдышавшись, предпринял вторую попытку, развив скорость до сорока двух километров в час и удерживая ее на протяжении десяти секунд. Во второй раз бег удался лучше, и время восстановления заняло меньше минуты. Третью попытку сделать не удалось, в комнату вошли помощники Баргузина, попросившие меня проследовать в процедурную.
После введения контраста, Баргузин снова попросил на беговую дорожку. Даже не выкладываясь, показал скорость в сорок километров в час. Не давая мне отдышаться, потащили на КТ.
Я сидел в комнате полковника, когда он появился со снимками:
— Александр, это просто потрясающе, я изучил снимки, ваш организм уникален, у вас невероятный резерв. — Баргузин всегда обращался ко мне в мужском роде, за что я ему был благодарен. — Я думаю, что после тренировок, вы в состоянии показать скорость выше сорока пяти километров в час.
Эту скорость я мог показать прямо сейчас, но полковнику об этом знать не следовало. Чем меньше они знают о моих возможностях — тем лучше для меня. Баргузин говорил, но я его не слышал, думаю о своих дальнейших планах.
В первую очередь мне нужны документы, и не одни. Эта контора так просто не отпустит, будут выслеживать, охотиться за мной. Значит, документов должно быть несколько, чтобы сбить их со следа. Мне нужны деньги, много денег — когда придет час Х — надо будет рвать когти подальше отсюда. Единственная страна, где может укрыться беглец из России без риска быть найденным — это США. Это связано с большой территорией, огромным населением всех цветов и сильной службой ФБР, отслеживающей каждого российского шпиона. КГБ и ФСБ умудрялось найти предателей в любой стране, проблемы возникали только со штатами.
Жизнь в США дорогая, денег потребуется немало, чтобы жить в свое удовольствие. Чтобы получить документы и денег, мне нужно найти источник финансирования — именно с этим проблем нет. Как сказал Проскурнов, я не буду ни в чем нуждаться. Но для этого надо начать работу — только получив возможность ездить по миру, я смогу сделать документы, банковские карты и прочее.
Спустя еще неделю, я решился, попросив вызвать Проскурнова. Но этот старый хрыч явился лишь несколько дней спустя.
— Виталий Иванович, я готова к работе — заявил я, едва генерал появился в поле зрения.
— Не терпится сбежать? — серые глаза Проскурнова сканировали меня насквозь.
— Почему сбежать? Сколько можно тренироваться, весь это бред про несовместимость цветов, про ложки, вилки. Я устала от всего этого, хочется работать по-настоящему и зарабатывать деньги.
— Готова, говоришь? Хорошо, сейчас пройдем к Баргузину, проверим твою готовность.
О полиграфе я видел пару фильмов, в литературе тоже встречалось. Когда специалист закрепил манжету, налепил присоски, я уже успокоился. Главное, не паниковать, какие вопросы бы не задавали. Вначале шли обычные вопросы — имя, фамилия, место рождения. Мне приходилось отвечать по легенде:
— Александра Сергеевна Госсман, 1998 г рождения, Одинцово, ул маршала Тухачевского, в браке не состою.
Минуты три вопросы были обыденные, без
