другой страны не под самым лучшим предлогом не иметь секреты?
Лиса забавно морщит носик и недовольно складывает на груди руки.
— Переставай дуться, — подмигиваю ей, приобнимаю за плечи и веду в гостиную, отдавая по пути приказ подать чай. — Рассказывай, что тебя заставило принять такое непростое решение, от которого ты увиливала года два как минимум.
— Полагаю, то же, из-за чего ты сегодня так поздно вернулся, — невесело ухмыляется она, опускаясь на обитое бархатом кресло и откидываясь на спинку. — Все беспокоятся. Отец решил, что твое предложение — это единственное, что сейчас может быть важным и нужным.
— Если я скажу, что не рад, совру, — честно признаюсь я. — Дела сейчас действительно не очень. И с каждым днем все хуже. Я планировал с Эйрой сразу ехать в свой замок, но второй день разбираюсь с туманом.
— А я тебе говорила не приходить на помощь драконам, наверняка это все из-за них! — фыркает Эр. — И эта черноволосая твоя тоже наверняка на них шпионит!
Мягко улыбаюсь и качаю головой.
Нам как раз приносят чай и разливают его по чашкам. Как хорошо, что в него не примешивается запаха чабреца, иначе бы заставил перезаваривать. Он теперь навсегда будет вызывать у меня приступ паранойи.
Около недели назад драконы попросили меня о помощи. Николас Сайланд — один из самых справедливых драконов, которых я знаю, был вынужден не только отстаивать свои земли, но и свою женщину. А женщина, любимая, мать ребенка — это святое, то, за что под светом Луноликой стоит драться до последней капли крови.
Я бы точно так сделал. И сделаю, если придется.
Ситуация с туманом тогда только начала обостряться, мои люди справлялись, поэтому я решил, что стоит прийти на помощь. Но если бы этим все ограничилось!
Там, в землях Николаса, я снова столкнулся с туманом. Но кроме этого — еще с кем-то неведомым. Это были не люди, не поднятые из могил мертвецы, которые сражались против армии Николаса, не оборотни… Какая-то чуждая нашему миру сила. Я чувствовал в них зверей, но от них так разило гнилой плотью, что это просто вышибало нюх.
Про них же рассказал мне и Николас, который попал в плен к ним. Он думал, что это оборотни. Но их глаза были черны как ночь, а звериная ипостась оказалась неуправляема. Кто же это?
Я тоже должен был угодить в их лапы, выпив чай с ядом. Но я не стал его пить, потому что он слишком сильно пах чабрецом и перебивал аромат девушки, что этот чай подала. Эйры.
Это позволило мне узнать, что она на них работает, а также перехватить часть тех, кто должен был устроить диверсию в тылу у Ника, и заодно убить меня. Но ни один не сдался живым, поэтому мы так и не смогли ничего узнать. А Эйра смогла скрыться.
Конечно же, я выследил в итоге ее. Если бы не я, то девушку бы казнили. Но мог ли я позволить лишить жизни ту, что с того вечера стала моей одержимостью? Нет, конечно.
Николас не стал задавать лишние вопросы: он позволил забрать ее как трофей с условием, что она под угрозой смерти никогда не вернется обратно. Да я и не отпущу ее.
Мог бы присвоить ее сразу же, сразу расставить границы, показать, кто она для меня, и кто я для нее… Но она как маленький котенок, не доверяющий, поднимающий шерсть, когда его хотят просто погладить. И стоит за этим что-то, чего я пока что не знаю. Но обязательно выясню.
— Ты же видел, как она вздрогнула, когда я назвала ее шпионкой! — продолжает гнуть свою линию Эр. — Ты должен проверить ее личные вещи.
— Их просто нет, — расслабленно отпиваю чай и ставлю его на столик. — Только то, что было на ней. А это я уже успел проверить.
— Так ты с ней… Спишь? — возмущенно закатывает глаза лисичка. — Не думала, что ты поведешься на такое! Уж выбрал бы хотя бы из оборотней, а не какую-то…
— А вот сейчас лучше замолчи, — резко перебиваю я Эр. Зверь теряет терпение, а сдерживать его импульсивность порой бывает очень и очень сложно. — Об этом не тебе судить.
Чувствую напряжение во всем теле, как перед прыжком, перед атакой. Желание защитить. Да, так и должно быть. Так правильно.
Наши с Эрнеттой взгляды пересекаются, ее глаза становятся чуть шире от осознания, и она опускает голову.
— Да, мой король, — отвечает она.
Поняла ли она? Конечно. Даже девушки, присланные их нерадивыми отцами или опекунами в мой несуществующий гарем, вчера все поняли, поэтому я даже не сомневаюсь, что они будут хорошо служить Эйре.
Но прекратит ли лиса настаивать и пытаться вывести Эйру на чистую воду? Точно нет. Упрямая. Остается только проследить, чтобы она не натворила глупостей.
— Уже поздно, Эр, — говорю я. — Иди спать. Если на то будет воля Луноликой, мы с тобой обговорим все детали церемонии завтра.
Она встает, делает книксен и покидает гостиную. Я сам иду на кухню и собираю поднос с чаем на двоих, чем вызываю несколько удивленных взглядов, но ни одного вопроса.
Я бы мог скинуть всю ответственность и желание поговорить с Эйрой на зверя, но это будет ложь. В первую очередь себе. Потому что я действительно почти весь день думал о том, как вернусь, и мы поужинаем.
Но сегодня в тумане было нечто. Какая-то еще магия, которая не позволяла мне быстро найти источник и уничтожить его. А потом мы разгребали завалы. Я не мог просто уйти и оставить все на них.
Что хуже всего, очаги тумана все ближе к замку, и никто не может предугадать, откуда он придет снова, где появится и от чего зависит.
Не успел вернуться, потом встретит Эрнетту, Эйра ушла к себе, и мы так и не поговорили. Поэтому я считаю, что выпить вместе чай взамен совместного ужина — хороший повод для общения.
Когда я дохожу до ее комнаты, уже отсюда чувствую запах искр от огнива, который тянет небольшим сквозняком из-под двери. Зачем оно
